собственной глупости.
Это конец, прикрыла глаза, расслабилась. Устала бороться. Хватит. В конце концов когда-то была Вильмонт. Анной Вильмонт. С ней так не обращались.
Рука медленно опустилась на пол беспомощно повисла сломленной веткой. Пальцы коснулись пола а именно осколков.
Я отстранилась, но лишь на секунду, а потом погладила холодное острие. Большой осколок. Как раз можно вспороть шею, до того сильно ненавидела их. Всех и каждого. Желала им смерти.
Нащупав осколок взяла в ладонь, кожей ощутила неровные, битые края и сжала с силой, пытаясь придти в себя. Проснуться. Боль пронзила ладонь, пальцы отчетливыми бороздами. Разила, пока стиснув зубы чувствовала чужие руки, которые задирали юбку и слышала шепот на ухо.
Усилила сжатие. Проснись. Проснись, Вильмонт… Проснись! Еще сильнее сжала, наслаждаясь вспышками боли на коже и слезами, что появились, наконец, на глазах.
Предупреждающе подошли два наблюдателя. Один из них отрицательно покачал головой, запрещая использовать осколок. Подумал, что пущу в ход? Просчитался…
Усмехнулась, перемещение губ ощутил Трески. Приподнял голову, молчаливо вопрошая об улыбках.
Макс оторвался от поцелуя, а я с силой сделала замах насколько позволяло пространство и лбом, точнее лобными дугами ударила в нос Трески, с целью разбить хрящ.
Сокращение мышц почувствовала и отползшее тело назад. Вскочила, с подозрением глядя на прихвостней Трески.
— Ананина, сука… — сквозь зубы процедил Макс. Я приготовилась ко всему, что могло последовать. Самое главное, чтобы они воспользовались силой, но нет.
— Знаю, Максим, — один дернулся в мою сторону к дивану через столик.
Я отпрыгнула в другую, под ногами захрустело стекло.
Подняла за край стеклянный стол и перевернула на бок, ставя барьер и отпугивая нападавших..
Еда, напитки, пепельница посыпались на ковер горсткой мусора. Трески сбоку приходил в себя, придерживал нос, его не следовало списывать со счетов.
Еще один мужчина с удивлением и медленно закипающей злобой в глазах протянул руку. А я машинально отскочила в бок, словно она была ядовитая. С другой стороны очнулся Трески.
Быстро насколько могла рванула к шторке, но голову дернули назад вместе с волосами. Потерялась, едва не рухнула. Где-то на грани сознания и реальности взяла себя в руки.
Проснулась от кошмара под именем Хаски. На ощупь определила голову мужчины, державшего меня. С задранным лицом видела только потолок и яркую раздражающую люстру, которую ненавидела в последнее время. С силой сцепила пальцы на затылке мужчины и потянула вниз. Колено вновь согнулось, разбивая хрящ на носу второго соперника.
Волосы освободили.
Темный коридор, на память бежала. Каблуки мешали.
— Придушу! — орал в след Макс, разбавляя тишину в клубе. Готовились к открытию Рая, официанты и обслуживающий персонал занимались делами. Пока никого не встретила по темному коридору.
Из туфлей на бегу удалось избавиться. Мимо прошел официант, проводил взглядом.
— Хватайте ее. И ты Тифон! — орал Трески, покуда я бежала через танцпол по направлению к выходу. Там могли быть охранник и менеджер. Нет, вроде никого не было.
В спину ударила волна боли, заставила навзничь упасть лицом в пол и жалобно про скулить. Не переставая тело дергалось от удара электрических токов, дрожали конечности и дышать не могла.
Финиш. Теперь я подняла пистолет, который приготовил отец, навела мысленно курок.
Рукой с трудом хлопнула по холодному полу, вспышки боли перестали колоть, голубые прожилки энергии отпускали тело, отрывались от кожи. Сильнее. Сжала ладонь на ледяном полу, высвобождая поглощаемую энергию из воздуха.
Рикошет. Сила, направленная на меня прямо пропорционально той, которую я в ответ отдавала им. Теперь плевать, пусть знаю, что у меня две энергии.
Ток взорвался по полу, прополз страшной змеей и ворвался в тела Тифона и Трески, мужчины упали без движения. Видимо, сильный заряд Макс направил в удар.
А я немедля, невзирая на покалывающее до сих пор тело прибавила бегу, голыми ногами по скользкому полу. Лишь бы не упасть на их отполированном кафеле черно-красном.
Хватаясь за ручку двери сердце обрадованно сжалось, запрыгало в груди. И остановилось трусливое, когда сильные руки перехватили поперек туловища, а я завизжала в отчаянии.
— Нет, нет… Тифон отпусти… отпусти, — как заведенная повторяла, горло сковал спазм, с трудом видела перед глазами слезы.
— Отпусти, — отдирала руки от себя. — Отпусти! — но Тифон не слышал, поставил на землю, когда один из официантов равнодушно дошел до нас.
— Поймал? — поинтересовался у Тифона, а я сжала челюсть и заморгала, отчаянно прогоняя эмоции.
Предприняла последнюю попытку спастись, пока слезы не сделали окончательно слепую. Ногу опустила с размаху на мужскую, эффект неожиданности должен был помочь.
Хватка ослабла, стала просторнее, чем я и воспользовалась. Нырнула вниз под руки державшего Тифона. Выхватила у официанта поднос с бокалами и, встав на цыпочки, опустила на голову мужчине. Град осколков красиво заблестел на его плечах.
Мне все равно останутся у него шрамы или нет. Официант попытался схватить запоздало за руку, но я успела отворить дверь и ею ударить в лоб обслуживающему персоналу.
Тьма. Фонари горели ярко над головой. И я, как слепая, бежала по лестнице по памяти, молясь чтобы никого не встретить. Глаза жгли слезы и этим слезам было позволено выкатиться из глаз.
Бежал за мной кто-нибудь или нет, не знала, не слышала, а только просила неизвестные силы помочь мне.
Один единственный последний раз. Всего один раз, о большем не просила. Бежала очумело по горячей мостовой, от которой жгло ноги, лицо покрылось испариной от быстрого бега.
Только бы спрятаться подальше отсюда. Подальше от его клуба. Подальше. Дальше. Дальше.
Сначала бежала, слушая свое дыхание и страх, который бился в груди от возможности быть пойманной. Хаски, наверное, успел уехать. Где могла спрятаться в Арзонте?
Это далеко, но я бежала. Иногда переходила на шаг, когда становилась невмоготу. Несколько раз казалось, что вслед наблюдали, тогда оглядывалась и переходила на бег. Забывала, как под сердцем кололо. Одни тротуары и дороги.
Где район Асгары? Там возле дома Ирины по фоткам я видела фонтан красный.
Машина наперерез остановилось. Сердце испуганно спряталось за ребрами когда я увидела тонированные стекла. Дверь отворилась на пассажирском сидении и оттуда раздался знакомый голос Имины. Ее не было в клубе. Откуда она здесь?
— Садись, — на приглашение нырнула в прохладное помещение, жадно дышала, на помощницу не смотрела. — Куда тебя?
— Район Асгары, — тихо ответила. Отвернулась к окну, чтобы не показать Имине предательские ничтожные слезы, которые ненавидела за слабость. Я почти никогда не плакала. По пальцам можно пересчитать количество раз, когда позволяла себе быть слабой.
— Ань… не плачь… это что-то странное..
— Прошу не надо, — резко оборвала попытки что-либо
