как боги, — произнёс тот, и они заметили движение на троне слева от Осириса: дряхлый дед, что сидел там, слегка цокнул, правда, непонятно от чего — то ли от негодования, то ли от жгучего любопытства.
Царь богов хмыкнул. Линда не уловила, как он стал такого же роста, как и они, переместившись к Инпу и к ней настолько стремительно, что свет в жертвенниках, стоявших по всему периметру огромной залы, часто заколыхался, грозясь потухнуть.
— Ты опять за эти глупости, Инпу? — снисходительным тоном настолько, что можно было услышать, как скрипнули зубы бога мёртвых, при его приближении к ним Линда изумилась тому, насколько же прекрасны были черты его совершенного лица, и замерла от того, насколько сурово он смотрел на бога мёртвых.
— О, Хаос, — вздохнул Сет.
Остальные боги решили предусмотрительно промолчать. Осирис откинул русые волосы с плеч привычным движением.
— Отец, ты сам можешь увидеть, что угроза Дуату, а вместе с ним и другим мирам, в которую никто из вас не верит, не выдумка Инпу, эта девушка много претерпела, прежде чем попала сюда, она истинная служительница бога мёртвых, несмотря на то, что никогда не произносила клятв ему, она принадлежит Инпу, а не Таурт, — Гор заметил сомнение на лице отца, — ну же, что тебе стоит? Просто взгляни, а там решишь…
— Поддаёшься на провокации, брат? — в неуловимое глазом мгновение среди них оказался и Сет.
— На твои или наши? — спросил Гор, которому не надо было лезть в карман за словом. — Или сам провоцируешь? — вопросом на вопрос.
— А ты? — перепалка грозила сползти в сюр.
— Как дети, — раздалось старческое с трона рядом с престолом Осириса, и повелевающим тоном, — покажи нам её воспоминания.
— Ра, — мужчина с оливковой кожей вежливо поклонился старику, соглашаясь с повелением того, а Линда уже устала удивляться, ей оставалось лишь наблюдать за Великой Девяткой с глубоким почтением.
Бог жизни притронулся к голове девушки пальцем. Линда ничего не почувствовала, но она точно знала, что они видят её глазами события последнего времени: от ритуала в явленном пустыней храме Инпу до огромной фигуры в красном на кровавой резне. Она ненадолго прикрыла глаза, пытаясь в деталях вспомнить всё, что ей удалось увидеть, заметить и даже обонять. Когда они увидели, то воцарилась тишина, словно само мироздание уснуло.
Осирис, Сет и Ра безмолвно переглянулись между собой.
— Почему люди получат бессмертие? — спросил Царь богов, вцепившись в Инпу взглядом.
Вновь тишина.
— Я был призван на ритуал-ловушку, одновременно прошедшему и в прошлом, и настоящем Маат, — его ладони сжались, вены вздулись на предплечьях от внутреннего напряжения, — я хотел уничтожить предателя, — он замолчал, перед тем как продолжить, — это моя ошибка.
— Ошибка? — ухватился за слово Осирис. — Ошибка?! Фатальное отступление от правил, которое может привести к непоправимым последствиям, ты называешь ошибкой?! Ты вмешался в дела людей, забыв о завете.
— В прошлом оставлено неумирающее человеческое тело, которое было надёжно укрыто песками времени и верными людьми, потом я узнал, что его нашла… — его перебили.
— Нашла? — Осирис изумлённо поднял бровь.
— Нашла Бахити, — Бастет схватив Линду за руку выдвинула девушку вперёд.
— Ты скрыл это знание от нас, — Осирис окинул смертную изумлённым взглядом, но обратился к богу мёртвых, — ты решил, что его не найдут, оставив там? На что ты рассчитывал?!
На лице Анубиса заиграли желваки, он замкнулся, потому что знал, что ещё чуть-чуть и он вновь упадёт в оправдания, что произошло сразу же после встречи с богами, перед его решением спрятать Анх. Девятка не хочет его слушать и сейчас, ей бы хотелось просто осудить и забыть, забыть всё, что мешает их извечному блаженству.
— Инпу… мы не успели, — она обернулась к Гору, тот мотнул головой, соглашаясь, — все события происходили неотрывно для нас, хоть и в разное время в Маате, — подала голос Бастет, сильно волнуясь, — мы просто не успели…
Анубис, несмотря на горечь недоверия, понимал Царя богов: тот не знал, что ему делать, ситуация была непростой, разрушала сложившийся порядок между мирами и грозила нарушить завет богов не вмешиваться в дела людей. Осирис сомневался, но надо было всё равно действовать.
— Стоит поверить мальчишке, — Ра с хитрой улыбкой взглянул на Инпу, — накажи, чтобы нашли того бога, что выдаёт себя за Солнце, — старик взглянул на всех богов Девятки по очереди.
Инпу и Линда ликующе улыбнулись друг другу.
— Ой ли, — подал голос Сет, впиваясь в лицо Бахити взглядом, в котором металось торнадо, — интересно, что он тебе посулил за службу?
Анубис и Линда переглянулись.
— Вернуть душу! — догадавшись, тот аж подпрыгнул на месте.
— Ну-ка, ну-ка, — произнёс старик Ра, словно заправский сплетник, и корпусом подался вперёд, — любопытно, продолжай.
— А меня вообще кто-нибудь будет слушать?! — решила громко возмутиться Таурт, явно разочарованная таким поворотом дел, ведь все присутствующие на суде забыли про неё.
— Не время сейчас твою просьбу рассматривать, — Осирис, пытающийся оставаться нейтральным в стороне конфликта между ней, смертной и богом войны, неожиданно отмахнулся от неё, как от надоевшей мухи, и она исчезла, будто бы её здесь никогда и не было.
— Ты и вправду из мира живых за своим сыном пришла? — спросил он у Линды всё же заинтересованно.
— Да, Царь миров, — она поклонилась.
— Мы предпримем все меры, чтобы выявить преступника среди нас, — Осирис ответил кивком головы на почтительный поклон Инпу, — но с частью сделки с Бахити… — он задумчиво и многозначительно взглянул на бога мёртвых.
Тот незаметно качнул головой из стороны в сторону, прося повременить с правдой. Ногти Линды впились в её ладони от нетерпения, внутри всё вскипело от горечи. Ей предлагалось ещё ждать, когда ждать было уже невыносимо.
— Осирис, Царь богов, Хенти-Аментиу, — девушка склонилась перед ним, рухнув на колени, — я раньше не знала, что есть мир богов, хотя сталкивалась с его отголосками постоянно, изучая древность, я утратила всякую веру в чудо, но у меня появился шанс и я послужила вам, исполнив часть сделки с Инпу, так реши же как можно скорее и отдай мне моё дитя, чтобы я могла вернуться с ним домой.
Мужчина гордо взирал на неё сверху вниз, но, когда он заговорил, его голос звучал не так надменно, как раньше:
— Нам нужно найти преступника, уладить дела в мире Маат, а затем мы подумаем над нашими обязательствами, — дальнейшие споры были бесполезны, Осирис принял решение.
Инпу кивнул. Линда была готова завыть от бессилия, вставая с колен, но делать было нечего, приходилось вновь ожидать.
— Какая идиллия! — услышали они насмешливый голос Сета. — Отец и сын такие разные и одновременно одинаковые.
— О
