Читаем без скачивания Век эмпирей - Тони Гонзалес

— Это не мы! — крикнул главный техник. — Мы не знаем, кто делает это…

Это был Кейтан Юн. Он стоял, одетый в форму республиканского Парламента, уперев руки в бока.

— Ваше решение, спикер палаты, — сказал он.

Изображение изменилось: вместо фигуры в полный рост на экране было лицо Кейтана крупным планом. Она знала точно, что собиралась говорить; она репетировала это уже тысячу раз.

— Господин Юн, властью, предоставленной мне КОНКОРДом, и в прямом соответствии с законами верховных представителей наций этого совета я объявляю вас врагом этой организации и выдаю ордер на ваш немедленный арест на основании многократных нарушении устава КОНКОРДа. При условии, что вы незамедлительно сдадитесь, суд отнесется к вам благосклонно, и это благоприятно скажется на вынесенном вам приговоре.

Кейтан Юн ничего не сказал; выражение его лица оставалось неизменным. Но в его глазу показалась единственная слеза; все в центре управления молчали, пока она катилась вдоль носа к морщинам на щеке.

— Да смилуется над вами всеми ваш бог, — сказал он, и его изображение погасло.

Спикер палаты Поксуо, казалось, зачарована этой слезой, но она исчезла, дав место циношуральному маяку, сформировавшемуся на месте иллюминатора.

64

Падение КОНКОРДа/Война Старших

ЧАС НОЛЬ

Регион Генезис, созвездие Санктум

Система Юлай, планета IX

Административная станция КОНКОРДа

Адмирал Кьерсидур Элладол, командующий самым престижным и мощным законным военным формированием в Новом Эдеме, произвел первый залп этой войны.

Намерения сотен минматарских военных кораблей, прорывающихся через небесный вихрь, были очевидны; помимо единодушного стремления к выживанию налицо было желание нарушить законы КОНКОРДа. Появились десятки дредноутов класса «Нагльфар», затем эскадрилья за эскадрильей тяжелые атакующие крейсеры и линейные корабли возникли из звездных врат Кемерк и Турьер, сопровождаемые ордами ловких, юрких фрегатов и перехватчиков.

Все они несли необъяснимую комбинацию из маркировок флота Республики и племени таккеров.

Присоединившись к сотням дружественных кораблей КОНКОРДа и ДЕД, адмирал Элладол наблюдал, как его ракеты и снаряды находят свои цели, при поражении превращая их в огненные цветы взрывов.

А затем ему пришлось принять всю ярость ответного огня этого порожденного адом врага.

Пока его корабль вздрагивал от артиллерийских ударов, он видел, как вражеские дредноуты окружили веретенообразную административную станцию КОНКОРДа. Используя свое преимущество, «Нагльфары» действовали как мощные клинки, призванные забить беззащитное существо; сторожевые орудийные батареи уже вышли из строя, потому что бронебойные снаряды излили на них дождь разрушения.

Два враждебных флота сошлись в космическом эквиваленте драки на ножах; военные корабли невообразимого размера маневрировали в пределах сотен метров друг относительно друга, обмениваясь ракетными и орудийными ударами, уничтожая бесчисленные малые суда, оказавшиеся между ними.

Определив, что на поле боя прибывает еще больше вражеских кораблей, использующих деформационные двигатели, адмирал Элладол, управлявший хаосом этого эпического сражения так, как позволял только тренированный мозг капсулира, отдал беспрецедентный приказ — закрыть все звездные врата, ведущие в систему Юлай. Он хотел задержать врага здесь, даже если это помешает прибытию подкреплений от КОНКОРДа. Им предстоит сопротивляться здесь, и если это означает конец, так тому и быть.

Но он не мог ничего сделать с возникшим вихреобразным порталом и преисподней, что на той стороне ожидала предоставленной возможности ворваться.

Мощный удар сбил спикера Поксуо с ног; жуткие боевые сирены вопили повсюду среди хаоса в центре управления станцией. Встав с пола, она обратилась к ближайшему технику:

— Что, черт возьми, происходит!? — закричала она.

— Артиллерийские снаряды поражают броню станции! — крикнул он в ответ, не отрываясь от своего терминала. — Не могу поверить, как быстро они пробили наши щиты…

Другой громовой звук заставил их обоих подскочить: главный предупредительный сигнал взревел через интерком центра.

— Сколько еще может продержаться наша оборонная система? — спросила она, теперь будучи в полной панике.

— Нет больше никакой оборонной системы! — воскликнул он. — Защитные батареи погибли, и все орудия противника бьют по коммуникационным башням!

— Почему по башням? — потребовала она ответа, пытаясь удержаться от ругани.

Техник бросил на нее недоумевающий взгляд.

— Потому что без этих башен КОНКОРД не может работать, вот почему!

«Они, должно быть, скрывались в карманах „мертвого пространства“», — думал адмирал Элладол, пока взрывы пятнали пространство вокруг его боевого корабля; сам он теперь направлял всю свою огневую мощь против дредноутов, издали обстреливающих станцию КОНКОРДа.

«Они могли спрятать что-нибудь в тех кораблях… возможно, даже полную сеть звездных врат, о которой нам ничего не известно…»

Он вздрогнул, когда взорвалась первая коммуникационная башня; одна из веретенообразных структур станции разрушилась от серии взрывов, сдетонировавших внутри. Он не мог представить, сколько людей только что погибло; ярость развернувшегося рядом сражения не позволяло потратить на это ни секунды. В ответ он сражался еще более жестоко, маневрируя кораблями так, чтобы сосредоточить их огонь на оставшихся дредноутах. Станция в любом случае была потеряна; плазма и огненные шары вырывались через глубокие раны в ее корпусе. Количество огневой мощи, которое эти чудовища обрушили на нее, было абсолютно разрушительно.

Но КОНКОРД все еще продолжал бороться, разрушив или нанеся повреждения множествам меньших эскадрилий, защищающих флот дредноутов; обломки уничтоженных кораблей с обеих сторон заполняли все поле боя, также как и целые тучи трупов — экипажей, погибших, оставшись без защиты. Адмирал Элладол оценил, что в системе оставалось по меньшей мере четыреста кораблей, из которых меньше половины принадлежало противнику — минматарам.

Но вся надежда на победу в битве мгновенно испарилась, когда в портале обрисовался силуэт титана класса «Рагнарек»; это был монстр, превосходящий огневой мощью все направленное на них, и он прибыл, чтобы завершить то, что начала хищная мелочь.

Спикер палаты Поксуо задыхалась, когда прозвучал сигнал, призывающий оставить станцию. Между ужасом царящего вокруг разрушения и раскаяния из-за ее личного отказа предотвратить катастрофу, последние мгновения ее жизни стали адом как для ее тела, так и для души.

Те, кто боролись за жизнь, бросились к ближайшим спасательным шлюпкам; сильный взрыв разнес на куски зал ожидания; отчаянный представитель команды, пытавшийся пересечь его через барьер сдерживания, был уничтожен неумолимой системой, опознавшей его как нарушителя. Ошеломленная на мгновение ужасной сценой, она повернулась вперед и взглянула в иллюминатор в переборке зала. Там, прямо за плитой из наносплавов, виднелась громада тяжело поврежденного «Нагльфара», который, кренясь на сторону, поглощал орудийный огонь десятков линейных кораблей КОНКОРДа.

«Как глубоко их презрение к нам, стражам мира, — задалась она вопросом, — когда они жертвуют собственными жизнями только чтобы взять наши…»

Вспышка, вырвавшаяся из осадного орудия дредноута, безболезненно покончила с ее жизнью.

Когда «Рагнарек» — все его двадцать четыре километра — полностью появился из портала, адмирал Элладол стал свидетелем сюрреалистического спектакля, разыгранного минматарским флотом: общее отступление, в котором каждый военный корабль прорывался сквозь суда КОНКОРДа и направлялся прямо к ангарам титана; потоки спасательных шлюпок и капсул уже покинули уцелевшие дредноуты, хотя их орудия еще продолжали стрелять по станции.

Он значительно недооценил меры, на которые пошли минматары, чтобы уничтожить противника.

Колоссальный титан, вооруженный супероружием массового эффекта, был способен уничтожить все корабли — вражеские или дружеские — в ареале.

Адмирал Элладол отказался скомандовать отступление и вместо этого приказал своим оставшимся кораблям атаковать титан. Если его команда, и десятки тысяч других из персонала ДЕД и КОНКОРДа, боровшиеся сейчас за выживание, чего-то стоили, последние минуты существования следовало потратить на бой за правосудие, а не на варварство.

Когда последняя спасательная шлюпка исчезла, он увидел десятки тысяч ракет, появившихся из титана, разрастаясь, подобно облаку раскаленных добела искр, пока ими не заполнилось все поле битвы.