и проживающих там землян, спасением которых никто не занимался. Гефестиане выжигали поселения и города, которые мешали им в построении своих сооружений.
Лишь на седьмой день после вторжения Аркенаару удалось собрать сколь-нибудь полноценный штаб на новом месте. Сказать, что состояние было у всех удручающее, это означало не сказать ничего. Аркенаар понимал, что ему нужны кардинально быстрые решения, иначе его авторитет таял буквально на глазах. Вот и сейчас, в итоге удалось собрать меньше половины из действующего штаба, хотя смогли связаться почти со всеми. Это угнетало больше всего, ведь такого явного игнорирования его приказов он точно не ожидал. Он обязательно должен был что-то сказать собравшимся, что смогло бы как-то поднять дух офицеров, но нужные слова так и не приходили в голову.
Он обвёл глазами присутствующих и взгляд его остановился на адъютанте Ривасе. Верный помощник почувствовал, что шеф отчаянно нуждается в его поддержке, тут же вскочил и чеканно отрубил. — Верховный главнокомандующий, разрешите доложить обстановку?
Аркенаар согласно кивнул. — Да, Ривас, докладывайте.
Кто-то из присутствующих вызывающе неодобрительно хмыкнул, но Аркенаар решил не обращать на это внимания.
Ривас послушно кивнул и взмахнул рукой, и в воздухе тут же возникло изображение земного шара. — На сегодняшний день части воздушного космофлота заняли позиции вблизи экватора планеты, преимущественно возле прибрежных зон. По непонятным причинам, противник перестаёт атаковать нас именно тогда, как только мы уходим на морские территории. На морские побережья также устремилось большинство гражданских. Климат, конечно, не самый благоприятный, здесь высокие температуры, но нас спасает наличие прохладных течений.
Кстати, как установила наша разведка, противник вообще откровенно избегает любые такие территории, где есть водные массивы, а также сторонится широт с низкими температурными режимами. Они практически не заходят в такие местности, если только рядом не присутствует действующий или потенциально активный вулкан.
Ривас ещё раз взмахнул рукой, и в воздухе возникла картинка куполообразного гигантского пузыря. — Мы получили аэросъёмку этих территорий. Вот под такими пузырями они и строят свои базы. Как я говорил ранее, эти поселения они принципиально строят возле вулканов. Они надувают несколько таких куполов, которые потом соединяют между собой, и в итоге получается некое подобие поселения. Эти купола им необходимы для поддержания необходимой атмосферы внутри, потому что приемлемую воздушную смесь они получают через коммуникации, идущие прямо из вулканов. Мы это поняли, потому что за пределами этих куполов гефестиане перемещаются только в специальных шлемах и оборудовании на спине. Так что на этой планете им не очень-то и комфортно. Видимо, этим и объясняется их пауза в активном противостоянии.
— Всё понятно, они готовят базы для атаки. Скоро нас всех перещёлкают, когда мы разбросаны по разным базам, — бросил кто-то из офицеров. — Все разбежались по разным углам, и я не вижу здесь и половину из штабных офицеров. Нечего было отступать, надо было давать им бой. Так хоть в бою был бы какой-то шанс, а сейчас нас всех передавят, одного за одним. Мы только зря оттягиваем свой бесславный конец.
Аркенаар бросил пылающий взгляд в сторону офицера, но, не в силах найти нужного ответа, решил сдержаться.
— Взять бы и лопнуть эти пузыри, так они сразу и задохнутся. Всего-то делов, — вскрикнул кто-то из штабных. — Чего тянуть-то?
Ривас покачал головой. — Мы пока не знаем, какую технологию при строительстве этих пузырей они используют, но спектральный анализ показывает, что поверхность этих куполов достаточно твёрдая, и при этом весьма упругая. Плюс они очень хорошо охраняют свои базы. Не думаю, что смельчаки, которые попробуют взорвать купола, смогут уйти оттуда невредимыми, а их истребители не позволят нашим кораблям приблизиться на достаточное расстояние для удачной атаки.
Вскочило сразу несколько офицеров. — Ну так что, мы так и будем ждать, пока они не отстроятся, окрепнут и, наконец, так вдарят, что нам придётся или удирать с этой планеты или погибнуть здесь?
Больше всех не унимался тот самый офицер, критиковавший доклад Риваса. — Или, может, нам просто вернуться на Таураан? Ах, нет, — саркастически отвечал он сам на свой вопрос, — там ведь тоже сейчас гефестиане. Ну и что нам теперь делать, верховный главнокомандующий? — Офицер повернулся в сторону Аркенаара и с вызовом посмотрел на него.
Генерал понимал, что дело сейчас не в этом смутьяне. Этот же вопрос читался в глазах всех офицеров. Аркенаар встал и, не удостоив вопрошавшего взглядом, обратился к адъютанту. — Ривас, пишите приказ. Необходимо понять, по каким причинам гефестиане избегают воды. Приказываю всем воздушным силам продолжать обустраиваться на нынешних позициях. Всем наземным соединениям срочно начинать перепрофилирование в водные подразделения. Раз враг избегает воды, значит, мы дадим ему водное сражение. Вода, кстати, и укроет всех гражданских.
Офицеры повскакали с мест. — Но как, как мы сможем устроить им бой? Чем мы будем с ними сражаться?
Аркенаар решительно выставил руку вперёд, пресекая все разговоры. — В течение нескольких дней вы получите для ознакомления предварительный план наших действий, а пока я вас не задерживаю, все свободны. Для вас поставлены задачи, прошу их неукоснительно выполнять.
Все офицеры разошлись, Ривас подошёл к генералу, рассматривающему картинку купола гефестиан. — Простите генерал, но что это за план водного сражения? Вы же ни разу о нем не упоминали. Что вы такое задумали?
Аркенаар тяжело вздохнул. — Ах, если б я только знал, Ривас. Ума не приложу, но что-то мы точно должны делать, иначе нам конец. Не сейчас, так через полгода, через год, когда гефестиане окончательно выживут нас отсюда. Но я определённо чувствую, что вода наш союзник, не зря же они так её сторонятся. И вот здесь надо крепко подумать, как нам это использовать.
Все эти несколько дней после успешного прорыва Фалькур всё также оставался невольным гостем на корабле главнокомандующего. Морон, во времена их редких и коротких встреч, всячески показывал радушное расположение к нему, но от прямых вопросов Фалькура, когда он сможет, наконец, вернуться на свой родной корабль, неизменно уклонялся.
Он то ссылался, что его ждут какие-то неотложные дела, то переводил всё в шутку. Пока вчера Фалькуру это не надоело, и он впрямую спросил его о своём статусе, и сколько его здесь будут держать.
Морон резко изменился в лице и холодно ответил. — Думаю, что скоро я смогу вам точно ответить на ваш вопрос, — после чего, резко развернувшись, главнокомандующий вышел из каюты Фалькура.
Такой холодный тон мог говорить только об одном. Скорее всего, Морон уже добыл информацию про его операцию на Таураане и, видимо, что-то решает. Но зачем он тогда тянет, ведь давно уже мог воплотить
