– Что?
– Следы, господин. – Рикар мрачно ткнул пальцем в снег, а Литас добавил:
– Цепочка следов. Тянутся с севера и аккурат натыкаются на оставленную нами борозду.
Подойдя поближе к указанному участку снега, я отогнал крутящегося пса, присел и уставился на глубоко отпечатавшиеся в нем следы. Следы огромных когтистых лап, в каждом из которых свободно поместятся оба моих сапога и еще место останется. С трудом удержавшись от изумленного присвиста, я провел пальцем по отпечатавшемуся следу когтя – в длине не уступает лезвию охотничьего ножа. Не знаю, что за зверь здесь был, но встречаться с ним не хочется. Припомнив наставления Литаса, я попытался прочесть следы самостоятельно.
Получалось, что наткнувшись на наши следы, зверь остановился и долго принюхивался, затем развернулся и вернулся в ту сторону, откуда пришел.
– Литас, тебе эти следы знакомы? Что за зверь? – решил я узнать мнение следопыта.
– Знакомы, господин, – вместо охотника ответил здоровяк. – Мы как последний раз такие следы увидели, так, почитай, сразу и рванули к столице. Только что с визгом не бежали.
Взглянув в серьезное лицо здоровяка, я понял, что он и не думает шутить.
– Хочешь сказать, что это следы сгарха? – уточнил я, уже зная ответ. – Литас, ты тоже так думаешь?
– Да, господин, – кивнул глава охотников. – Я видел их лишь однажды – в разоренной и залитой кровью деревне, – но никогда не забуду. Это следы сгарха. И не только его. Взгляните вот сюда, господин.
Проследив взглядом за указывающей рукой Литаса, я увидел рядом с огромными следами лап еле заметный отпечаток узкой ступни, появившийся словно ниоткуда.
– Кто? – коротко спросил я, не желая тратить время на загадки. – Шурд?
– Да. И судя по следам, до этого места он путешествовал сидя на спине у сгарха.
– Литас, теперь с самого начала опиши мне все, что понял по этим следам, – скомандовал я, ощущая, как по спине начинают расползаться ледяные мурашки.
– Дело было вчера. Сгарх пришел с севера. Наткнулся на оставленные нами следы, с его спины слез шурд, немного потоптался на месте. Затем шурд забрался обратно на спину сгарху, и тот очень быстро помчался обратно на север. Это все, господин.
– Почему ты решил, что обратно сгарх бежал очень быстро? – уточнил я.
– Ведущие на север следы гораздо глубже, расстояние между ними больше. Вот, взгляните сюда, господин, – здесь он на бегу задел когтями землю и выворотил кусок дерна.
– Плохо дело, – буркнул Рикар. – Не иначе за подмогой помчался.
– Может, и не за подмогой, – пожал плечами Литас. – Может, испугался шурд, вот и рванул куда подальше.
– Ага! Сидя на огромной твари, испугался нескольких человек?! Литас, ты, видать, совсем плохой стал, – ядовито отозвался Рикар и в сердцах пнул запорошенный снегом куст. В воздух взвилось облако снега и медленно осело на землю.
– Это был разведчик, – бросил я. – Рикар прав. Скоро он вернется сюда, и уже не один. Надо уходить. Литас, ты сможешь замести наши следы?
– Не поможет, господин, – покачал головой охотник. – По запаху нас найдут. Как пить дать.
– Тогда остается одно – бежать что есть сил. Никаких остановок, никаких ночевок. Литас, вышли вперед отряда разведчиков – накажи, чтобы путь выбирали полегче. Все ясно?
– Ясно! – рявкнули оба воина и развернулись вслед отряду, который уже успел отойти на изрядное расстояние.
Я несколько задержался. В моей голове лихорадочно крутились мысли, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации.
Вернуться в поселение Ван Ферсис и занять оборону там? Продовольствия там полно. И что дальше? В поселении нет ни одной каменной постройки… Пара факелов – и шурды полакомятся хорошо прожаренной человечиной.
Нет. Надо двигаться к Подкове. Только добравшись до форта, мы окажемся в безопасности. Передвигаемся мы достаточно быстро. Лошади обеспечены овсом, которого хватит до конца пути. Просто надо собрать все силы и сделать один маршбросок. Быстрое передвижение – это залог нашего спасения…
– Господин! – окрик Рикара вернул меня в реальность, и я увидел, что уже ушедший вперед Рикар спешно возвращается обратно. За ним скользили Литас и еще два охотника, на ходу доставая из колчанов стрелы.
– Рикар? – настороженно спросил я, озираясь по сторонам. Рука машинально потянулась к рукояти меча.
– Взгляните назад!
Посмотрев на пройденный нами путь, я увидел силуэты двух лошадей, идущих точно по нашему следу. Что за?..
Подбежав, Рикар прищурил глаза от сверкающего снега, вгляделся в ту сторону и, обессиленно опустив руки, произнес:
– Святой Создатель. Это давешние недомерки.
– Что? – поразился я и в свою очередь попытался разглядеть приближающихся незнакомцев.
Здоровяк, как всегда, оказался прав. Через пять минут я имел удовольствие лицезреть бородатого Койна, сидевшего верхом на лошади, в сопровождении еще одного гнома, в котором я узнал Диксу, что возился с мешком муки. Гномы пришли налегке – ни волокуш, ни мешков.
– Друг Корис! Какая радостная встреча, – еще издали закричал Койн, заставив меня поморщиться. – А мы так спешили! Так спешили! Думали, уже и не догоним!
– Тоже рад тебя видеть, Койн из рода Чернобородых. Случилось что? – спросил я, когда улыбающийся коротышка подъехал вплотную и с трудом сполз с лошади. Судя по вздымающимся бокам животного, гномы гнали лошадей что было сил.
– Случилось! Когда ты уехал, мы долго думали и решили, что сам Великий Отец устроил нашу встречу! Мы принимаем твое щедрое предложение и все условия. Род Чернобородых с радостью вольется в твое поселение! Рад ли ты, Корис?
Твою же так…
* * *
Постепенно я доходил до точки кипения. Еще одна выходка со стороны гномов – и я взорвусь, словно та ледяная тварь из поселения.
Создатель Милостивый и Всемогущий! Дай мне силы и терпения!
Коротышки гномы просто не были приспособлены к преодолеванию глубокого снега, но признать это они не желали. То один бородач провалится по самую шею в занесенную снегом яму, и приходится его оттуда вытаскивать. То Тикса находит по пути занесенный снегом невзрачный булыжник и, восторженно причитая, созывает всех собратьев взглянуть на это чудо из чудес. То какое‑нибудь гномье чадо вывалится из волокуши, и, хотя Литас уже успел выудить непутевое дитя из снега, отряхнуть и вернуть на место, озабоченные гномы бросают все, с шумом и гамом сбегаются к волокуше и начинают сюсюкать и успокаивать ребенка. И все это время отряд стоит на месте до тех пор, пока я не рявкну и не заставлю всех вернуться на места. Не проходит и минуты, как Тикса достает из мешка какую‑то каменную дудку и предлагает исполнить воодушевляющую песню для поднятия духа. На это предложение гномы отвечают радостным ревом, от которого с веток сыпется снег, я же издаю злобное шипение и изымаю проклятый музыкальный инструмент, к всеобщему гномьему унынию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
