Читаем без скачивания Почти любовь - Алекс Джиллиан

прятала очень глубоко внутри, не позволяя этому безусловному чувству вырваться наружу.

Она так прекрасна сейчас, что у меня захватывает дух, все сомнения меркнут, теряя свою актуальность, сердце замирает на мгновение и оживает снова, запуская по венам кипящий поток эндорфинов[2].

– Черт, чуть не забыла, – встрепенувшись, Олеся снова забирается в свой рюкзак. Я начинаю ощутимо нервничать, остерегаясь новых сюрпризов. Не уверен, что выдержу еще один. – Это тебе, Страйк, – сверкая улыбкой, она вручает мне крупный ярко-оранжевый мандарин. Сжав солнечный фрукт в ладони, я уверенно притягиваю Олесю к себе, сталкиваю нас лбами и тихо шепчу в приоткрытые губы:

– Как ты смотришь на то, чтобы у твоей маленькой Веснушки появилась полноценная семья?

«Теперь мы отойдем от них, зная, что им нужно быть вместе одним. Много на свете слов на разных языках и разных наречиях, но всеми ими, даже и отдаленно, не передашь того, что сказали они в день этот друг другу.»

Александр Грин «Алые паруса»

Эпилог

Пять месяцев спустя.

– Саш, ты снимаешь? Можно уже зажигать? – замерев в ожидании, Олеся вскидывает на меня вопросительный взгляд, одной рукой страхуя стоящую на стуле Настю, второй держа наготове зажигалку над единственной свечой на двухъярусном торте с фигуркой Эльзы[3].

– Ага, – киваю я, наводя фокус на своих девчонок, одетых в одинаковые сшитые на заказ праздничные голубые платья. Прозрачные накидки, диадемы со стразами, белые туфельки, причёски – тоже абсолютно идентичны и отличаются только размером.

Глядя на них, я в очередной раз поражаюсь невероятному сходству между двумя принцессами. Это не только мое предвзятое мнение. Родители дар речи потеряли, увидев Настю в первый раз. Мама схватилась за сердце, напугавшись, что двух Веснушек я точно не потяну, но непосредственная жизнерадостная малышка моментально растопила ее сердце. Даже отец не смог остаться равнодушным, хотя никогда не демонстрировал особой любви к маленьким детям, предпочитая «играть» с девочками 20+. Последней его «подруге» двадцать три, еще меньше, чем было Юльке. Мать, как обычно, делает вид, что ничего не знает, поддерживая видимость идеального брака. В общем, у них все течет по-старому руслу, а в моей семье каждый день новые открытия. Первые самостоятельные шаги, первые слова, первые шишки и сбитые коленки. Скучать некогда.

– Остальные тоже подтягивайтесь, – машу рассевшимся за столом родственникам.

Пока наши с Лесей родители отрывают свои задницы от насиженных мест и выстраиваются за двумя принцессами, Настя умудряется оставить отпечаток ладошки на торте, заляпать свое и Олесино платье.

– Вот теперь все на месте, – удовлетворенный картинкой в кадре, сообщаю жене. – Жги, малыш, – командую я. Олеся подносит зажигалку к свечке, и та вспыхивает танцующим огоньком. Настя радостно хохочет, хлопая в ладоши. Крем от торта, оставшийся на руках, разлетается во все стороны, попадая на дорогущие наряды гостей. Леся смешно вытягивает губы, показывает дочке, как нужно дуть, уговариваю малышку последовать ее примеру. Но у Насти свои планы. Вдоволь нахлопавшись, она норовит слезть со своего пьедестала и побежать скорее разбирать подарки. Смирившись, Олеся задувает свечу сама. Гости аплодируют, в разнобой скандируя: «С днем рождения», а Настюха, стащив с торта шоколадную фигурку Эльзы и бросив на меня хитрющий взгляд, с аппетитом откусывает у нее голову.

– Снято, – давясь от смеха, я останавливаю сьемку. – Шикарно получилось.

Убрав телефон в карман, подхожу к девчонкам и, взяв ту, что поменьше размером, на руки, целую в пухлую жующую щечку, и подмигиваю той, что побольше: – Малыш, у тебя крем на правой щеке.

– Ну, Настя, – качнув головой, Леся стирает сладкую кляксу с лица и шутливо грозит пальцем мелкой проказнице.

– Меткая. Вся в тебя, – подкалываю Олесю.

– Я, если ты забыл, мандаринами кидалась, – с улыбкой напоминает она.

– Подожди, какие ее годы. Дойдет дело и до мандаринов, – поставив дочь на пол, я отпускаю ее в свободное плаванье по морю игрушек и обнимаю жену. – Тебе очень идет этот образ. Пожалуй больше, чем все остальные.

– А я думала, что «мечта дальнобойщика» в приоритете, – мягко смеется Олеся, нежно погладив меня по гладко выбритой в честь праздника щеке. Наклонив голову, я шепчу ей на ухо:

– «Мечту дальнобойщика» я уже поимел, а принцессу еще нет.

– Кравцов! Это вообще-то детский день рождения! – возмущенно шипит Олеся, порозовев от смущения, а сама просовывает руку под мой пиджак и игриво прогуливается пальцами по мышцам спины. – Я договорилась с мамой, она возьмет Настю на выходные погостить, – добавляет, понизив голос до шепота.

Ого, вот это я понимаю праздник души и тела. На такую щедрость я даже не рассчитывал. Хотя вру. Еще как рассчитывал, даже трёхдневный отпуск взял. Светлана Андреевна предупредила по большому секрету об их с Олесей планах. Повезло мне с тещей. Золотая женщина, понимающая, безотказная, всегда на подхвате и в Насте души не чает. На своих я так положиться не могу, из-за чего они жутко ревнуют. Но им полезно, больше будут ценить.

– Целые выходные? – расплываюсь в коварной улыбке, крепче сжимая пальцы на талии жены. – А принцесса ходить потом сможет? – цокнув языком, сочувственно качаю головой. – Эх, и не завидую я ей.

– Не переживай, Кравцов, принцесса запаслась всем необходимым и готова выдержать любую дистанцию, а не только основной и дополнительный забег, – опрометчиво заявляет Олеся.

– Смотри, малыш, тебя за язык никто не тянул, – предупреждаю я, вскользь касаясь губами ее губ, чувствуя, как шаловливые пальчики забираются под ремень моих брюк. Благо Леськины действия скрыты от посторонних глаз пиджаком, иначе у моей маман точно бы дым из ушей повалил. При всей любви к Насте, Олесю она по-прежнему подчёркнуто «терпит», но по крайней мере больше не лезет со своими советами и никаких других баб мне не сватает. На нашей второй, на этот раз классической свадьбе мама даже поздравительную речь толкнула и скупую слезу пустила. Не от умиления, конечно, а скорее оплакивая мою незавидную судьбу и рухнувшие надежды на первую сноху, с которой она до сих пор плотно общается, не забывая держать меня в курсе Майкиных дел. Дела у нее, к слову, постепенно налаживаются. Карьера идет в гору, женатый любовник, обещающий вот-вот развестись. И зная Майин характер и целеустремленность, хочет он того или нет, но она своего наверняка добьется. В любом случае, смена прицела с меня на другого мужчину уже говорит о значительном прогрессе, и я искренне желаю Майе обрести то, что сделает ее по-настоящему счастливой.

– Нас все ждут. Пойдем к столу? – положив ладони на мои плечи, Олеся вопросительно заглядывает мне в глаза. Ее немного шальная улыбка, горящие глаза и легкий румянец на щеках заставляют меня забыть о приглашенных гостях. Она светится так ярко, что затмевает солнце, и я не вижу никого, кроме нее.

Любовь слепа. Наверное, это выражение подходит к нам, как никакое другое, но даже вслепую, путем ошибок и расставаний, мы сумели найти друг друга, удержать и получить в награду то, о чем даже не мечтали. Наша непростая история строилась на череде встреч, каждая из которых заканчивалась по-разному, но так или иначе вела к новому столкновению. Неизменным оставалось только одно – мы пытались любить друг друга.

И у нас получилось.

Мы сумели заменить неточное понятие «почти», на «целиком, полностью и навсегда».

PS: Здесь очень хочется оставить стихотворение моей читательницы Елены:

Почти любовь

По чувствам лезвием играя

Из стали старого ножа,

От чувств взметнувшихся пылая,

Всё жили, дни во тьме круша.

И в оправдания не веря,

И в правоту грядущих лет,

Несли на сердце свое бремя,

Давая здравию обет.

"И жили счастливо и долго"

Откладывали на года.

В любви клялись они безмолвно,

На сердце раны нанося.

Так жизнь крутила их мечтами,

Потери, боль – большой букет.

Ошибок много совершали,

Себе же наносили вред.

Лишь череда лихих