не от страха, что терзал и его душу, а от восторга, от нескрываемого изумления.
— Чудеса! Я в жизни такого не видела! — привыкнув к освещению, изумилась Ниса, оглядывая высокие потолки и мрачные стены. — Такая огромная, такая величественная и неприступная зал… а-а-а, — девочка громко возопила и тотчас исчезла из поля зрения Брана.
— Ниса?! — нервно оглядываясь по сторонам, крикнул юноша, стараясь уловить глазами хоть что-то, хоть какой-то признак чужого присутствия, но обнаружил лишь, что ни Нисы, ни сатира рядом не было, словно они оба в секунду растворились в воздухе, не оставив после себя и песчинки. — Что происходит?! — громко выкрикнул юноша, будто бы обращаясь к кому-то, кого не мог видеть.
— Доставай кинжал Тайзети. Сиенна близко, — неожиданно врезался в голову грубый голос.
Бран, ни секунды не раздумывая, достал из кармана острый кинжал и резко оглянулся вокруг себя. Увиденное заставило его побелеть от страха. Посреди огромной залы возле величественного трона, сооруженного из острых ветвей иссушенных деревьев с нанизанными на их концы белесыми человеческими черепами, собралась бесчисленная стая — множество маленьких, средних и больших пауков разной формы, окраски и вида. Они быстро перебирали своими длинными мохнатыми лапками и издавали такой пронизывающий писк, что юноше захотелось заткнуть собственные уши, лишь бы не слышать этого омерзительного звука.
— А вот и ты, мой славный маленький Бран, — слегка хрипловатый женский голос плотно накрыл, укутал собою весь величественный тронный зал. — Я так ждала тебя, — с некоторой издевкой добавила незнакомка.
Как только она закончила говорить, пауки, словно по чьему-то незримому велению, выстроились в ряд — сначала большие, затем поменьше и затем самые крошечные арахниды собрались в одно пугающее и одновременно чарующее своим таинственным видом существо. Слившись воедино, пауки стали одной очаровательной женщиной, представшей перед Браном. Волосы ее были подобны тонкой серебристой паутине, большие алые глаза с издевкой взирали на юношу из-под длинных, напоминающих черные паучьи лапки, ресниц. До пояса она была человеком. Спустившись взглядом ниже, юноша увидел огромное, паукообразное туловище с хищными, широко раскрытыми глазами и длинными темно-фиолетовыми лапами. Это было то самое существо, которое он видел в туманной реальности. То самое существо, которым и была Королева леса.
— Сиенна… — сквозь зубы процедил мальчик, стараясь не выдать собственного страха. — Отвечай, что ты сделала с Нисой и Одвалом?!
Та склонила голову набок и легонько усмехнулась:
— О! Так тебе известно мое первое имя. Интересно, — хитро сощурившись, сказала она. — Если ты о своей подружке, то она висит там, на одной из колонн.
Королева леса указала тонким бледным пальцем в сторону мраморных темных стен пещеры. Там, запутавшись в крепкой паучьей сети, безмолвно трепыхаясь в воздухе, стонала Ниса. Ее короткие волосы волнами спадали на лицо, а ярко-зеленые глаза, наполненные слезами, молили о пощаде.
— Но я не вижу Одвала, — растерянно глядя по сторонам, сказал Бран.
— Одвал? О ком ты говоришь? — вновь хохотнула Сиенна. — Пытаешься меня напугать, дитя? Только вот знай, что я вижу абсолютно все и всех в этом лесу и могу с уверенностью заявить, что никакого Одвала рядом с тобой никогда не было.
— Что? — одними губами переспросил Бран. — Но он же…
— Довольно болтовни! Пора положить всему этому конец! — взмахнув своими длинными тонкими руками, Королева вновь рассыпалась на тысячи маленьких паучков, которые тотчас всей бесчисленной стаей побежали прямо на Брана. — Стань же моей пищей! Наполни мое тело своей душой! Душой избранного Салфуром ребенка!
«Вот черт!» — вскользь подумал Бран и оглянулся, дабы бежать обратно в лабиринт, но было поздно. Насекомые уже сплели такие прочные сети на месте бывшего прохода, что даже своим острым кинжалом он не смог бы разрезать их и сбежать отсюда. Оставалось бороться либо принять собственную смерть.
Пока юноша размышлял, маленькие паучки стали взбираться прямо по его ногам и вгрызаться в участки тела, не прикрытые оборванной одеждой. Бран вскрикнул и с силой стал отряхивать их с себя.
— Не сопротивляйся, Бран Каллаган, — эхом пронесся по зале голос Королевы леса. — Ты ведь сможешь встретиться со своими друзьями там, в посмертии, — девушка щебетала, подобно певчей птице, пока пауки десятками заползали на юношу и причиняли ему острую боль, вгрызаясь в шею, руки и лицо.
«Думай, Бран, думай, — стряхивая с себя хищных членистоногих, проговаривал в мыслях юноша. — Должен быть какой-то выход».
— Сможешь вновь увидеть Фица, Девина, Арин и даже эту хрупкую белокурую девочку, которую вот-вот поглотят мои дорогие детишки.
«Детишки? Детишки… Точно!» — внезапно просиял Бран.
Взглянув на самого жирного и опасного из всей этой массы насекомых паука, который размером мог сравниться с собакой, Бран, не дожидаясь, пока тот кинется на него, сжал покрепче оружие и направился прямо к нему, чтобы напасть первым.
«Ее страх намного больше, чем ее сила… Неужели сатир дал мне подсказку?» — приблизившись к огромному арахниду, Бран попытался запрыгнуть на него сверху, но это было тщетно. Ловкими отскоками паук удалялся от него, а в моменты, когда юноша терял контроль над своим телом, пытаясь скинуть с себя насекомых, старался попасть в уязвимое место.
«Страх настолько большой, что я могу увидеть его, различить среди всего остального, а значит, и убить, — юноша в очередной раз замахнулся кинжалом, тщетно стараясь порезать им паука, но лезвие орудия скользило мимо, пронзая лишь холодный воздух. — Именно в этом теле находится страх Сиенны, а значит, и ее душа!»
Неожиданно паук подпрыгнул так высоко, что Бран запрокинул голову, глядя на то, как огромных размеров арахнид, уцепившись за потолок паутиной, свесился прямо над его головой, а затем, резко оттолкнувшись и сорвавшись с места, упал на него сверху, сбив с ног.
— Вот тебе и конец, дитя порока! Умри же! — эхом пронесся голос Сиенны по пещере.
Огромный членистоногий хищник занес над Браном острую лапу, целясь прямо в шею.
— Ты нарушил покой моих подданных! Учинил хаос! Стал тем, кто отобрал у меня могущество! Тем, кто родился, чтобы забрать власть и силу, подаренную мне Салфуром! Ты заслуживаешь смерти!
— Подданых?! Весь лес ненавидит тебя, Сиенна! Даже те, кто молчит, на самом деле в тайне мечтают избавиться от Королевы! — глядя в один из множества алых, как рубины, глаз огромного паука, воскликнул Бран. — Хоть я и не один из жителей Салфура, но тоже мечтаю об этом!
Выкрикнув эти слова, мальчик с силой воткнул в круглое паучье брюхо острый кинжал. Арахнид всем своим весом свалился на юношу, а звучный крик Сиенны на мгновение эхом замер в воздухе и стих, будто его никогда и не существовало.
