Он сумел пересечь столицу, избежать взрывов, отразить щитом потоки камней от разваливающихся домов и вылететь из Южных ворот, прижимая к себе драгоценный груз. За стенами города Ирияс остановился: здесь земля не изрыгала огонь, лишь дрожала от отголосков взрывов в Виндоре.
До самого утра султан сидел у костра, принимая от шеймидов доклады о состоянии войска. Перепуганная Роксана робко жалась к мужу, ей негде было спрятаться от чужих взглядов: паланкин остался в разрушенном дворце. Одно за другим поступали сообщения о потерях: по предварительным подсчетам, около четверти носферату остались под завалами.
Дарианна под охраной десятка воинов сидела чуть поодаль, встречая каждую такую весть радостным смехом. Под утро, когда вернулись все те, кто выжил, молодой некромант доложил султану:
— Солнцеподобный, двадцать три шеймида погибли от взрывов…
— Можешь идти, Арлан, отдыхайте, — мрачно уронил Ирияс.
— Это только начало, — захохотала императрица, — скоро вы все подохнете: и твои шакалы, и ты, султан, и твоя трусливая сука. А потом мы пойдем в Андастан и перережем всех жителей, и твоих ублюдков тоже…
Услышав ее слова, Роксана жалобно вскрикнула, задрожала и упала без чувств. Этого Ирияс простить уже не мог. Он протянул руку к лицу Дарианны и произнес короткое заклятие, испепелившее сознание императрицы, превратившее ее в бессловесное животное.
"Это не было победой, это не было победой", — билась в голове одна-единственная мысль. Не так представлял Ирияс свое триумфальное появление в столице. Не было ни трепещущей толпы галатцев, перед которыми он въехал бы в Виндор на белом коне, ни ключей от города, поднесенных на бархатной подушке. Не преклонила колен императрица, отрекаясь от трона в обмен на жизнь. Не получила андастанская армия ни новых не-мертвых солдат, ни покорных рабов. Обращать было просто некого. Жалкая горстка воинов, зачем-то оборонявших пустой город, не в счет.
Как же он ненавидел эту огромную, холодную страну с ее тупыми, упрямыми жителями! Ненавидел за бессмысленное сопротивление, которое оказывали галатцы, обреченные на смерть, за отравленные колодцы и выжженные кладбища, за то, что Галатон, заведомо проигрывая некромантам в силе, упорно не желал признавать свое поражение!
Покинутые земли, брошенные города — сколько их в этой стране? Не могли же все жители уйти прочь из Галатона? Ведь кто-то же пробрался в подземелья и сжег Виндор? Это были не люди, Ирияс точно знал, человеческая энергетика отличается от всех прочих. Но наверняка те непонятные существа, которые неведомым образом взорвали столицу, были наняты галатцами. Значит, обитатели столицы где-то неподалеку. Может быть, они готовятся к нападению. Он отыщет их, нагонит и заставит расплатиться за ужас, перенесенный им этой ночью…
Во все стороны полетели вооруженные магическими трубами воины на горячих скакунах. Самые интересные вести принес разведчик, вернувшийся с юга: к границе двигался длинный обоз — телеги, кареты, колонны пеших. Люди покидали Галатон. Ирияс нахмурился: человеческие души — вот ради чего он затеял всю эту войну. Бесценная энергия, питающая некромантов, продлевающая жизнь, важна именно она, а не пустые бесконечные земли. Решение созрело мгновенно. Он пришел сюда не для того, чтобы сидеть в руинах столицы, ожидая новой атаки.
Утром армия двинулась на юг.
Неутомимость носферату и выносливость шеймидов не подвели: через двое суток пути андастанцы нагнали обоз. Длинная вереница подвод и карет медленно тянулась по узкой дороге, проходившей через густой ельник. Позади повозок двигались колонны пеших. Султану были хорошо видны сидящие на телегах женщины и дети, согбенные старики и старухи, уныло плетущиеся пешком по пыльному тракту мужчины. Воины, сопровождавшие обоз, ехали верхом на расстоянии десяти шагов друг от друга. Ирияс не ошибся: виндорцы покидали насиженное место.
Приказав войску остановиться, султан кивнул одному из шеймидов. Тот произнес заклинание, и его голос, многократно усиленный магией, загремел над лесом:
— Галатцы, сдавайтесь великому Солнцеподобному султану Ириясу, и мы пощадим вас!
Беженцы продолжали двигаться так, словно ничего не произошло. Шеймид предпринял еще одну попытку:
— Ваша императрица у нас в плену! Сдайтесь, и мы не причиним ей зла!
Никакой реакции не последовало. Люди как будто все в одночасье оглохли и не слышали призывов воина.
Один взмах смуглой руки — и к галатцам устремились отряды носферату. Шеймиды отдали нежити приказ разделаться только с воинами, а остальных людей просто окружить. Предвкушая настоящий пир поглощения, андастанцы нетерпеливо наблюдали за тем, как волна зомби стремительно накатывается на повозки.
Но когда до путников оставался какой-то фихт, в облике беженцев, будто по волшебству, произошли разительные перемены. Обоз, наконец, остановился, и люди, колонной тянувшиеся позади телег, повернулись лицом к носферату, выпрастывая из дорожных мешков арбалеты и мечи. Остальные разворачивали повозки поперек тракта, преграждая зомби путь вперед. На телеги вскакивали лучники и арбалетчики, целясь во врага сверху. Женщины-магессы отбрасывали тряпичные кульки, изображавшие грудных детей, и выпрямлялись на повозках во весь рост, сплетая огненные заклятия. Старики чудесным образом разгибали спины, превращаясь в молодых воинов.
В носферату полетел град арбалетных болтов и стрел. Вонзаясь в мертвую плоть, они вспыхивали колдовским пламенем, стремительно распространявшимся по телу тварей, испепеляюшим их тела за считаные секунды. Волшебницы швыряли в зомби огненные шары, каждый раз попадая точно в голову. Тех носферату, которых не достала волшба, солдаты принимали на клинки. Ирияс вынужден был признать, что на пути его войска встали хорошие мечники: люди смело врубались в толпу не-мертвых, и снесенные их ударами головы уродливыми мячами катились по дороге, орошая пыльную землю черной слизью.
Наблюдая за избиением носферату, султан ощутил настоящую ярость. Эти нелепые людишки считают, что устроили ему ловушку? Ему, Солнцеподобному, непобедимому, захватившему полконтинента? Он кивнул, и на врага ринулись новые отряды зомби. Только теперь впереди скакали четверо шеймидов.
— Лля-эрриа Исдис! — тоскливо прокатилось над лесом.
Сразу с десяток телег, поднятых невидимым ударом огромной силы, взлетели в воздух, вспыхнули и рухнули на головы людей, погребая их в своем пылающем чреве. Некроманты обрушили на галатцев потоки смертоносной волшбы.
Казалось, галатцам пришел конец. Но вдруг чары шеймидов натолкнулись на мощный щит и рассеялись, не причинив вреда. Ряды воинов расступились, и вперед выступили люди, облик которых показался Ириясу странным и смутно знакомым. Их было пятеро — трое юношей и две девушки. Высокие, хрупкие, с белыми, сверкающими, словно серебряные нити, волосами, они стояли перед некромантами. Султан никогда не видел эльфов — первозданный народ не появлялся в Андастане, — но узнал их по описанию и рисункам из книг. Даже ему, свято верившему в избранность своего народа, эльфы показались совершенными существами. На мгновение Ирияс невольно залюбовался их утонченной красотой и изяществом движений. "Но откуда? — подумал он, сбрасывая с себя очарование, словно морок. — Откуда они здесь? Ведь Аллирил погиб…"
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
