– Денис… – Кирилл повернулся. Ученый лежал на краю крыши, одна рука свесилась в воду, покачивалась в быстром течении. Кровь текла по остаткам черепицы. Кир шагнул к нему, присел, ухватив за плечи.
Из каменного колодца донеслись тявканье гиен и разочарованный вой. По брусьям твари не поднимутся, но варханы вот-вот будут здесь.
Лукан, поставив одну ногу на борт катера, достал что-то из сумки на ремне. Повернул, щелкнул, – вспыхнул шипящий огонек. Из колодца донесся топот, и старик бросил туда что-то округлое, размером с большое яблоко.
Мариэна, подняв руки, словно балансирующий канатоходец, шагнула с крыши на катер – и тот погрузился в воду еще ниже. Он начал отплывать, сильно качаясь и зачерпывая воду. Лукан попытался ухватить девушку за руку, когда она прыгнула обратно. Старик заговорил, она тоже, отрицательно качнув головой. Кирилл с натугой приподнял Дениса, который начал приходить в себя, и перевалил его с крыши на дно лодки. Ученый сел, обеими руками держась за раненое бедро.
Вспомнив о позабытом в суматохе ноже, Кирилл достал его, полоснул по натянутой веревке. Конец ее упал в воду, и течение потащило лодку вдоль крыши.
Темноту, пронизанную косо летящим снегом, озарила вспышка. Багровое облако, подсвеченное снизу ярко-красным, вырвалось из колодца. Дрогнула крыша под ногами, черепица поползла с нее, посыпалась с края. Сквозь широкую трещину, появившуюся в стенке колодца, вода с клокотанием устремилась внутрь.
Кир оказался в лодке одновременно с Мариэной. Подняв револьвер, она встала на носу, а он схватил весло и оттолкнулся от крыши. Лодка ударилась о небольшую льдину, та стукнулась о другую, лед заскрипел, крошась. Денис отполз к корме, тогда Кирилл смог усесться на лавке и нащупал второе весло. Сунул их в уключины, навалился… Лодка поплыла вслед за бодро рокочущим катером.
Два широких луча ударили им навстречу, и падающий снег вспыхнул мириадами белых искр. Мариэна, вскочив, подняла револьвер. Кирилл прекратил грести, оглянулся. По реке плыли два больших полосатых катера с высокими бортами, на палубах суетились варханы.
Несколько выстрелов раздались одновременно: курки спустили Мариэна, Багрянец, Батур, Леша и варханы на катерах. Замигали вспышки, сухой треск и бульдожье рявканье разнеслись над рекой, заглушая плеск волн и шум сталкивающихся льдин.
Одна пуля впилась в борт, другая пролетела низко над головами, третья расщепила черепицу… Через борт катера кувыркнулся вархан, упал в черную воду, казавшуюся маслянистой и густой, как машинное масло, и мгновенно исчез из виду, словно проглоченный ею. На льдину рядом свалилось выпавшее из его рук электроружье.
– Поворачивайте! – задребезжал впереди Леша.
Кирилл опустил одно весло глубже в воду и начал грести вторым. Нос лодки повело в сторону, но слишком медленно. Тогда он вскочил, выдернув весло из уключины, наклонился через борт, покрепче упер лопасть в крышу, надавил… Он находился ближе к носовой части, и лодка стала разворачиваться быстрее.
– Слангач! – выкрикнул Мариэна в паузе между выстрелами. – Атоя фамила слангач!
– Обман, – слабо донеслось сзади. – Она говорит… предатель. На базе был предатель.
Варханские посудины неотвратимо приближались, катер повстанцев по крутой дуге уходил от них к противоположному берегу – а лодка поворачивала к ближнему. Когда она обратилась кормой к преследователям, черепичная крыша и остатки колодца почти скрыли ее от катеров.
Кира толкнули в бок, он посторонился. Перешагнув через лавку, рядом опустилась Мариэна. Схватила весло, которое он бросил у борта, вставила в уключину. Кирилл взялся за второе, девушка посмотрела на него, кивнула – и они стали грести, лавируя между льдинами, которые течение несло вдоль берегов черной реки.
Глава 4
– Да поймите вы, не собирался я сам все решать! – повторил Яков. – Как вообще такое самому решить можно, если рисковать жизнью всем? Но в любом случае нам где-то надо было остановиться, не могли же мы всю ночь по Москве кататься? Вот я и надумал остановиться…
– Возле Кремля! – перебил Лагойда. – Возле их главного лагеря!
– Мы не прямо возле Кремля!
Машины поставили во внутреннем дворе гостиницы «Метрополь». Григоренко, Партизанова и Мишу отправили дежурить, все остальные собрались в автобусе. Яков с Явсеном и Лагойдой сидели на койках, Лабус и Курортник стояли по сторонам от небольшого откидного столика под мониторами слежения. Игорь подпирал стенку в конце салона, сложив руки на груди.
– Лагойда, от того, что мы пререкаться будем, ничего не изменится, – сказал он. – Нам надо решить, что дальше делать. Принципиально решить, вмешиваемся мы во все это или нет.
– Конечно, вмешиваемся! – воскликнул Яков. – А какие еще варианты?
– Уехать из Москвы, – отрезал Лагойда. – В область куда-то. Если центр купола в Подольске, а это скорее всего так, потому что именно там включилось устройство Буревого, то у нас получается… – он помедлил. – Купол, значит, территорию примерно до… До Большого кольца накрывает. Есть где спрятаться.
– Спрятаться! – хмыкнул Лабус. – А толку прятаться? Чего ждать?
– Войска сюда придут – вот чего. Или ты всерьез думаешь, что вся земная наука и техника, все лучшие ученые не разберутся с этим куполом, мать его, не смогут сюда пробиться?! Да через туннели хотя бы подземные…
– Это не купол, – сказал Курортник, о чем-то сосредоточенно размышлявший.
Все посмотрели на него, а Лагойда запнулся.
– Не купол? А что?
– Ну точно! – Яков выпрямился. – Вот, мне Явсен…
Услышав свое имя, пеон что-то произнес. Яков похлопал по карманам, нашел блокнот, раскрыл и положил на столик.
– Костя, можно света побольше?
Лабус повернул верньер, и на торчащем из стены кронштейне ярче разгорелась круглая лампочка. Все подошли к столику. На верхней странице карандашом был нарисован неровный круг, а в центре его – маленький заштрихованный кружок.
– Это пеон твой, что ли, нарисовал? – спросил Лагойда.
– Ну да, да.
– Так это портал их, они его везде…
– Нет, не портал, – возразил Яков. – Портал у них овальный, всегда овальный, заметили? А тут круг. Это когда я про купол у Явсена пытался расспросить, что за штука вообще такая, он мне в ответ нарисовал. Круг, видите? Потому что купол – никакой не купол, он сквозь землю тоже проходит – сфера это! Энергетическая сфера. И никакие туннели тут не помогут.
– А если в резину человека одеть, в скафандр особый? – возразил Лагойда.
– Ну да, и много ты народу в резину оденешь? – хмыкнул Лабус. – И технику всю в резину, танки? Нет, нам самим действовать надо, это ясно, а не по области прятаться.
В общем… – он хлопнул ладонью по столу, – я понимаю: отчаянный шаг, но вот если тот пеон, которого Яков Афанасьевич упустил в школе, мне не понравился с самого начала, то Явсен этот, – он окинул взглядом сидящего на койке блондина, – нормальный, в общем, мужик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
