Бытописатель не только осуждает поступок Сихема: тщательно продуманные нюансы, а где-то и молчание, подчеркивают умаление и угнетение женщин.[1860] Ведь Дина в рассказе молчит. Ее изнасиловали, однако, как отмечали феминистские толкователи, она не поднимает голос протеста. И хотя братья мстят за преступление против сестры,[1861] Дина как личность, видимо, не получает полного уважения.[1862]
…Иаков ругает сыновей за то, что они сделали его и его дом «ненавистным для жителей сей земли», убив в отместку за сестру мужчин Сихема (Быт 34:30).[1863] Сыновья отвечают риторическим вопросом: «Разве можно поступать с нашей сестрой, как с блудницей?» (34:31). Вопреки мнению некоторых толкователей здесь не имеется в виду, что после изнасилования Дина оказалась подобна блуднице. «Сыновья хотят сказать, что если они не постоят за честь сестры, это будет означать, что они относятся к ней как к блуднице… Сыновья ясно понимают, что при изнасиловании мужчина (или сообщество) обращается с женщиной так, как блудница обращается с собой».[1864] Изнасилование наносит вред всему существу женщины: ее телу, уму и духу.[1865]
Законодательство Пятикнижия
Исход 22:15–16 (СП 22:16–17) и Второзаконие 22:28–29. Об этих отрывках мы уже говорили в связи с многобрачием (глава 4) и добрачным сексом (глава 8). Скорее всего, ситуация в них ближе к той, которую мы называем «изнасилованием по статутному пра-ву»: женщина добровольно уступает настойчивому желанию мужчины заняться сексом. Однако согласие согласием, а сказано, что мужчина «унизил ее», «сделал ей насилие» (innāh). Согласно замыслу Божьему, чистоту женщины следует уважать и защищать. Здесь этот замысел нарушается. Наказание же таково: насильник должен жениться на соблазненной им женщине и поддерживать ее финансово всю жизнь (без возможности развода); впрочем, отец девушки (как ее юридический защитник) может отказать ему и потребовать денежной выплаты, эквивалентной плате на вено (в последнем случае соблазнитель не женится на девушке).
Отметим, что хотя женщина могла добровольно пойти на такую связь, Закон предписывает дать «столько серебра, сколько полагается на вено девицам» [Исх 22:16 (СП 22:17)]. В денежном плане она проходит по категории девственниц. Это утверждает ценность женщины перед мужчиной, который повел себя с ней нечестно, и в то же время ставит лишний барьер перед изнасилованием. Как отмечает Мильгром, можно также сделать вывод, что в древнем Израиле на изнасилованных девушках не было позорного клейма.
Второзаконие 22:25–27.[1866] Здесь явно идет речь об изнасиловании: «Если же кто в поле встретится (yimṣā) с отроковицею обрученною и, схватив ее (wĕheḥĕzîq-bāh), ляжет с нею (wĕšākab immāh), то должно предать смерти только мужчину, лежавшего с нею…» (22:25, СП). В этом отрывке мы находим не слово pātâ («соблазнять») или слово tāpaś («хватать»), а более сильное слово ḥāzaq (гифиль с предлогом bĕ), «принуждать», которое часто указывает на применение силы человеком более сильным к более слабому.[1867] Следующие стихи показывают, что так оно и есть: девушка невиновна и является жертвой (подобной жертве убийст-ва), ибо ее заставили. Предполагается, что она кричала в поле, но ее никто не слышал.
«Библейский закон исходит из ее невиновности, не требуя свидетелей (стих 27. – Р. Д.); ей не нужно доказывать, что она не давала согласия… Если женщина могла быть невиновной, ее невиновность предполагается».[1868] Однако мужчина, который с ней поступил подобным образом, заслуживает смертной казни. Закон Моисеев защищает сексуальную чистоту обрученной женщины (а также человека, с которым она обручена), назначая самое суровое наказание мужчине, который осмеливается на нее сексуально посягнуть. «Он говорит мужчине: секс – это близость, возможная лишь в условиях отношений, в которых люди связаны договором, взаимными обязательствами. Если хочешь заняться сексом с какой-либо женщиной, будь готов поддерживать ее всю оставшуюся жизнь».[1869]
Левит 21:7–14. Лев 21:7–9 перечисляет запреты, касающиеся брака священников, а стихи 10–15 – запреты для первосвященников. Об этом отрывке мы уже говорили в связи с темой развода (глава 9), а сейчас отметим запрет жениться на изнасилованной женщине.
Они (рядовые священники. – Р. Д.) не должны брать за себя блудницу (zōnâ) или оскверненную (ḥălālâ); не должны брать и жену, отверженную мужем своим, ибо они святы Богу своему… Вдову, или отверженную, или опороченную (ḥălālâ), или блудницу (zōnâ), не должен он (первосвященник. – Р. Д.) брать, но девицу из народа своего должен он брать в жену (стихи 7, 14).
Некоторые толкователи понимают ḥălālâ как указание на осквернение женщины (культовой) проституцией. Однако Мильгром, проанализировав эту и другие гипотезы, убедительно обосновал иной перевод: «изнасилованная».[1870] Он показывает, что стих 7 перечисляет запрещенных женщин в порядке убывания дефектов, а потому женитьба на ḥălālâ менее плоха, чем на блуднице (zōnâ), но хуже, чем на разведенной. Напротив, стих 14 называет запрещенных партнеров (для первосвященника) в порядке возрастания дефектов. Если zōnâ – женщина, которая добровольно занимается незаконным сексом, то ḥălālâ – женщина, которую к этому принудили, то есть изнасиловали. Кроме того, по мнению Мильгрома, в этом понятии произошло семантическое сращивание смысла глагольного корня ḥll («осквернять») с ḥllII («пронзать»). Стало быть, ḥălālâ – «оскверненная и пронзенная, или изнасилованная».[1871] Да, в древнем Израиле на жертве изнасилования не было клейма: она могла выйти замуж (за обычного человека). Однако, как мы уже сказали в связи с темой развода (глава 9), есть определенная градация святости. Обычный человек мог взять в жены любую из вышеназванных женщин, запретных для священников; рядовой священник не имел права жениться на проститутке и разведенной, но имел право жениться на вдове. Первосвященник же мог взять в жены лишь девственницу из собственного дома, которая никогда не была замужем. И как мы отметили в главе 9, в центре этих запретов стоит репутация, а не девство.[1872] Невеста священника должна удовлетворять более высокому стандарту чистоты (репутации), чем невеста обычного человека. Такие «более высокие требования к особым служителям Божиим»[1873] впоследствии будут обозначены и в Новом Завете (см. Послесловие).
Изнасилование в Пророках/Писаниях
За пределами Пятикнижия есть несколько отрывков, в которых пророк предсказывает или описывает завоевание чужеземной нацией какого-либо народа (Иудеи, Вавилона) и изнасилование женщин.[1874] В Песне Деворы и Варака мать царя Сисары выглядывает в окно, ожидая возвращения сына после битвы, и думает: «Верно, они нашли, делят добычу, по девице (буквально, raḥam, «утроба», «матка». – Р. Д.), по две девицы на каждого воина…» (Суд 5:30, СП). «Мать Сисары бездушно и грубо называет израильских девушек «матками», которых вполне могут изнасиловать Сисара и его ханаанейские солдаты».[1875] Помимо общих упоминаний об изнасиловании, есть три подробных рассказа, в которых изнасилование женщины – одно из ключевых событий: групповое изнасилование наложницы левита (Лев 19), изнасилование Вирсавии Давидом (2 Цар 11) и изнасилование Фамари, дочери Давида, ее единокровным братом Амноном (2 Цар 13).
Наложница левита (Суд 19). В связи с темами конкубината (глава 4) и гомосексуальности (глава 5) мы уже упоминали о групповом изнасиловании наложницы левита. Здесь у нас пойдет речь, главным образом, об ужасе самого этого события, а также о не меньшем ужасе бессердечного равнодушия со стороны мужчин, которые поощряли насилие.[1876] Законы гостеприимства словно не распространяются на наложницу! Хозяин дома предлагает наложницу и даже собственную девственную дочь толпе и дает разрешение насиловать женщин: «Насилуйте их и делайте с ними, что вам угодно» (Суд 19:24). Рассказчик показывает бесчувственную жестокость уже в описании действий левита: «…схватил свою наложницу и вытолкнул к ним на улицу» (стих 25б).[1877] Когда левит вывел наложницу к толпе, «они познали ее, и ругались над нею всю ночь до утра. И отпустили ее при появлении зари» (стих 25). Сочетание глаголов «познать (в сексуальном отношении)» (yāda) и «ругаться/пытать» (ālal в гитпаэле) описывает мерзкую реальность группового изнасилования, а фраза «всю ночь до утра» намекает на многочисленные насильственные действия.
