— Знаю — это очевидно.
Она не улыбнулась, подняв лицо, чтобы нежно поцеловать его в ответ.
Тайрел провел рукой по ее волосам:
— Ты счастлива, Элизабет. Ведь это все, что я хочу. Никто не заслуживает покоя, как ты.
— Я никогда не была счастливее, Тайрел, — сказала она, чувствуя, что он хочет что-то обсудить. — А ты? Ты счастлив?
— Да. Я более чем счастлив. — Он слегка улыбнулся. — Я знаю, ты думаешь, я не помню это, но я помню.
Она была в недоумении.
— О чем ты говоришь?
— День, когда я спас тебе жизнь, когда ты была маленькой, пухлой девочкой, предпочитавшей книгу игре в пиратов.
Лизи застыла. Ее сердце бешено забилось.
— Ты помнишь, когда я упала в речку?
Он снова быстро поцеловал ее.
— Как я могу такое забыть? И это было озеро, дорогая, а не река. Если бы ты упала в речку, я бы не смог тебя спасти, потому что течение там слишком опасное.
Лизи была поражена. Как возможно, что он помнит тот далекий день тоже?
— Я катался на лошади со своими родными и сводными братьями — у меня был новый конь, которого я очень хотел продемонстрировать. Мы были очень шумной группой, — с усмешкой добавил он. — И нам было жарко, мы все были в грязи и решили остановиться, чтобы искупаться в озере. Там был пикник в самом разгаре, и первое, что я заметил, — милый ребенок, зарывшийся в книгу, которая была почти вполовину ее размера.
Лизи боялась дышать; она ущипнула себя, чтобы проверить, не сон ли это.
— Один мальчик забрал ее у меня.
— Да, какой-то хулиган выхватил ее, и ты побежала за ним, а мне очень хотелось выпороть его. Но потом он бросил книгу в озеро. Ты побежала достать ее — и упала лицом вперед.
— Как ты можешь это помнить? — прошептала она, потрясенная до глубины души.
— Я никогда не забывал, — пожал он плечами. — Я нырнул и вынес тебя, и ты посмотрела мне прямо в глаза и спросила, не принц ли я.
Вы принц?
Нет, малышка, я не принц.
Лизи ухватилась за него:
— В тот день я влюбилась в тебя. Я знаю, мне было всего десять и ты был намного старше, но в моих глазах ты был принцем — моим принцем.
Он убрал локон с ее щеки.
— Я никогда не забывал тот день, Элизабет. Каждый раз, когда видел тебя в городе — обычно с книгой — или на открытой вечеринке в День святого Патрика, у меня возникало странное желание защитить тебя, если появится какой-нибудь другой хулиган.
— Ты… ты знал, кто я? — потрясенная, воскликнула она.
Он не улыбнулся.
— Когда я увидел ту карету на главной улице, которая чуть не переехала тебя, я испытал такой страх, который никогда не чувствовал прежде — кроме того дня в Уиклоу, когда приехал Хэррингтон и я знал, что ты собираешься бросить меня.
— Ты знал, кто я, в тот день, когда те хулиганы чуть не переехали меня?
— Да, и когда я отнес тебя на безопасное расстояние, я понял, что ребенка больше нет. В моих руках была женщина, невероятно привлекательная женщина.
— Что ты пытаешься мне сказать? — с трудом выговорила Лизи.
— Я наблюдал, как ты превращаешься из ребенка в женщину. С того дня на озере я решил защищать тебя. Я влюбился в тебя на центральной улице. И люблю тебя с тех пор.
Он наблюдал, как она растет… он любит ее много лет… Лизи прижалась к нему, по-прежнему удивленная. Они любили друг друга на расстоянии много лет. Она не могла не удивляться, и что могло бы случиться, если бы она пришла к нему на свидание на Хеллоуин. Но это не было планом Бога, его план включал Нэда.
— Ты плачешь, — прошептал Тайрел.
— Это слезы искренней радости, — ответила Лизи.
Теперь у нее было слишком много радости, чтобы терпеть ее.
— Я безумно счастлив, что после всего этого времени я могу доставить тебе слезы радости! — сказал он. — Когда ты хочешь, чтобы мы поженились?
Лизи заморгала:
— Сегодня.
— А кроме этого? — рассмеялся он.
— Как можно быстрее.
Она никогда не была более серьезной и дотронулась до его руки.
Он взял ее и поднес к губам, серьезный, как и она.
— Я хочу жениться на тебе в «Адаре», Элизабет.
— О да! — воскликнула она. — Когда мы можем выехать? Когда мы можем поехать домой?
— Я могу уехать сегодня, если это не очень скоро для тебя, — с доброй улыбкой произнес он.
Лизи подумала о том дне на озере, когда красивый молодой принц спас ее, не дал ей утонуть; она подумала о первом бале и смуглом и опасном пирате, пригласившем ее на свидание; и она подумала о величайшем подарке Бога, о рождении Нэда, и о том, как впервые взяла своего сына на руки. Она вспомнила, как приехала в «Адар» с родителями, сгорая от стыда, ожидая, что Тайрел назовет ее лгуньей и развратницей, и чудесные месяцы, которые они провели в Уиклоу как семья. Сейчас она не думала о боли расставания. Вместо этого она представила, что скоро будет свадьба, там, в большом холле его родного дома. Со временем их дети наполнят комнаты и холлы этого роскошного дворца. И там они пойдут по стопам поколений де Уореннов, которые предшествовали им, мужчины и женщины, которые жили и любили и сражались за честь, долг и семью.
— Мне очень хочется поехать домой сегодня, — прошептала Лизи. — На самом деле я не могу ждать.
Эпилог
Лизи и Тайрел поженились тремя неделями позже в большом холле «Адара». Церемония была скромная и закрытая, на ней присутствовали только члены семьи. Празднование же было пышным и трогательным.
В тот день тетя Элеонор огласила свое завещание. Джорджи и Анне она оставила скромные пособия, а Рори — дом на Белгрейв-сквер. Все остальное ее огромное состояние перешло к Лизи, ставшей, от одного росчерка ручки, одной из богатейших наследниц королевства.
Джорджи и Рори поженились следующим летом в Рейвен-Холле. Их свадьба была не совсем маленькой церемонией, которую они себе представляли, — на ней присутствовало двести гостей. Лизи была свидетельницей сестры, а Тайрел — свидетелем.
Но величайшим событием из всех было рождение ребенка Лизи и Тайрела. Их дочь родилась в начале января 1816 года, к огромной радости пары. И она была только первой из их пяти детей.
