Читаем без скачивания Время, назад (сборник) - Филип Дик

«Я обязательно должен выбраться отсюда, — сказал он себе. — Если я останусь здесь, Балкани обратит меня в свою веру так же, как он проделала это с Джоан… Это лишь вопрос времени, — понял он. — А когда это случится, то судьба нашего родного края будет предрешена».

Нет, пожалуй, сегодня ему заснуть не удастся, учитывая, какие мысли крутились в его голове.

На рассвете по шоссе, которое тянулось вдоль берега фьорда, с грохотом и лязгом проехал мусоровоз и остановился возле сторожевой будки у моста, как проделывал это сотни раз. Охрана бегло осмотрела его и пропустила дальше. Грузовик пересек однопролетный подвесной мост и покатился дальше, взревывая, чихая и храпя по дороге, ведущей к главным воротам тюрьмы. Здесь его снова проверили и пропустили, после чего машина наконец остановилась позади тюремной столовой. Через некоторое время из нее вышли двое в белых комбинезонах, направились к помойке и скрылись под навесом. Мгновение спустя наружу вынырнули двое охранников и быстро двинулись по коридору, ведущему прочь от столовой.

За дверью камеры Перси Х зазвенели ключи, и кто–то произнес:

— Ежедневная проверка. Будьте добры, отойдите на минутку от двери.

Перси телепатически обследовал пространство за дверью. Поблизости он никого не обнаружил. Тогда взглянул туда, откуда слышался голос. Там стоял некто в форме охранника. Это был Перси Х.

Несколько мгновений Перси Х–человек и Перси Х–робот глядели друг на друга, потом человек шагнул в зону, где его не могли засечь телекамеры. Через секунду робот–Перси Х вошел в камеру и улегся на койку, в то время как Перси Х–человек, уже переодетый в форму охранника, запер дверь.

Он быстро добрался до камеры Джоан Хайаси, воспользовавшись знанием комбинаций замков в коридорах.

У раскрытой двери камеры стояли две Джоан Хайаси, одна в одежде заключенной, другая — в форме охранницы. Он не смог бы сказать, кто из двоих — робот, а кто — девушка, пока та, что в форме охранницы, не шепнула:

— Она отказывается бежать, сэр.

— Если ты не пойдешь с нами, — шепотом прохрипел Перси Х, — то и я не пойду.

Какое–то мгновение Джоан молчала. Ему удалось прочитать ее мысли: «Я не могу допустить, чтобы ты рисковал из–за меня жизнью». После этого она пожала плечами и принялась с мучительной медлительностью меняться одеждой с роботом.

Мгновение спустя двое «охранников», один высокий, другой — низкий, уже пробирались к помойке. Через некоторое время два мусорщика вынырнули из помойки, каждый из них нес по баку с отходами. Тот, что пониже, казалось, едва справляется с задачей, но, тем не менее, из последних сил тащил тяжелый бак. Еще две ходки, и весь мусор был переправлен в грузовик.

Фигуры в белых комбинезонах забрались в кузов, и грузовик двинулся обратно к воротам.

— Что–то вы сегодня долго, — кисло буркнул вооруженный дежурный у ворот.

— Пришлось сегодня задержаться в мужском туалете, — сказал Перси Х.

Дежурный кивнул и пропустил их.

— Почему же он не узнал нас? — прошептала Джоан.

— А ты на меня посмотри, — бросил Перси. Она взглянула и буквально вытаращила глаза. Человек, сидящий рядом с ней, ни капельки не походил на Перси Х.

— Это заслуга устройств на наших поясах, — пояснил Перси. — Они проецируют в человеческий мозг ложные образы. Помогают нам выглядеть именно так, как ожидает наблюдатель. По словам доктора Риверза, Балкани довел прибор до совершенства много лет назад.

— Ах, да, — едва слышно проговорила Джоан. — Доктор Риверз. А я–то как раз думала, когда же он снова появится на сцене.

Они миновали пропускной пункт на другом конце моста и поняли, что наконец–то окончательно выбрались на свободу.

В гараже, стоящем у обочины шоссе, тянущегося вдоль края фьорда, доктор Пол Риверз и Эд Ньюком сидели на бампере ионокрафта и напряженно ждали. Возле стены лежали, бессмысленно глядя куда–то в пространство, двое настоящих мусорщиков.

— Да, — сказал Пол, с одобрением глядя на загипнотизированных людей. — Похоже, я все еще не утерял способности. Способности гипнотизировать. — В прежние времена, на заре своей профессиональной практики, он много занимался гипнотерапией, как Фрейд. «Лучше всего, — подумал он, — приберегать такие способности на крайний случай. Вроде этого».

— Огоньку не найдется? — напряженно спросил Эд.

— Не курю, — ответил Пол. Он вытащил из кармана коробку нюхательного табака «Джонатан Свифт» и заметил: — И то, и другое ощущаешь языком, только мое зелье не оседает в легких.

— Ничего, прикурю от прикуривателя в машине, — пробормотал Эд, закашлявшись, как заядлый курильщик. — Нюхачи несчастные, да я на вашем месте лучше бы мешок арахиса схрумкал. — Он забрался в ионокрафт и нервно прикурил сигарету.

Некоторое время они оба сидели молча, один курил, а другой отправлял в нос щепоть за щепотью табачной пыли. Откуда–то издалека послышался рокот древнего мусоровоза, который с грохотом и лязгом полз по шоссе.

Пол мгновенно соскочил с бампера и широко распахнул двери гаража. Громко чихнув и выстрелив выхлопом, грузовик вкатился в гараж, взвизгнул тормозами и остановился. Перси Х выключил двигатель и выскочил наружу. За ним неспешно выбралась Джоан Хайаси. Пол тут же захлопнул двери гаража и пошел поздравить их с освобождением.

— Перси, меня зовут Пол Риверз, — сказал он, обмениваясь рукопожатием с пристально изучающим его лидером ниг–партов, — а это мой коллега и друг Эд Ньюком. Возможно, мисс Хайаси, вы меня помните. Мы как–то встречались.

Джоан смотрела куда–то сквозь них. У нее было совершенно равнодушное выражение лица, на котором не читалось абсолютно никаких чувств. Риверза едва не передернуло. «Что же такое Балкани с ней делал? — спросил он себя. — Такая прелестная малышка, а он ухитрился превратить ее в… в Бог знает что! Но, — решил он, — возможно, мне еще удастся ей помочь».

Он отдал несколько команд загипнотизированным мусорщикам, а потом с невеселой улыбкой наблюдал, как те послушно забираются в свой грузовик.

— Откройте им двери гаража, — попросил он Перси Х. — А то как бы они ее не сломали. — Перси распахнул ворота, двигатель грузовика взревел и ожил, мгновение спустя машина рванулась с места, выскочила наружу, вылетела на автостраду и исчезла в направлении Осло.

— Пора убираться отсюда, — нетерпеливо заметил Эд, туша окурок сигареты. Все четверо загрузились в ионокрафт. Пол уселся за пульт управления, и через считанные секунды аппарат со свистом вылетел из гаража и заскользил над неподвижной поверхностью фьорда.

— Хотелось бы узнать вот еще что, доктор Риверз, — вслух сказал Перси Х, из вежливости не пользуясь телепатией в компании людей, подобной способностью не обладающих. — Зачем вам было так рисковать и вытаскивать нас оттуда? — Его по–прежнему обуревали глубокие и достаточно обоснованные подозрения.

— Нам хотелось бы, — сказал Пол Риверз, — чтобы вы оказали нам одну услугу. — Он говорил вроде бы и мягко, но в то же время совершенно твердо.

— Какую именно?

И Пол Риверз ответил:

— Нам нужно, чтобы вы вернулись в Теннесси и погибли. Желательно, как герой.

Майор Рингдаль встретился с доктором Рудольфом Балкани в сумрачном холле, в который выходил кабинет психиатра. Балкани собирался ограничиться лишь кивком головы, но майор взял его за руку и сказал:

— Подождите минуточку, прошу вас,

Балкани не оставалось ничего иного, как смириться и терпеливо ждать.

— Насколько я понимаю, доктор, в настоящее время вы работаете одновременно и с Джоан Хайаси, и с Перси Х. — Рингдаль пристально посмотрел на врача. — И как успехи?

— Да пока не очень. — Балкани нахмурился и принялся задумчиво поглаживать клочковатую бороду. — Возможно, я слишком нажимаю на них. Их реакции стали едва ли не… механическими.

Майор хлопнул Балкани по спине, явно стараясь проявить дружелюбие… Однако Балкани почувствовал в этом жесте подспудное напряжение.

— Продолжайте работать, рано или поздно они сломаются. Ведь как бы то ни было, они всего–навсего люди.

Когда ему наконец удалось избавиться от начальника, Балкани ощутил, насколько подавлен. Больше всего его беспокоили настоятельные требования ничего не понимающего майора. Рингдаль настаивал на том, чтобы «сломить» их. «Я хочу исцелить их, а вовсе не сломить», — подумал он, возвращаясь в кабинет.

Его мысли снова вернулись к Джоан Хайаси. Весьма интересный случай, хотя и не укладывающийся в рамки предыдущих исследований. Ее реакции на терапию небытием оказались совершенно уникальными. Видимо, придется добавить главу в работу по «Новому Психоанализу», и все из–за нее. «Возможно, — подумал он, — мне придется пересмотреть всю теорию целиком. Какая мучительная мысль… Работа целой жизни, и все коту под хвост…Из–за одного–единственного исключения». Но, как ему было известно, даже одно исключение вовсе не подтверждало правило, напротив, оно опровергало его.