— Вы забыли добавить: исполненное.
— Нет, господин судья, к счастью, исполнение хоть и совершилось, но не состоялось.
— Как вас понимать?
— Наёмный убийца нанёс удар, долженствующий привести к смерти жертвы, но не достиг своей цели.
— Что же ему помешало?
— Собственная смерть.
— От рук жертвы?
— Да, господин.
Фаири понимающе кивнул, а дознаватель услужливо пояснил для всех присутствующих:
— «Уложение о правых и виноватых», глава одиннадцатая. Человек, на которого совершается покушение, вправе оказать любое возможное сопротивление и не нести ответственности за любой из последовавших итогов.
— Итак, убийца умер при исполнении заказа? — продолжилась череда судейских вопросов.
— Совершенно верно.
Игра в правых и виноватых, наконец, начинается по-настоящему:
— Насколько я понимаю, несостоявшаяся жертва — вы?
— Да, господин судья.
— Против кого выдвигаете заявление?
— Против старшего распорядителя Попечительского совета Анклава, Трэммина Найли.
— На каком основании?
— Он желал моей смерти и нанял для исполнения своего желания Тень.
— Но на чём основывается ваше заявление? По тому же Уложению, а именно, по согласительной главе «О разделении прав и слиянии обязанностей», со смертью наёмного убийцы договорённость, которая может подлежать публичному рассмотрению и осуждению, разрывается, не оставляя указания на личность заказчика, и тогда любое обвинение становится всего лишь домыслом.
— А что говорит Уложение о возможности свидетельства?
Фаири заинтересованно сцепил пальцы в замок:
— С чьей стороны?
— Со стороны исполнителя.
— Но позвольте, вы ведь только что утверждали, что убийца умер?
— И спустя малое время воскрес.
— Чьими стараниями?
Хорошо, что Тинори предупредил меня о главном правиле участия в судебных заседаниях: никогда не говорить больше, чем требует твой собственный здравый смысл, потому что невинное признание в какой-либо мелочи может стоить будущего благополучия.
— Об этом позвольте умолчать. Для суда ведь важно то, что означенный человек изъявил желание свидетельствовать, а не то, каким чудом вернулся из-за Порога?
Судья строго сдвинул брови:
— Здесь не принимаются к рассмотрению слова поднятых мертвецов.
— Вы сами сможете убедиться, что он вовсе не мертвец.
— Что ж... — Фаири пожевал губами и разрешил: — Настало время призвать и выслушать свидетелей. У полномочного представителя Анклава есть возражения или предложения по ходу заседания?
Глава Надзорного совета, занимающий почтительно принесённое и установленное чуть в стороне от заседательского стола кресло, отрицательно качнул головой:
— Продолжайте, прошу вас.
— Прежде, чем сюда прибудут те, чьи свидетельства могут послужить оправданием или усугублением вины, пусть обвиняемый скажет своё слово.
Трэммин, с самого начала заседания насмешливо царапающий меня косыми взглядами, вышел из-под сени деревьев и молча поклонился судье. Дядя, в обычное время тщательно следящий за совершенством и изяществом одежды, и сейчас не изменил себе, облачившись в строгую мантию серебристо-серого цвета, в складках которой болтался, свисая на шнурке с пояса, керамический флакончик, похожий на те, что носят с собой городские щёголи. В такие посудинки наливают благовония, освежающие чувства и мысли, а на Саэннской жаре даже искусственная свежесть никогда не оказывается лишней.
— Вы признаёте обвинение?
— Я имею право не отвечать сейчас?
— Разумеется.
Господин старший распорядитель довольно улыбнулся. Фаири, справедливо счёвший подобное поведение не требующим дальнейшего пояснения, взмахнул рукой, подавая знак кому-то по ту сторону сливовой рощи, и спустя пару минут наше общество пополнилось ещё двумя людьми, которых я так и так рассчитывал увидеть.
— Кто из вас готов засвидетельствовать личность заказчика убийства? — обратился судья к вновь прибывшим.
— Я, господин, — выступил вперёд неудавшийся убийца.
— Кто подтвердит ваши права?
Великан, по случаю посещения присутственного места облачённый поверх обыденной одежды в нарядную ярко-жёлтую лавейлу, поднял вверх правую ладонь:
— Память Гильдии вверена моим заботам, господин.
— Присутствующая здесь Тень, в самом деле, является восстановленным участником Гильдии?
— Да, господин.
— Как давно произошла смерть?
— Второго дня. И засвидетельствована по всем полагающимся правилам.
Великан положил на заседательский стол бумагу с ярко-алым восковым оттиском. Фаири пробежал взглядом по проросшим причудливыми завитками буквам и удовлетворённо кивнул:
— Всё исполнено, как следует. Согласно закону, присутствующая здесь Тень имеет право раскрыть подробности интересующего нас дела. А что скажете вы, Тинори? Может ли этот свидетель считаться живым?
Дознаватель раздвинул веки, торопливо смеженные несколько минут назад:
— Да, вполне. Он настолько же живой, насколько мы с вами признаем себя таковыми.
— Отлично, в полном соответствии с требованиями закона одно сомнение развеяно двумя подтверждениями. Двинемся дальше... Вы готовы указать на человека, который поручил вам убийство присутствующего здесь Маллета Нивьери?
Вместо ответа Тень вытянула руку в направлении моего любимого дядюшки.
— Вы можете назвать имя этого человека?
— Нет, господин. Мы не спрашиваем имён при заключении договорённости.
— Таким образом, вы готовы засвидетельствовать лишь, что заказчиком выступал человек с похожей внешностью? — вкрадчиво уточнил судья, и Трэммин торжествующе осклабился.
Уже успел подкупить? Ну, силён дядюшка! Браво! Только зря он сейчас торжествующе пыжится, в упор глядя на меня, я ведь знал, что не добьюсь ничего, кроме проведения заседания. Хочется весело рассмеяться, и сдерживает только желание дождаться момента, когда мой смех окажется для господина старшего распорядителя наиболее болезненным.
Тень не стала возмущаться каверзным искажением своего свидетельства, обдумала слова Фаири и согласилась:
— Да, заказчик выглядел именно, как этот человек.
— Но вы можете утверждать, что не подпали под действие иллюзии?
А ещё нам что-то рассказывают о честном правосудии! Вот так, легко и просто любое свидетельство может быть отклонено лишь на том основании, что можно стать жертвой обмана зрения. Конечно, подобное происходит нередко, благо в Саэнне, городе магов, не счесть лавок, оказывающих услуги по наложению любых угодных душе мороков, но и факт применения иллюзий тоже можно расследовать. Если есть деньги и время. А у меня всё равно не имеется ни первого, ни второго, так что...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
