class="p">
Я улыбаюсь ему. — Конечно, братан.
— Как обычно, терроризируешь всех вокруг, да, Ride or Dance? — говорит Мартин с ненавистью.
— Как обычно? — повторяет Диана, выглядя развеселенной. — Мы никогда в жизни не разговаривали с другими участниками NUABC.
— Именно. — Голос Мартинейк полон насмешки. — Снобы здесь не приветствуются, Ride or Dance.
— Можешь, пожалуйста, прекратить называть нас по нашему каналу в социальных сетях? — вежливо прошу я. — Это очень обесчеловечивает.
Они оба недовольны и хмурят брови.
— Хорошо. Увидимся позже, Confi-Dance. — Я оглядываю свою девушку. — Можем уйти от этого жуткого противостояния?
— Боже, да.
Мы оставляем их в зале, швыряющими в наши спины кинжалы.
— Мне кажется, что они действительно немного не в себе, — говорю я Диане.
— Безумцы. — Она все еще трясет головой. — Пойдем за кулисы. Я хочу проверить макияж.
Отель разрешил участникам использовать смежный банкетный зал в качестве зоны для подготовки. Огромное пространство заполнено танцорами в разных стадиях раздевания. Тут много блесток и мужских выпуклостей.
Туфли Дианы щелкают по плиточному полу по пути к месту, где мы оставили наши вещи. Они выглядят как сандалии на низком каблуке, но Диана уверила меня, что это настоящие танцевальные туфли.
Она подходит к одному из зеркал в зоне для макияжа и проводит французским маникюром под глазом, разглаживая линию подводки.
Черт возьми, она сейчас выглядит так привлекательно. Хотелось бы, чтобы она оставила волосы распущенными, но она сказала, что это отвлекающе. Вместо этого, они собраны в тугой хвост на затылке. Красный цветок приколот к левому уху. Добавь сюда ярко-красную помаду и дымчатые тени для век, и я хочу согнуть ее над столиком для макияжа и заняться с ней сексом прямо здесь перед всеми.
Когда она удовлетворена своим макияжем, она поворачивается ко мне.
— Повтори за мной, — говорит она решительно. — Мы будем завораживать зрителей.
— Я это повторять не буду. И я не собираюсь очаровывать своих задниц-товарищей.
Диана не может удержаться от смеха. — Все еще не могу поверить, что тренер Дженсен привозит всю команду смотреть нас. Почему он это делает?
— Потому что он дьявол. — Я фыркаю. — Я говорил тебе связаться с представителями NUABC и убедиться, что они не дали ему билеты.
— Они бы не пошли на это. Послеполуденная публика всегда слишком мала. Им нужно заполнить эти места.
— Мои товарищи по команде будут нас дразнить все время. Надеюсь, ты знаешь это.
Она бледнеет. — Им не стоит. Это может повлиять на наши оценки!
Здесь полный хаос. Я продолжаю осматривать наших конкурентов, но трудно понять, кто участвует в какой категории. Я знаю, что категории Solo и Duo идут первыми, тогда как пары, участвующие в пяти или девятитанцевальных событиях, выходят на сцену только поздно после полудня и вечером. Это включает Линси и ее партнера, Сергея, поэтому я удивлен, когда замечаю ее в толпе.
Линси подходит к нам, когда замечает меня. На ней спортивные штаны, но макияж идеален, а волосы собраны в тот самый пучок, который я видел у нее тысячу раз во время балетных выступлений. Тщательно уложенные с блестящими заколками над висками — потому что это Линси. Тщательная.
Увидев двух женщин вместе, где Диана вся в гламуре, а Линси — воплощение элегантности, я понял. Они не могут быть более разными.
— Просто хотела подойти и пожелать удачи, — говорит моя бывшая девушка. Она кидает взгляд на Диану, но ее темные глаза сосредоточены только на мне.
— Спасибо, — отвечаю я. —Взаимно.
Неловкое взаимодействие прерывается, когда представитель NUABC объявляет, что участники Duo и Solo должны занять свои места в зрительском секторе. Диана и я возвращаемся в зал и находим места рядом с Confi-Dance, которые сверкают на нас. Эти люди явно нуждаются в сексе чаще.
В середине одного из рядов стульев стоит стол судей. Шесть судей, каждый с непроницаемым лицом и блокнотом перед собой. Классическая музыка звучит в комнате, пока пары за парой выходят на сцену. Некоторые пары довольно хороши, в то время как другие танцуют неуклюже, как профессиональные спортсмены, тяжело передвигающиеся на шоу для знаменитостей.
— Я думаю, что мы лучше большинства этих пар, — шепчет Диана мне. — Таланты этого года не так хороши, как в прошлом. Это хорошо.
— Ладно, дорогая, — шепчу я. — Мы не выиграем и не займем призовое место. Ты это понимаешь, верно?
Мое предсказание подтверждается, когда Виктор и Мартин выполняют безупречный фокстрот, который заставляет всех судей кивать друг другу. Черт возьми. И так как все двадцать пар в нашей категории должны сначала исполнить свой первый танец, прежде чем кто-то повторит его, Диане и мне приходится следовать за Confi-Dance, что я ненавижу. Я не хочу, чтобы последним воспоминанием у судей остался этот чертов идеальный фокстрот.
Наш первый танец — танго, потому что Диана хочет выйти с мощного старта. Я так и не смог освоить тот проклятый венский вальс.
Я полон нервозности, когда мы встаем со своих мест. Я никогда не волновался перед хоккейным матчем, даже перед чемпионатным, но сейчас я потею от тревоги.
Громкие крики и возгласы разрывают тишину зала, когда мы выходим на танцпол.
— Да, Линдли!
— ВОЗЬМИ СВОЕ, ЛИНДЛИ!
Диана бросает на меня болезненный взгляд. — Почему мои друзья не могут быть здесь? — бормочет она. Ее подруги из команды по черлидингу на выездной игре с футбольной командой, на которую Диана должна была получить специальное разрешение от тренера, чтобы пропустить. А Джиджи и команда женского хоккея играют в Провиденсе.
— По крайней мере, у нас есть фан-секция, — мямлю я в ответ, но зная, что мои товарищи по команде там, только усугубляет мое состояние.
Мое сердце колотится. Нервы извиваются в животе. Что я, черт возьми, здесь делаю? Я самый уверенный в себе человек, которого можно представить. Уверен в своей мужественности. Но эти брюки слишком чертовски тесные, и эта рубашка тоже, а бабочка просто нелепа...
— Ты в порядке?
Вид Дианы отвлекает меня от края паники. Она раскраснелась от волнения,
