Она и ног-то даже не чувствовала, ее шатало, и мальчик почти волок девушку на улицу. Если бы она не помнила, что пила только сок, то могла бы сказать, что совершенно пьяна. Они вышли на темную улицу, где жалобно завывал ветер, взметая в воздух пыль и песок; волны с грохотом бились о берег, в небе сверкали молнии. Ничего не видя в темноте, она скорее почувствовала, что мимо нее в кантину проскользнули две темные фигуры. Над их головами раскатисто прогремел гром, и Джи Би в страхе закрыла уши руками.
Когда разговор закончился, они заметили, что к их столику приближаются двое мужчин. Один невысокого роста, в промокшем до нитки черном костюме и белой рубашке; второй — высокий, с рыжими, потемневшими от дождя волосами.
Это были Ясон Брилл и Дональд Уилер.
Брилл выглядел испуганным и продрогшим до костей.
— Я должен был приехать сюда гораздо раньше, — сказал он Даймонду, стуча зубами, — но эта чертова погода помешала. Идет тропический тайфун, аэропорт закрылся. наш самолет был последним, совершившим посадку.
— Не понимаю, зачем ты вообще прилетел сюда, — фыркнул Даймонд, — и зачем привез с собой этого черта?
Он бросил недобрый взгляд на Дональда Уилера.
— Он оказал мне неоценимую помощь, — ответил Брилл. — Мне было так плохо в лодке, настоящий приступ морской болезни. Я так страдал, никогда в своей жизни не чувствовал себя так паршиво. Кроме того, у меня для тебя печальные новости.
Арни, по лицу которого было видно, какое у него подавленное настроение, с любопытством переводил взгляд с Брилла на Дональда. В толпе танцующих показались спешившие к столику Вера и Сент.
— Как хорошо, что ты приехал, — сказал Сент, протягивая Дональду руку.
Даймонд бросил на Брилла враждебный взгляд:
— Что такое могло случиться, чтобы ты лично приехал сообщить мне последние новости? Здесь есть телефон, можно было послать факс. Твой приезд лишен всякого смысла, особенно если учесть, что завтра мы возвращаемся.
— Дело не терпит отлагательства. Дэви прислал нас сюда на своем самолете.
— Дэвид Циммерман? Прислал? — Даймонд окинул Дональда Уилера холодным взглядом. — У вас должны быть очень веские причины, чтобы приехать сюда.
— Они у меня есть, можете не сомневаться, — вежливо ответил тот.
Музыка гремела, лучи света продолжали свою пляску, окрашивая лицо Даймонда в желтые, красные и синие цвета. Он крепко схватил Брилла за руку и потащил к выходу.
— Нам лучше поговорить на улице, — сказал он, волоча за собой своего помощника, словно страж порядка — преступника.
Они спрятались за грузовиком с генераторной установкой, который защищал их от ветра и постороннего глаза.
Дрожащей рукой Брилл достал из внутреннего кармана пиджака смятую газету.
— Что это? — грозно спросил Даймонд.
— Сегодняшний номер «Нэшнл инкуайрер», — шепотом ответил Брилл. — Похоже, ты не все знаешь о Старфайер.
— Глупости, я знаю все.
— Нет, не все.
Так оно и оказалось.
«СТАРФАЙЕР БЫЛА ПРОСТИТУТКОЙ» — гласил заголовок. Под ним помещалась черно-белая фотография, на Которой молоденькая девушка, вне всякого сомнения Джи Би, совершенно обнаженная, вызывающе смотрит на мир широко распахнутыми глазами.
Даймонд молча изучал фотографию.
— Где они раздобыли эту дрянь? — спросил он, приходя в себя.
На глаза ему попался подзаголовок, где более мелкими буквами сообщалось: «У нее были постоянные любовники» — так говорит ее сестра.
— «Говорит ее сестра», — передразнил Даймонд. И ногтем подчеркнул слово «сестра». — Значит, эта твердолобая сука вылила на нее все дерьмо… Она у меня пожалеет, что родилась на свет, — добавил Виктор с мрачной усмешкой.
— Полагаю, что сейчас уже миллионы таких фотографий разошлись по всей стране, — бесстрастным голосом заметил Брилл.
Даймонд сильно потер затылок, несмотря на жару, его прошиб холодный пот.
— Их можно отозвать, — сказал он. — Они моя собственность.
— Нет, не твоя. Она позировала для этих фотографий десять лет назад. Согласно договору, все права на нее отданы другому агентству. Компания по производству игрушек «Маклин корпорейшн» подала в суд на студию «Омега» и на тебя лично, обвиняя в недобросовестности и мошенничестве. Они не могут позволить, чтобы «их продукция вызывала такие грязные ассоциации», если точно цитировать их слова.
Даймонд выхватил газету из рук Брилла и стал рвать ее на мелкие клочья.
— Я сам подам в суд на эту газетенку.
— Неразумно. У нас нет ни единого шанса выиграть дело. Судебная тяжба с газетой не только не приведет ни к чему хорошему, но и влетит в копеечку. Что касается «Маклин корпорейшн», Дэйв сам займется этим делом. Он планирует закрыть этот печальный бизнес со «Старфайер» раз и навсегда.
— «Печальный бизнес», — медленно повторил Даймонд. — Сейчас кое-кому действительно станет очень печально.
Он вернулся к столику, сопровождаемый Бриллом.
— Где она? — спросил Даймонд тихим, спокойным голосом. — Где Старфайер?
— Расскажи нам, что это за новости? — потребовал Сент.
— С этим можно подождать.
— Тогда скажи хотя бы, что привело тебя к Циммерману?
— Потому что он главная шишка. По крайней мере формально он считается начальником Даймонда. Он член корпорации, и Даймонд подчиняется ему. Где она?
— Где-то здесь.
Арни в это время пил что-то из коричневой бутылки без этикетки и, оторвавшись от нее, заметил:
— Она танцует.
— По правде говоря, — сказал Дональд, — я попал в ужасную ситуацию. Циммерман был рад меня видеть, и мы хорошо поговорили. Ему ненавистны все делишки Даймонда, и он хочет как можно скорее с ним расстаться, даже если придется аннулировать контракт на «Старфайер III».
На «Омеге» сейчас «оттачивают ножи» и собираются покончить с этой мафией раз и навсегда. — Дональд немного помолчал. — Мне надо что-нибудь выпить, дорога была ужасной, и я весь измотан.
Он взял со стола наполовину пустой стакан и выпил содержимое, краски стали возвращаться на его лицо.
— Теперь мне немного лучше. — Он потер кулаком мокрую от пота щеку. — Что за дрянь я выпил, эта жидкость напоминает растворитель для красок. — Он посмотрел вокруг себя. — От этого жуткого света меня просто мутит. Где же, черт возьми, Джи Би? Ей пора бы уже вернуться.
Было очень темно, на небе ни звезды. Она спотыкалась о неровности почвы, а мальчик продолжал тащить ее все дальше и вдруг крепко прижал к груди. Джо-Бет совершенно потеряла ориентацию и не понимала, лежит ли она на земле или все еще стоит на ногах. Ей было невыносимо жарко, жарко до тошноты, до одури в голове; все тело взмокло от пота. А мальчишка возбудился и, несмотря на ее бешеное сопротивление, пытался повалить на землю. Он улыбался, в темноте блестели его белые зубы. Девушка почувствовала, как жадные руки шарят у нее под юбкой. Ей были отвратительны и его улыбка, и его руки.
