Поезд грохотал в ночи.
Я чувствовал слабость освобождения.
Но единственное, чего я действительно сейчас хотел по настоящему – глоток чаю.
Крепкого. Горячего.
С косой долькой лимона.
Губы пересохли.
Еще несколько минут назад я умирал от боли, теперь боль прошла, теперь меня убивала жажда.
«Ты сам этому научишься…»
Я отчетливо представил себе тонкий стакан в тяжелом серебряном подстаканнике, серебряную ложечку, нежно позвякивающую о край стакана.
В купе никто не входил, но в купе вдруг сладко запахло крепким свежезаваренным чаем.
Я открыл глаза.
Стакан в тяжелом серебряном подстаканнике стоял на столике.
Над стаканом клубился пар.
Похоже, демоны Лапласа и Максвелла обслуживали меня в паре. Ложечка нежно позвякивала, лимон золотился. Он был срезан косо, как я это только что себе представлял.
ЦВЕТНАЯ МЫСЛЬ: СВЯЗЬ ВРЕМЕН НЕПРЕРЫВНА.
Как в перевернутом бинокле я видел пыльный Кош-Агач, лавку древностей, медлительную алтайку, геофизиков, обмирающих от непонятного ужаса. Как в перевернутом бинокле я отчетливо видел чукчу Йэкунина, впадающего в хвастливость, и неведомого мне деда, отморозившего пальцы в жарко натопленной бане, и запорошенную кирпичной пылью лестничную площадку.
Серебряная ложечка призывно позвякивала.
Я с трудом сел.
Я уже знал, что сойду на первой станции, чтобы вернуться. Чтобы попасть в Городок.
Ия, чукча Йэкунин…
Почему я, собственно, опять сбежал?
«Нам надо быть сильными».
Я уже знал: я выйду на первой станции.
И заранее страшился: вокзальная толчея, очереди у касс, дурные буфеты – жизнь, утекающая между пальцев.
Соблазн был велик.
Я вдруг отчетливо увидел перед собой железнодорожный билет, он был даже прокомпостирован.
Так просто, перевел я дух, никаких усилий. Ну да, Ия же говорила: «Ты сам этому научишься. Ты включен в систему.»
Я подумал о незаконченной рукописи…
Захочу ли я теперь заниматься рукописями?
Отхлебнув из стакана, я вытер ладонью вспотевший лоб.
Как там плечо? Я еще чувствую на нем тяжесть? Кто-нибудь сидит на моем плече?
Я усмехнулся: а обладает ли демон весом?
И шепнул: «Демон, демон, не исчезай. Ты мне нужен. Ты никогда не был так мне нужен, как сейчас.»
«Даже Ия?»
Я не стал отвечать.
Чтобы понять ошибку, не обязательно ее анализировать. Какие-то нюансы просто подразумеваются.
Анграв-VI
Человек не должен терпеть того, чего он боится.
Г.К.Честертон
1
Спускаясь по пандусу космобота, доставившего меня с «Цереры», я еще издали увидел под прозрачным козырьком навеса невысокого человека в светлых сандалиях и в непомерно длинном плате. Влажная духота заставила даже меня расстегнуть воротничок мундира, но человек в плаще, кажется, не обращал на духоту никакого внимания. Похоже, его больше заботил вполне возможный и скорый ливень.
Это Лин, решил я.
Полгода назад в Управлении мне сказали: Аллофс, Управлению нужен активный и знающий человек. Нам нужен активный и знающий человек с непредвзятым мнением, не склонный к внешнему проявлению чувств и постоянно ищущий. Подтекст: ты, Аллофс, тут изрядно надоел нам на Земле своей дотошностью. Отправишься на планету Несс, Аллофс, сказали мне в Управлении, есть такая морская планета. Не самая, наверное, лучшая, зато самая удобная из всех, которые претендуют на роль будущей Большой Базы. Для выхода в Дальний Космос землянам необходима подобная база. Вопрос о ее местонахождении в принципе решен. Правда, только в принципе. На планете Несс обнаружены некоторые сложности, а специалист по сложностям у нас ты. Подтекст: нам хочется отдохнуть от тебя, Аллофс. Голос и Воронка – вот эти сложности. Именно на них и следует обратить особое внимание, Аллофс. На планете Несс тебе всегда поможет Лин, он главный разработчик Большой Базы, к тому же родился и вырос на Несс. Времени у тебя в обрез, постарайся уложиться к возвращению «Цереры», иначе просидишь на Несс лишних полгода. Лин обеспечит тебе условия для работы и надежную связь с Землей, Аллофс. Только помни, что связь, хотя и надежная, но не постоянная. Сам знаешь, пятиминутный сеанс стоит всей твоей командировки.
Я кивнул.
Полномочия…
Ответственность…
Без Большой Базы, Аллофс, мы как хромой с биноклем: видим далеко, а допрыгнуть до цели не можем. Твоя виза на документах, Аллофс, чрезвычайно важна. Если ты убедишься, что выводы Лина и его сотрудников верны, мы получаем Большую Базу, а Несс входит в кольцо развитых миров. Будь внимателен, от тебя зависит теперь многое.
Я кивнул.
А теперь спускался по пандусу, и Лин приветливо протягивал навстречу маленькие руки. Его желтоватое лицо с резкими скулами казалось выточенным из старой кости и все равно было невероятно подвижным: одна улыбка сменяла другую, как фазы луны. И он не скрывал любопытства, что вполне объяснимо: инспектор Управления не каждый день появляется в таких заброшенных уголках.
Серо-стальной мундир, высокие башмаки на толстой подошве, – пожалуй, на Несс я буду бросаться в глаза. К тому же я оказался чуть не на две головы выше Лина.
– Вы Отто Аллофс! – Лин произнес мое имя чуть ли не с торжеством.
Он даже оглянулся, хотя на площадке никого не было.
– Планета Несс приветствует нового друга. Мы ведь друзья, Аллофс?
Я с трудом уклонился от его объятий.
– Я уверен, что мы подружимся. Я уверен, что мы подружимся очень скоро. Большое дело сближает, Аллофс.
– Инспектор Аллофс, – сухо поправил я.
– Вот именно, – моя поправка ничуть не смутила Лина. – Вы попали на Несс не в самое худшее время, поскольку только что закончился сезон ливней. До возвращения «Цереры» вы вполне сможете увидеть Леяниру, Южный архипелаг, Морской водопад…
– …Воронку, – сухо продолжил я.
Лин изумленно хмыкнул:
– Разумеется, и Воронку. Воронку, может, прежде всего! В некотором смысле, Аллофс, вы будете решать ее судьбу.
Похоже, Лин вообще не собирался обращаться ко мне по форме.
– Несс – провинция, Аллофс, не будем скрывать этого. Но любая провинция имеет свои особенности. Клянусь, Несс – лучшая из провинций. И она заслуживает гораздо большего, Аллофс.
– Инспектор Аллофс, – сухо и терпеливо поправил я, но Лин опять не обратил внимания на мою поправку.
2
Пока машина разворачивалась на поле космопорта, способного принимать только боты, я успел рассмотреть мрачную громаду хребта Ю, отгородившего долину от океана. Вершины тонули в пелене сплошных белых облаков, наглухо затянувших небо, наглухо закрывших звезду Толиман, сестру нашего Солнца. Пусть далекую, пусть очень даже далекую, но сестру.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
