Я смотрел недоверчиво, но лицо Атарка было абсолютно серьезным.
– Врешь?
– Чистая правда, – поклялся Атарк и посмотрел в мое лицо самыми честными глазами. – Когда повелитель узнал… а он обо всем узнает, он пожаловал мага золотой цепью с самым большим изумрудом. Ты изумруд вообще-то видел? Хоть когда-нибудь?
– Видел, – подтвердил я.
– Ну так чего ж тебе еще?
Он отдышался, развернулся к ступенькам. Я полагал, что будем подниматься еще долго, ведь только-только оторвались от земли, однако Атарк сделал шаг, я увидел тускло блестящую дверь. Атарк толкнул, дверь отворилась с ужасающим скрипом.
Пахнуло травами, старой свалявшейся шерстью. Мы шагнули в крохотную комнату, заставленную старыми шкафами с книгами. С другой стороны еще дверь, Атарк со вздохами, будто взбирался по ступенькам, добрел, толкнул. Открылась комната чуть побольше, но и от шкафов с книгами почти не оставалось места.
Старый приземистый гном сидел на высоком стуле за столом, где не было свободного места из-за книг. Он подслеповато водил носом, почти касаясь желтого листа пергамента с обгрызенными краями. Заслышав стук двери, вскинул голову. Морщинистое лицо дрогнуло, а седые брови поползли вверх.
– Ого!.. Так быстро? Я думал, придется уговаривать.
Атарк кивнул мне: мол, не церемонься, садись, где отыщешь место, а не отыщешь, смахни это чертовы книги на пол. Сам он тут же плюхнулся на массивный сундук. Похоже, он бывал здесь часто, старый маг на него даже не обратил внимания.
– Ты хотел видеть меня, – сказал я. – Я пришел.
Старый маг привстал, указал единственной рукой на другой сундук, где оставался свободный краешек.
– Садись! Я не могу, когда надо мной такая башня. Споткнешься, ты же все разрушишь…
– Меня не просто свалить с ног, – ответил я, как полагается герою, гордо и немножко надменно. Хотел было даже челюсть выдвинуть, но решил, что после такого негероического вида, в каком меня обнаружили, это будет занятно.
Однако сел, выпрямился и приготовился слушать с достоинством если не благородного рыцаря, то героя. Старый маг помялся, оглянулся на Атарка, но тот отвернулся, с сомнением рассматривал светильники. Те давали сильный свет, Атарк потрогал пальцем масло, будто проверял, почему не убывает, поднес к лицу, крупные мясистые крылья носа подергались. Он даже лизнул, скривился.
Старый маг сел напротив. Седые кустистые брови нависали, как заснеженные брылья скал. Глаза выглянули, как осторожные зверьки из норок, тут же спрятались в глубине.
– Я знаю, – сказал он почти умоляющим голосом, – что зоррцы все стараются решить ударом топора. Но ты сейчас больше чем зоррец! Тебе пришлось побывать в Темных Землях, что лежат за Кругом Света. Ты уцелел… но ты мог уцелеть, уж прости, не благодаря уму или силе, а по счастливому случаю. Я же хочу, чтобы ты уцелел и… дальше.
Я спросил подозрительно:
– Зачем?
Старый маг развел руками:
– Вопрос зоррца… Герой, ты не подумал, что твоими усилиями, усилиями подобных героев – только ими! – наш Круг Света расширяется?.. Темные Земли перестают быть Темными, если ты сумел побывать там и вернуться. Ты расскажешь мне обо всем, что увидел, я запишу, а я расскажу тебе то, что сам знаю о Темном Крае. Это может тебе помочь, герой.
Я спросил еще подозрительнее:
– Ты хочешь, чтобы эти земли отошли к королевству гномов?
Старый маг всплеснул руками.
– Пусть даже к гномам, но здесь гномы, а не трехголовые чудовища. Понимаешь? Разве ты сейчас не на земле гномов? Но никто на тебя не бросается с ножом, не старается утопить в болоте, зачаровать, убить… Даже помогли, вылечили, а раны твои были просто страшные. Вы, люди, получаете от нас доспехи, оружие, которые никогда не сможете сделать сами, мы от вас получаем дивное вино, что взвеселяет сердца и отгоняет печаль, а также золотые украшения и – самое главное! – книги… Ладно, если хочешь услышать это, то вам с нами, гномами, легче вести войну, чем с неведомыми чудищами Страны Тьмы! Пойми, несмотря на всю нашу вражду, у нас есть общее то, что мы – люди или почти люди. А они – не люди. А для них нет разницы между людьми и гномами. Для них мы все – лакомое мясо, дичь, сочная трава для их коней… или что там у них вместо коней!
Я подумал, сдался:
– Ладно, рассказывай сперва ты. А я решу, стоит ли тебе знать о том, что видел я.
Старый маг перевел дыхание. Страх, что герой встанет и гордо удалится, если не испарился, то ушел вглубь. Я снова увидел внимательные, очень живые глаза.
– Я могу, – сказал маг, – многое объяснить из того, что видел ты… Вот смотри, в этих старых книгах записано о том, что случилось… Нет, писали не очевидцы, увы. Это было записано много веков спустя, записано хотя мудрыми волхвами, но со слов невежественных людей, ибо… Слушай, вот запись о том, что с небес обрушился разрушитель Ахриман. Он «накинулся на воды, что ниже земли, и он проделал дыру в середине земли и прошел через нее вовнутрь… В полдень он обрушился на мир и сделал его темным как ночь… Он затемнил небо, которое ниже земли, и то, которое выше…». «И он принес водам иной вкус…». «И в растения он принес столько яда, что они тотчас же засохли». «Небесная сфера начала вращаться, и Солнце и Луна пришли в движение, и Земля была поражена оглушающими громами гигантских демонов и их битвой со звездами». «Затем Ахриман набросился на огонь, и он смешал его с тьмой и дымом; и Семь Планет вместе с многими демонами и их приверженцами смешались с небесной сферой для битвы с созвездиями»…
Я слушал-слушал, ожидая, что начну засыпать под мерное, как зудение мухи, жужжание старческого голоса, но вместо этого перед глазами снова встали страшные картины исполинской битвы богов, ревущее пламя, что все еще выбивается из-под земли, трещины, разломавшие целые горные хребты, словно корку хлеба…
– А вот другая запись, – сказал старик. – Она дошла до нас уже в перезаписи с языка другого народа, ныне вымершего: «Землю охватило пламя, сначала на возвышенностях, и она раскололась глубокими трещинами, и вся влага на ней высохла. Луга сгорели, превратившись в белый пепел… Большие города рухнули вместе со стенами, и бескрайний пожар обратил целые народы в пепел… Леса были охвачены огнем вместе с горами… Дымились воды Дона, горит вавилонский Евфрат, кипит Фазис, Ганг, Дунай, Алфей… Нил в ужасе растекся по всем концам земли… Огромные трещины зияют повсюду… Даже море сжимается. Горы, прежде покрытые глубоким морем, выпрыгнули наружу…». «Моря начинают пересыхать, и морские божества страждут от зноя… Кони Гелиоса разбежались в разные стороны, а их упряжь и обломки колесницы разбросало по всему небу. А Фаэтон с горящими на голове кудрями пронесся по небу, как падающая звезда, и упал в воды реки Эридан». «Заставив все сотрясаться от могучих толчков, земля опустилась ниже, чем обычно…»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
