я безумно любил его, но всегда видел его таким, какой он есть, — стариком. Моя преданность была связана с чем-то другим — с моей матерью и нескончаемой потребностью защищать ее от ее собственных демонов.
Но я стал для Ноя тем, чего у меня никогда не было, и не собирался снимать эту маску сейчас.
— Если они когда-нибудь осмелятся прийти сюда, — сказал я, удерживая его взгляд силой своего собственного, — я достану их.
«Для тебя, Рэй, и мамы… Клянусь Богом, я их достану».
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ
МЕЖДУ КАПЕЛЬКАМИ ДОЖДЯ
Детектив Сэм Льюис позвонил мне на следующее утро после того, как было найдено тело моей матери.
Я был на работе, разгружал продукты, когда раздался звонок, и не стал терять ни секунды, прежде чем ответить.
— Дай мне минутку, — попросил я Говарда. — Это очень важно.
Он отмахнулся от меня сочувственным, понимающим кивком.
— Делай то, что должен.
Как только я пришел на работу, извинился за то, что не пришел вчера. Благодаря Рэй и ее звонку, который она сделала по дороге на работу, Говард знал, что в семье произошло чрезвычайное происшествие, но только после того, как пришел утром, он узнал, что моя мать умерла.
Однако Говард не знал, что она была убита.
Я хотел избежать вопросов. По крайней мере, на данный момент. Последнее, что мне было нужно, — это чтобы все в городе снова смотрели на меня обвиняющими и вопросительными взглядами, задаваясь вопросом, не оказалось ли мое прошлое на пороге дома моей матери. Не понимая, что именно ее жизнь в конечном итоге запятнала мою.
Я поспешил в кладовую, подальше от всех, кто мог бы подслушать, и ответил на звонок, прежде чем детектив Льюис успел повесить трубку.
— Привет, Сэм, — поздоровался я, затаив дыхание. — Как дела?
— Что ж, звоню сказать, что у меня хорошие новости, — сказал он, дав мне ответ, на который я надеялся. — Мы нашли Леви.
Я нахмурился с мгновенным подозрением.
— Ого, как быстро.
— Он знал, что мы приедем. Я имею в виду, хочешь верь, хочешь нет, но тот просто тусовался у твоей мамы. Сказал, что живет там.
Я кивнул в сторону стопки консервированных супов.
— Да, я просто… не знаю. Наверное, я ожидал, что он сбежит или что-то в этом роде.
— Нет. И на самом деле, Леви казался измученным. Знаешь, словно почти почувствовал облегчение. Это было странно. Но главное, что он у нас. Леви признался, что подсыпал ей в наркотики фентанил с намерением убить ее, и согласился назвать имя другого парня, с которым он работал. Кое-кто, по его словам, тоже был в этом замешан.
Мой взгляд на банки с супом стал жестче, и я сильнее нахмурился.
— Сет.
— Ты его знаешь?
— К сожалению.
Сэм задумчиво хмыкнул, и мне стало интересно, о чем он думает, но я знал, что тот вряд ли поделится со мной.
Вместо этого он сказал:
— Леви попросил поговорить с тобой.
Я сжал челюсть, разжимая кулак.
— Зачем?
— Я не знаю. Он только сказал, что хочет поговорить с тобой о некоторых вещах.
— Ну, ты можешь сказать ему, чтобы он засунул свою просьбу себе прямо в задницу, — ответил я без колебаний.
Сэм беззлобно усмехнулся.
— Так и думал, что ты это скажешь. В любом случае, Солджер, я просто хотел сообщить тебе последние новости. Либо я, либо детектив Миллер позвоним тебе при любом другом развитии событий, хорошо?
— Ага, — пробормотал я, кивая. — Спасибо, Сэм.
— Конечно. Созвонимся.
Он завершил разговор, и я засунул телефон обратно в карман. Мне следовало сразу же вернуться к работе, зная, что Говард в данный момент поднимает тяжелые коробки в одиночку, когда ему, вероятно, не следовало этого делать, но не сдвинулся с места. Вместо этого я медленно опустился и сел на то, что стояло позади меня — стопку коробок с майонезом, очевидно, — и уставился вперед на куриную лапшу и томатный базилик.
Леви арестовали, и меня не было рядом, чтобы ухмыляться, как гребаному маньяку, когда копы увозили его.
Хотя я надеялся, что кто-то это сделал. Надеялся, что кто-то был там и благодарил Бога за то, что этот кусок дерьма наконец-то, наконец-то, наконец-то получил по заслугам после стольких лет ускользания от внимания закона.
Но Сет…
Я пытался представить себе мотив Леви. И хотя только догадывался, подозревал, что это, скорее всего, как-то связано со смертью его брата. Возможно, месть. Однако знание того, что Сет был как-то замешан — по словам Леви, — задавало другой тон. Это все меняло, и вдруг эта месть стала очень похожа на послание.
Направленное мне.
— Что ты задумал? — пробормотал я, глядя на суп, потирая рукой рот и подбородок.
Но суп не мог ответить за Сета. Ни один из супов не мог, и я тоже. Но надеялся только на то, что копы доберутся до него раньше, чем Сет доберется до кого-нибудь еще.
* * *
Мне не хотелось готовить, да и Рэй тоже. Поэтому мы спросили Ноя, что бы он хотел съесть, и, поразмыслив несколько минут, тот сказал нам, что очень хочет чизбургер из закусочной «У Дика». И хотя мы нечасто брали за привычку ужинать вне дома, сегодня подумали, что вечер вне дома поможет скрасить наше общее настроение, такое же мрачное и серое, как небо над головой.
— Надвигается гроза, — прокомментировал я, когда мы шли в закусочную.
К счастью, наш район был недалеко от Мейн-стрит. Так что если бы небеса решили разверзнуться на обратном пути, то нам не пришлось бы далеко идти.
— Хелен сказала, что в эти выходные у нас будет отвратительная погода, — ответила Рэй, с опаской поглядывая на черное небо.
— Похоже, тогда мы не сможем поехать на рыбалку, — проворчал Ной, топая ногами по тротуару.
— Ну, посмотрим, насколько все
