только что вскрывшейся лжи Марио, конфликта с Зигфридом и приключений во дворце, где пришлось играть приманку для убийцы, это казалось каким-то чудом. Кьяра вспомнила жемчужного цвета волосы, тонкий аромат благовоний, жаркие, приносящие удовольствие объятия, и стихи на суридском. Глаза мгновенно наполнились влагой. Кьяра рассердилась на себя и сделала большой глоток кофе.
— Куда они поехали?
— Вроде бы в Тусар.
Кьяра допила кофе, посидела несколько минут, склонив голову, а потом решительно встала.
— Я тоже отправлюсь в Тусар. Вы сможете одолжить мне лошадь? Пусть даже самую плохую.
Лошадь оказалась не самой плохой. Кьяра попрощалась с гостеприимным хозяином, окинула взглядом кривое здание кабака и отправилась к ближайшим городским воротам. Самый простой пусть к границе лежал по Столичному тракту через Поляну герцога Фердинанда. А Кьяре как раз надо было попасть в тусарские Синие Камни, граничащие с Поляной.
Решение ехать в Тусар пришло не только от желания увидеть Кадира. Кьяра понимала, что вряд ли уже догонит отряд суридского басэмирана, не зная, куда именно они направились. К тому же присутствие там Марио несколько охладило бы радость встречи. О целях, преследуемых еще одним теперь уже бывшим любовником. Кьяра старалась пока не задумываться. Хватило ее недавних фантазий о злодействах Зигфрида. Большинство из которых, кстати, были подсказаны Марио. Сначала необходимо разобраться со своим прошлым.
Кьяра знала, что родилась в Тусаре¸ в замке лорда Фарелли, стоявшего в герцогских владениях Синие Камни. Смерть матери Кьяра помнила смутно, поскольку дядя сразу же увез ее в Илеханд в Морскую Длань. Дядя Киро умер, когда Кьяре было шесть лет. И тогда же Зигмунд Корф удочерил ее. Должен был удочерить. Но, как утверждали генерал-регент и Рудольф Ридель, этого не случилось. Только Элвира Ротман знала от брата о девочке, живущей в Морской Длани в герцогской семье. Что же на самом деле скрывалось за всем этим? Чего не договаривал Зигмунд Корф? И кто такая на самом деле Кьяра?
До двенадцати лет за ней присматривала нянька Алессия, привезенная вместе с маленькой Кьярой из замка Фарелли. Потом Зигмунд Корф отблагодарил ее за верную службу и выдал замуж, по просьбе самой Алессии, в Синие Камни, за состоятельного вдовца с детьми. Именно ее и собиралась навестить Кьяра, чтобы покончить с загадками своей жизни. А потом можно будет найти Кадира и постараться начать жизнь с нового листа. Если, конечно, сам Кадир еще не будет против ее компании.
Глава 9
Королевский дворец, столица, Илеханд
Кронпринцесса не вышла. Вместо нее по дорожке, ведущей к высокому креслу на массивных бронзовых ножках, прошествовала генерал-регент. Недоумение медленно, но верно, заполняло множество пар глаз гордости илехандской аристократии, уставившихся на Ингрид. «Заблудившийся путник в северных лесах перед стаей волков», — пронеслось у нее в голове. Она чуть вздернула подбородок, поправила воротник и холодно окинула взглядом все собрание. Разодетые герцоги крови и князья, и серые с красным генералы сливались в одну пеструю массу. В лица сейчас Ингрид предпочитала не всматриваться. Особенно в княжеские, среди которых сидела ее старшая сестра.
— Я приветствую вас всех. Ее высочество кронпринцесса Вильгельмина не может почтить вас своим присутствием, поскольку вчера произошли весьма прискорбные для нас всех события. Доказано, что генералиссимус, князь Отто Йенс, погиб в результате покушения, защищая ее высочество. — По залу пронеслись тихие шепотки. — Кронпринцесса Вильгельмина отправилась в надежное место, где будет скорбеть по своей матери и по своему верному слуге, пока виновные не будут найдены и наказаны. Похороны генералиссимуса состоятся через день.
Шепотки прекратились, и малый тронный зал накрыла гнетущая тишина. Только генералы шевелились в креслах и переглядывались. Им предстояло заняться выдвижением кандидатуры нового генералиссимуса. Оглушительно скрипнула дверь, герцог Фердинанд в кричащем пурпурном колете семенящей походкой быстро проследовал на свое место.
— Прошу прощения, премного прошу прощения. Какое ужасное происшествие, мне только что сообщили.
Герцогиня Оттилия, прямая, как палка, зашикала на него из своих мехов. Молодой герцог Фридрих из Железного Грота чуть двинул свое тяжелое кресло, чтобы пухленький Фердинанд смог протиснуться в сидение, стоявшее рядом.
Ингрид прокашлялась, намереваясь продолжить тему похорон генералиссимуса, но дверь снова скрипнула. И в зале наконец-то появился тот, кого она и Рудольф, находящийся сейчас в потайной каморке за стеной, так давно ждали. В великолепном сером с голубым костюме, в герцогской короне, тускло блестящей в светлых платиновых волосах, Зигфрид Корф надменно взирал на всех присутствующих.
— Должен извиниться за опоздание. — Он чуть повернулся к Ингрид. — Генерал-регент совершенно права. Кронпринцесса Вильгельмина не выйдет сегодня к своим верным подданным. И причина этому — неверный подданный, оказавшийся в наших рядах.
Шутит? Или нет? Бледное ледяное лицо, неподвижный взгляд, совершенно спокойно покоящиеся на бедрах изящные руки с перстями на тонких пальцах. Врагам подобного человека не позавидуешь, а вот на троне он бы смотрелся уместно. Здесь Рудольф, признаться, был прав.
Пять родственников высокомерно спокойного герцога Морской Длани не могли похвастаться подобной выдержкой. Дубовая герцогиня Бертильда растерянно озиралась по сторонам, старая Оттилия задумчиво хмурилась, молодой Фридрих, словно непокорная лошадь, вскинул голову, Фердинанд поджимал губы и скорбно качал седой головой, Максимилиан сложил на груди руки и неодобрительно косился на остальных.
— В создавшееся ситуации решение только одно, — продолжал Зигфрид Корф. — Пока кронпринцесса Виьгельмина находится в надежном месте, трон должен быть в надежных руках. Я как герцог крови готов взять на себя эту ответственность. Вы согласны, уважаемая Бертильда? — внезапно поклонился он в ее сторону.
— Эээ… да, конечно, вы совершенно правы, — пролепетала та, посылая ему растерянную улыбку.
Вот оно. Теперь нужно дождаться формального ответа герцогини Оттилии, следующей в очереди на корону, и согласиться самой. Какой все-таки Рудольф умница, все предусмотрел. Ингрид почувствовала невероятное облегчение. Скоро кончатся ее мучения во дворце, и она сможет уехать. Или даже остаться, если захочет. У них с Рудольфом будет время, чтобы решить, чем заняться. Ингрид чуть улыбнулась. Бертильда быстро вытащила из пышного рукава золотистого цвета небольшую фляжку и ловко сделала глоток, загородившись веером.
— Позвольте, — раздался голос Оттилии. — Это не совсем верно, герцог Зигфрид. По закону перед вами в очереди стоит моя праправнучка Гертруда.
Ингрид очнулась от сладких мечтаний и во все глаза уставилась на герцогиню. О чем она говорит? Неужели у старухи помутился разум? Неудивительно, в ее-то возрасте.
— Бастард вашей правнучки Иоганны? — вежливо осведомился Зигфрид.
— Законная дочь моей правнучки Иоганны, — с нажимом ответила Оттилия. — И я могу доказать это. — Она повысила голос. — Пригласите барона Зингера.
Холодный неприятный ком образовался в горле Ингрид и
