вот дальше всё пошло не по плану. Сигнал тревоги, оповестивший экипаж об обнаружении противника, практически совпал с первыми залпами летающего голема тайкунов. Тридцать процентов ресурса силового щита выбило первыми же попаданиями, а потом вычислитель бота бросил попавшую под огонь противника машину в резкий маневр уклонения, и на Шелу обрушилась перегрузка, которую не смогли полностью скомпенсировать даже включившиеся на полную мощность гравикорректоры.
Находясь в десантном отсеке, Шела не видела, что происходит снаружи, и от этого страх и паника разъедали её сознание ещё сильнее. О том, что бой складывается не в их пользу, догадаться оказалось совсем не трудно. Бот содрогался от ударов оружия тайкунов, частично пробивавших защитное поле. Двигатели, до этого работавшие почти неслышно, сейчас издавали прерывистый надсадный вой. Десантный отсек постепенно затягивало сочащимся откуда-то дымом. Герметичный бронескафандр обеспечивал Шелу пригодным для дыхания воздухом, а иначе она, наверное, заходилась бы уже приступами кашля.
Очередной близкий взрыв сотряс бот, и в стенах отсека появилось множество рваных пробоин. Кто-то из десантников сдавленно вскрикнул. Один из спецов из инженерного департамента, сидевший рядом с Шелой, дернулся и бессильно обвис на страховочных креплениях. Всё вокруг наполнилось ревом воздуха, врывающегося через дыры в обшивке. Тем не менее вычислитель бота всё ещё пытался сохранить контроль над машиной, падающей на поверхность планеты. Двигатели работали с перебоями, периодически теряя тягу почти до нуля. Шелу швыряло из стороны в сторону, но страховочные фиксаторы надежно удерживали её в кресле.
Сейчас в голове Шелы не было никаких мыслей. Всё её сознание заполнил страх близкой и неизбежной смерти, а всё, что она видела вокруг, только сильнее укрепляло её в уверенности, что шансов на спасение нет. Очередной удар, сотрясший бот, показался не столь сильным, но десантный отсек буквально пронзил насквозь поток полупрозрачной и казавшейся нематериальной субстанции, свернутой в толстый бешено вращающийся жгут. Оружие тайкунов навылет пробило обшивку, а вместе с ней и боевые скафандры майора Кэра и сидевшего напротив него сержанта Мана. В одно мгновение отряд остался без командира и его заместителя, но, по глубокому убеждению Шелы, сейчас это уже не имело никакого значения — в ближайшие секунды погибнуть должны были и все остальные бойцы спецгруппы, по какой-то случайности до сих пор остававшиеся в живых.
Снаружи продолжали раздаваться хлопки взрывов, после которых в стенах отсека добавлялось пробоин, но бот упорно не желал взрываться или разваливаться на части. В какой-то момент сквозь панику и страх в сознании Шелы даже мелькнуло удивление. Похоже, штаб действительно выделил для их миссии лучшую разведывательно-десантную машину, из имевшихся в распоряжении флота.
Свист и рев воздуха в пробоинах сменился крупной дрожью корпуса и треском ломающихся деревьев. Двигатели с предсмертным усилием выдавили из себя некое подобие тормозного импульса, и изрешеченный осколками бот наконец встретился с поверхностью, подняв в воздух тонны грязи, воды и древесных обломков.
Удар, слегка смягченный поверхностью болота, всё же оказался настолько силен, что на несколько минут Шела потеряла сознание. Совершившая жесткую посадку искалеченная боевая машина продолжила скольжение, расплескивая жидкую грязь и ошметки болотной растительности. Снося подгнившие древесные стволы, бот подминал под себя трясину, постепенно теряя скорость, пока наконец не замер неподвижно, упершись смятой носовой частью в небольшой относительно сухой островок.
Обнаружить место крушения с воздуха не составило бы никакого труда. Помимо пропаханной ботом борозды, в небо поднимался ещё и сероватый столб смешанного с дымом пара. Однако добивать беспомощную машину оказалось некому. В небе над Каиновой чащей противника не наблюдалось, зато буквально километрах в пяти к северо-востоку из леса к низким облакам поднимался ещё один серый клубящийся столб, очень похожий на первый.
* * *
Оба летательных аппарата со снижением исчезают за горизонтом, с большим трудом удерживаясь от срыва в неконтролируемое падение. Я быстро покидаю свое укрытие и пытаюсь определить, на месте ли обстрелянный мной противник. На первый взгляд Гарпун находится там же, где и был до появления неожиданных гостей, но при более пристальном рассмотрении оказывается, что в кустах прячется не беглый лазутчик, а его фантом. Очень, к слову, качественный фантом. На то, чтобы распознать подделку у шара уходит не меньше пяти секунд. Призраки големов, созданные Гарпуном около укрепрайона Кибов, мой артефакт раскалывал на раз, а тут ему пришлось повозиться. Видимо, чем меньше фантом, тем легче придать ему высокую достоверность.
Внимательно осматриваюсь вокруг, пытаясь найти настоящего противника. Сперва ничего не получается, но вскоре я его всё-таки замечаю. Удрал он уже далеко, а значит, если и ранен, то довольно легко. Вот ведь везучий попался. Гарпун продолжает удаляться, но фантом, сидящий вместо него в засаде, никуда не исчезает. Очень, видимо, непростой у лазутчика артефакт, раз умеет создавать призраки, способные какое-то время существовать автономно.
Бегу к покинутому Гарпуном убежищу. При моем приближении призрак выскакивает из кустов и бросается прочь, стремясь увести меня далеко в сторону от направления, в котором пытается скрыться настоящий враг. Становится всё интереснее. Во мне даже просыпается охотничий азарт, уж очень мне хочется завладеть конструктом, способным вытворять такие чудеса.
На ветках куста, за которым прятался лазутчик, и на земле под ним обнаруживаю свежие пятна крови. Пожалуй, многовато её здесь для легкого ранения. Судя по всему, Гарпун бежит сейчас исключительно на адреналине и морально-волевых. Продолжаю преследование, и расстояние между нами начинает довольно быстро сокращаться. Деваться противнику некуда, так что догнать его для меня лишь вопрос времени, но, как оказывается буквально в следующую секунду, список сюрпризов, припасенных для меня судьбой на сегодняшний день, ещё далеко не исчерпан.
Из точки, где я вижу всё медленнее движущийся мерцающий силуэт Гарпуна, в небо взмывают четыре сигнальные ракеты, три красные серией и через пару секунд одна зеленая, причем последняя летит по большой дуге почти точно в мою сторону.
Объяснять мне, что это значит, не требуется. Три красные — просьба о помощи. Зеленая в мою сторону — указание направления на противника. Не менее очевидно и то, кому Гарпун подает сигналы. Он ведь шел к лагерю лихих людей и, видимо, уже прочти добрался до цели. Я тихо ругаюсь, и организм, словно реагируя на нецензурную команду, проваливается в режим обостренного восприятия. Мои наихудшие опасения полностью оправдываются — до лагеря бандитов от меня чуть больше километра. Если бы я не сосредоточил всё внимание на преследовании Гарпуна, мог бы заметить стоянку лихих людей и раньше.
Врагов впереди много, и, что самое паршивое, ни догнать, ни даже просто подстрелить беглого лазутчика я не успею,
