Поведение англичан на отдыхе и, в частности, во время летних каникул/отпуска регулируется теми же законами культурной ремиссии, которые действуют во время праздников и народных гуляний. Как и «празднование», «отдых» — волшебное слово. Правда, как и в случае с праздниками, здесь под культурной ремиссией имеются в виду не анархия, разнузданность и вседозволенность, а скорее контролируемое бесчинство, непосредственность лишь в определенных ситуациях, отказ от условностей по определенным правилам.
На отдыхе англичане не перестают в одночасье быть англичанами. Присущие нам характерные черты никуда не исчезают: мы по-прежнему ведем себя в соответствии с укоренившимися в нашем сознании правилами юмора, лицемерия, скромности, классовых отличий, справедливости, социальной неловкости и т. д. Просто мы немного теряем бдительность. Культурная ремиссия на отдыхе не излечивает нас от социальной неловкости, просто симптомы этой «болезни» не выражаются столь ярко.
Разумеется, мы не становимся виртуозами в искусстве общения словно по волшебству, но мы более настроены общаться — более открыты, менее чопорны. Это не всегда нам льстит и не всегда выглядит достойно, как вам подтвердят местные жители некоторых из облюбованных нами зарубежных курортов. Честно говоря, некоторые из нас куда более приятные люди, когда мы не раскрепощаемся без оглядки, сбрасывая с себя штаны и бюстгальтеры, громогласной отрыжкой где ни попадя сотрясая воздух — и заодно вместе со всем этим теряя свое достоинство. Как я уже указывала, наша хваленая вежливая сдержанность и не менее знаменитое хамство — это две стороны одной и той же монеты: для некоторых из нас волшебное слово «отдых» — это сигнал к тому, чтобы перевернуть эту самую монету неприглядной стороной.
Хорошо ли, плохо ли, но законы лиминальности, действующие в периоды празднеств/отпуска, распространяются и на незначительные календарные вехи, как, например, неприсутственные дни — и даже на обычные выходные (суббота/воскресенье). (В частности, некоторые поклонники нетрадиционных субкультур имеют возможность ощутить себя «альтернативной» личностью, окунуться в «альтернативный» образ жизни, поносить «альтернативное» платье только в эти короткие лиминальные паузы. А более преданные своей субкультуре или просто более удачливые полноценные представители этих «племен» о «временщиках» пренебрежительно говорят «готт по выходным» или «байкер по выходным».) Вечера и обеденное время — тоже мини-ремиссии, и даже перерывы на кофе и чай — что может быть короче? — своего рода наноремиссии. Маленькие оазисы передышки; крошечные, почти гомеопатические дозы исцеляющей лиминальности.
После каникул/отпуска мы говорим о «возвращении в действительность» или «возвращении в реальный мир», и отчасти назначение и функция каникул/отпуска — дать более четкое определение этому «реальному миру». Каникулы/отпуск и мини ремиссии не отрицают и не отвергают нормы и законы повседневного бытия, действие которых зачастую приостанавливается в период отдыха. Напротив, каникулы/ отпуск подчеркивают и закрепляют эти правила. Употребляя в отношении каникул/отпуска такие эпитеты, как «особый», «необычный» и «нереальный», мы напоминаем себе о том, что есть «норма» и «реальность». Нарушая правила «по правилам», мы лишний раз для себя обозначаем эти важные нормы, и это является гарантией того, что мы будем подчиняться им по возвращении «в реальность». Каждый год находящиеся на отдыхе англичане тяжело вздыхают при мысли о «возвращении в реальный мир» и утешают друг друга мудрыми словами: «Мы бы не ценили это, если бы так было всегда». Истинная правда. Но верно и обратное: каникулы/отпуск помогают нам оценить упорядоченность и определенность — и даже ограничения — нашего повседневного существования. Лиминальность англичане выносят только в определенных дозах. К концу летних каникул/отпуска мы устаем от излишеств и невоздержанности и начинаем тосковать по умеренности.
Другие «переходы»: обряды частного характера и неправильные глаголы
Дни рождения, юбилеи и годовщины свадьбы, новоселья, увольнения с работы и выход на пенсию — обычно небольшие торжества, отмечаемые в неформальной обстановке, в отличие от значимых «переходов» жизненного цикла, описанных выше, хотя некоторые из них для виновников торжества не менее значимы.
Поскольку эти «переходы» отмечаются в узком кругу, с близкими родственниками и друзьями, на этих торжествах, как правило, царит не столь напряженная, неловкая и напыщенная атмосфера, как на больших церемониях, знаменующих этапы жизненного цикла, — например, на свадьбах или похоронах. В узком кругу, среди людей, которые им очень хорошо известны, англичане вполне способны быть сердечными, открытыми, искренними и выражать всю гамму чувств, неизменно ассоциирующихся с дружескими и семейными узами. Некоторые из нас более сердечны и открыты, чем другие, но это уже вопрос индивидуальных качеств личности, не имеющий ничего общего с национальным характером.
Празднования по случаю выхода на пенсию и «отвальные» мероприятия, которые устраиваются на работе, — исключения, поскольку на них не обязательно присутствуют только близкие друзья виновника торжества. Соответственно, для этих обрядов характерны все обычные особенности английской самобытности: симптомы социальной неловкости, которые мы пытаемся подавить с помощью юмора и алкоголя; вежливый эгалитаризм, маскирующий классовые отличия; скромность, самоуничижительные речи, преисполненные скрытого хвастовства; ритуалы стенания; преподнесение подарков в шутливой форме; раскрепощение в состоянии опьянения; неловкий обмен рукопожатиями, неуклюжие похлопывания по спине и смущенные объятия.
По-настоящему неформальные «обряды перехода» — дни рождения, годовщины и новоселья, отмечаемые в кругу близких друзей и родных, — гораздо менее предсказуемы. Во время этих торжеств соблюдаются какие-то общепринятые традиции (торт, воздушные шарики, пение, праздничный стол, напитки, тосты), но они реализуются в другой интерпретации, да и сами участники торжества ведут себя совсем иначе, причем манера поведения обусловлена не только возрастом и классовой принадлежностью, что вполне естественно, но также индивидуальными свойствами характера, привычками, настроением и мотивацией — в общем, такими факторами, которые относятся к ведению психологов и психиатров, а не социологов.
В какой-то степени это же самое можно сказать и о более формальных «обрядах перехода», в конце концов, на этих церемониях каждый из нас присутствует как отдельная личность, а не как робот, действующий исключительно в строгом соответствии со стереотипами национального характера. Я ни в коем случае не хочу лишить каждого из нас своей индивидуальности, но настаиваю на том, что наше поведение на этих многолюдных, менее неформальных собраниях откровенно предсказуемо и сообразуется с основными «грамматическими» правилами нашей культуры.
Но это вовсе не значит, что на неформальных церемониях наше менее предсказуемое поведение не соответствует правилам «грамматики». Подобные события — это своего рода неправильные глаголы: они имеют свои собственные правила, допускающие гораздо большую степень сердечности, непосредственности и открытости, чем мы обычно можем себе позволить.
Мы не «нарушаем правила» во время этих обрядов частного характера. Когда мы находимся в узком кругу, среди людей, которых мы знаем и которым доверяем, правила английской самобытности способствуют тому, чтобы мы больше походили на нормальных людей.
Правила классовых отличий
Вместо того чтобы закончить повествование на трогательной оптимистической ноте, я намерена поговорить о классовости. Опять. Неужели вы думали, что мы в данной главе ограничимся всего парой реплик о классовой системе?
Собственно говоря, вы теперь и сами способны дата полный анализ классовых отличий. Ну же, смелей! Чем отличаются похороны в среде рабочего класса от обряда погребения у средних классов? Или свадьба представителей среднего слоя среднего класса от обряда бракосочетания в среде верхушки среднего класса? Проведите сравнительный анализ по классовым индикаторам материальной культуры, стилям одежды и надежности социального положения. Ну, хорошо, я сама это сделаю. Только не ждите сюрпризов: вы и сами видите, по тому, что «страницы становятся все короче», как писала Джейн Остин, что мы почти у цели. И если мы до сих пор не разобрались во всех английских индикаторах классовой принадлежности, то уже никогда и не разберемся.
Как и следовало ожидать, бесклассовых «обрядов перехода» в Англии не существует. Каждый элемент свадебного обряда, Рождества, новоселья или похорон — от терминологии и одежды участников до количества горошин на вилке — хотя бы в некоторой степени обусловлен классовой принадлежностью.
