Читаем без скачивания Конец начала - Гарри Тертлдав

наземный аналог флота. Но, сколько продлится это "теперь" - уже другой немаловажный вопрос.

   Генерал Ямасита ничего этого не понимал. И Гэнда не мог его в этом винить.

   - Дзакенайо! - выругался генерал. - Они там, дома, решили поиграться жизнями моих людей. Я хочу сражаться с хоть какими-то шансами на победу. Об изящных поражениях слагают песни, но тех, о ком в них поётся, никто не услышит, так ведь?

   - Хаи, - сказал Гэнда.

   Всё так. Он пожал плечами.

   - Мы довольно далеко от источников ресурсов, господин.

   - Нет.

   Генерал помотал большой головой, отчего стал похож на разъярённого медведя.

   - Мы были далеко от источников ресурсов. Американцы нас от них вообще отрезали. Когда мы захватили Гавайи, они не могли сюда ничего доставить. Теперь, мы не можем. И это недобрый знак.

   - Недобрый, господин.

   Гэнда не мог с ним не согласиться.

   - Нужно продержаться максимально долго.

   Ямасита недовольно поморщился.

   - Если бы мы находились в другом месте, я бы увёл своих людей в горы и терзал врага месяцами, если не годами. Но в этих джунглях сражаться невозможно, потому что в них невозможно жить. Там негде спать и нечего есть.

   - До недавних пор, это было нам на руку, господин, - сказал Гэнда. - Сбежавшие военнопленные там не выживали, не как на Филиппинах и в Малайе.

   - Пленные. - Ямасита буквально выплюнул это слово. - Если мы проиграем, то можем оказаться в плену. Из-за нас Япония потеряет лицо.

   Он оскалился.

   - Уверяю вас, коммандер, я в плен не сдамся. Если вы останетесь со мной до конца, надеюсь, вы станете моим помощником.

   - Разумеется, господин. Это будет честь для меня.

   Японские офицеры, солдаты и матросы были обучены кончать с собой, а не сдаваться в плен. Традиция сеппуку шла ещё с самурайских времён.

   Раньше, помощник отсекал мечом голову человеку, вскрывшему себе живот. Сегодня для этих целей чаще использовался пистолет. И то и другое оружие прекрасно избавляли от боли. Гэнда был вынужден добавить:

   - Надеюсь, этот миг не наступит, господин.

   - Я тоже. Но это не значит, что он не наступит.

   Гэнда прикусил губу и кивнул. Возможно, настанет момент, когда ему самому потребуется помощник. Либо, если возникнет опасность плена, в дело пойдёт пистолет или граната. Отмахиваясь от тревожных мыслей, он вернулся к карте.

   - Возможно, мы сумеем сдержать их в самом узком проходе между хребтами.

   - Возможно.

   Однако в словах генерала не было слышно никакой уверенности.

   - Трудно удерживать позиции против таких сил в воздухе. Да и танки у американцев очень хороши. Намного лучше тех, что были у русских в Монголии в 1939.

   Танки тоже, очевидно, были новых моделей, потому как они совершенно не были похожи на те, что были у американцев в 1941. У Японии танков здесь было немного, а те, что были, очень сильно уступали в огневой мощи. Советский Союз убедительно это доказал в пограничном конфликте незадолго до начала войны в Европе.

   Японии нужна крепкая промышленность, чтобы создавать танки в нужных количествах. Таковой у неё не было. "Была бы, через несколько лет", - подумал Гэнда. Его родина проделала молниеносный скачок из феодализма в современность. Ничто не могло сравниться с японскими кораблями и самолётами. Но нельзя получить всё и сразу. Вопрос лишь в том: во сколько это обойдётся Японии?

   - Авианосцев не осталось. И самолётов тоже, - не то спросил, не то утвердительно произнес генерал Ямасита.

   - Прошу простить, господин, но должен заметить, это маловероятно, - сказал Гэнда.

   - Плохо. С ними можно было бы устроить настоящую битву.

   Ямасита помотал головой.

   - Но сейчас... сейчас я только и могу, что надеяться. Пока враг контролирует небо, пока он контролирует море, единственное, на что мы способны - это откладывать неизбежное.

   - Понимаю, господин. Но даже это может принести пользу. Таким образом, Империя выгадает время для подготовки к новым битвам.

   - Хаи. Слабое утешение, но всё же утешение.

   В голосе Ямаситы не слышалось ни тени спокойствия. Он уже приговорил себя к смерти на Оаху. Гэнда, в свою очередь, предвидел для себя ту же судьбу. Когда бежать некуда, остаётся только сражаться. Но он переживал за Империю и будущие битвы, в которых она примет участие. Если американцы способны привезти такие огромные силы в любую точку мира, как Японии с ними соперничать? Американские заводы и верфи по-прежнему работали на полную мощь. Как скоро они смогут удвоить, и даже, утроить свои силы?

   Как скоро Япония сможет с ними хотя бы уравняться? Коммандер боялся, что это займёт очень много времени.

   Адмирал Ямамото всё это предвидел. Ещё когда планы нападения на Перл Харбор и высадки на Гавайях оставались только планами, Ямамото переживал, что этого окажется недостаточно. Успех дал Японии почти два года успешных завоеваний. Гэнда надеялся, что его родина сделала достаточно, чтобы подготовиться к грядущим угрозам.

   Да, он надеялся, но не верил, что сможет увидеть это лично.

   - Карма, - сказал он Ямасите. - Сигата га наи.

   Они здесь именно потому, что он предложил этот план Ямамото. Без него, японский флот ударил бы по Оаху, а затем отступил. Гэнда помотал головой. Сейчас, конечно плохо, но могло быть и хуже. Американцы могли сохранить превосходную базу. Они могли бы устроить Японии неприятности гораздо раньше, чем это стало возможно в реальности.

   - Не всегда всё происходит так, как хочется, - произнес Ямасита. - У нас неприятности здесь, у Германии проблемы в России...

   - Так точно, - согласился Гэнда.

   Очередная ирония. Япония и СССР сохраняли нейтралитет. Советские суда ходили из Владивостока в США через Тихий океан, грузили там оружие, которое потом использовали против союзника Японии в Европе. Никто им не препятствовал. Война и дипломатия - очень хитрые занятия.

   Загрохотали зенитки. Гэнда не слышал рёва вражеских истребителей, летевших