В ответ огонь с той стороны стал более злым и точным. Вылезающий из трейлера доктор Мураками неловко взмахнул рукой и упал, пропав из виду. Ксане показалось, что она видела брызнувшую от попадания кровь.
Дракон, тащивший Глеба, остановился, собираясь бросить пленника и помочь доктору. Но тут Икари закричал, размахивая руками, и Дракон, оставив Мураками, затащил в вертолет рыцаря,
Икари поднял вертолет, их достали на высоте десяти метров, не очень сильно, но чувствительно. Машину тряхнуло. Икари огрызнулся вниз из пушки и сказал:
– У нас перегрузка, маневренность сильно ухудшена, – и добавил несколько слов на японском.
Дракон, бинтовавший простреленное плечо и ногу, шевельнулся в направлении Ивана. Ксана наставила на него пистолет. Он не мог знать, что обойма пуста.
– Убью обоих, – сказала она, – Только прикоснись к нему. Вон лежит мясо, можешь его выкидывать, – она указала подбородком на Глеба.
Дракон замер, колеблясь. Он мог увернуться от выстрела, но реактивная пуля натворила бы в кабине бед не меньше, чем прямое попадание снаружи, Пат.
– Будь умницей, – мягко произнес Икари, целясь в Ксану из маленького черного «жала».
Его верный «Ронин» выполнял маневры уклонения в автоматическом режиме. Свое имя он получил за то, что в бою вполне мог обходиться без хозяина-даймё.
– Мы не можем выбросить пленника. Так что выбирай – твой друг или вы оба. Я снижусь, чтобы он не сильно пострадал, падая.
– Пошел ты!
Неизвестно, чем бы все кончилось, но тут вертолет тряхнуло более основательно. Ракета класса «Swarm» взорвалась на расстоянии двух метров от «Ронина». Осколочный наполнитель боевой части изрешетил кабину, не повредив, к счастью, ни один из жизненно важных узлов.
Да и с пассажирами на первый взгляд ничего не случилось. Ксана мазнула ладонью по щеке, глянула мельком. Кровь. Зацепило, пустяк. Она так и так собиралась сделать небольшую фи-зиопластику. Если выживет теперь, конечно,
Икари тоже был цел, ему не досталось даже царапины. Иван и Глеб, лежавшие кучей, вроде не пострадали. И Дракон…
Японец медленно завалился вперед, сохраняя безупречно прямую осанку. Его лицо, уткнувшееся в колени охотнице, до последней секунды не изменило своего надменного выражения.
Ксана посмотрела вниз и до боли закусила губу. Затылка у Дракона больше не было. Вместо него красовался неестественно аккуратный срез, открывающий залитое кровью вещество мозга, Убивший его осколок сработал чисто, как хирургическая пила.
– Ну вот, – даже весело сказал Икари. – Проблема решилась. Давай-ка избавимся от балласта, пока нас не сбили.
Тело Рицуко Хитори по прозвищу Дракон кануло в темноту, расшиваемую стежками трассирующих пуль. Икари поспешил опустить бронированную дверь.
Вертолет резво набрал высоту и скорость, удалясь от Дома Друидов в сторону основных воздушных трасс. Больше его ничего не задерживало.
Икари что-то сказал.
– Чего? – переспросила Ксана. – Я не поняла.
Сакамуро блеснул в ее сторону черными стеклами очков.
– Я сказал: до встречи в следующей жизни, – пояснил он.
– Ты веришь, что есть следующая жизнь? – спросила охотница. –После смерти?
– Веришь? – Икари усмехнулся, загадочно, как японский Сфинкс. –Я это знаю,
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Отель «Восток». Построенный компанией «Мисато» в самом сердце японского квартала, с крышей и пентхаусом[17] на Небесах Города. Угрюмо-роскошный, недоступный для чужаков, настоящая крепость, укрепленная лучше, чем резиденции древних императоров. Собственная служба безопасности – неприметные сарари, прячущие плоские иглоавтоматы под серыми пиджаками. Линии внутренней и внешней защиты, круглосуточное наблюдение за прилегающей территорией. Все, вплоть до замаскированных зенитных пушек и противопехотных ракетных комплексов, вмонтированных в лепные излишества на фасаде. Вращающиеся блюдца радаров. Лазерные детекторы движения. «Кричащие мины».
Но все это бесполезно. Нет таких неприступных стен, прочных запоров, верных стражей, чтобы защитить крепость, в которой завелся предатель.
– Откуда вы узнали про эту линию?
В древней телефонной трубке раздается негромкий смешок.
– У меня есть свои источники. Весьма осведомленные источники… полковник,
– Даже чересчур. Не назовете их, случайно?
– В другой раз. Скажите лучше – вы уверены, что нас не подслушивают?
– До вашего звонка был уверен. Об этой линии не знает даже «Глобалком», она считается демонтированной за давностью постройки свыше пятидесяти лет.
– В таком случае все в порядке. Я звоню, чтобы напомнить о нашем маленьком договоре.
–Я все помню. Свою часть мы готовы выполнить не раньше, чем вы снабдите нас обещанной информацией.
– Я как раз собираюсь это сделать. Один из интересующих вас людей мертв, второй, которого вы знаете как Лейтенанта, находится сейчас здесь, в отеле «Восток».
– А директор Сакамуро?
– Он тоже здесь. Так что вы можете сделать все за один раз.
– Постараемся.
– И, полковник, еще одно.
– Да?
– Поторопитесь.
Глеба привезли в отель и уложили в одной из комнат пентхауса, зарезервированного для господина Йоши Сакамуро. Рыцарь был все еще без сознания. Ксана весьма качественно обработала его парализатором.
Позже в комнату зашел сам господин директор в сопровождении Икари, Ксаны и тихо гудящего «Автомона». К этому моменту Глеб был способен только на нечленораздельное мычание и не видел ничего, кроме серой мути. Зрительные и речевые центры находились в состоянии стан-шока.
Двигаться Глеб тоже не мог. Поэтому никто не побеспокоился надеть на него хотя бы наручники. А под прицелом телескопических визоров «Автомона» необходимость в них и вовсе отпала.
Икари придвинул директору стул. Сакамуро опустился на него, судорожно цепляясь за свою белую трость.
Ксана выложила на столик-каталку черную бархатную тряпицу, развернула. Хромом, никелем и титаном заблестели многочисленные ножи, крючья, миниатюрные тиски и пилы. Полевой набор инквизитора.
Охотница деловито зарядила ворох разнокалиберных шприцев и разложила их тут же, под рукой. Местные обезболивающие, сильные коагулянты, волеподавители, стимуляторы – все, что могло пригодиться во время допроса.
Никогда не знаешь точно, решит объект потерять сознание, истечь кровью или впасть в кому. Надо быть готовым ко всему.
Ксана всегда предпочитала мысленно говорить именно так – «объект». Это позволяло ей избавиться от ненужной скованности.
Глеб замычал и приоткрыл один глаз. И обнаружил, что отключившая его девица стоит рядом и лепит датчики на его обнаженную грудь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
