– Наверно, я должен тебя поблагодарить… – начал Эпло обычным своим издевательским тоном.
– Забудь об этом! Не нужна мне твоя благодарность! – внезапно заорал на него Альфред. Это было новое и отнюдь не неприятное ощущение – накричать на кого-нибудь, чувствовать гнев и дать ему волю. – И не вздумай считать, что теперь ты должен мне отплатить за то, что я спас твою проклятую жизнь! Ничего ты мне не должен! Я сделал то, что должен был сделать. И хватит об этом!
Эпло в совершеннейшем ошеломлении уставился на Альфреда. Потом губы патрина задергались. Он пытался сдержаться, но, как видно, слишком устал для этого. Он начал смеяться. Он смеялся до тех пор, пока не был вынужден прислониться к скале в поисках опоры, смеялся, пока слезы не выступили у него на глазах. Вытирая кровь, сочащуюся из глубокой царапины на голове, Эпло широко ухмыльнулся и покачал головой.
– Я в первый раз слышу, чтобы ты бранился, сар… – он помолчал и поправился:
– Альфред.
Через первую расселину они перебрались благополучно, но впереди их было еще множество. Тем временем паровые корабли воинства мертвых, черные на пылающе-алом, рассекали волны Огненного Моря. Альфред тащился по поваленному каменному столпу, стараясь не думать о кораблях, не смотреть на колыхание лавы, не вспоминать о том, что за этим разломом будет еще один и нужно будет перепрыгнуть через него. Один шаг, второй, третий, и еще один, и еще…
– Мы никогда не доберемся до того берега…
– Тихо! Стой! Замри! – прошипел Эпло, прервав Джонатана на полуслове.
Альфред обернулся. Тревога, прозвучавшая в голосе патрина, заставила его забыть о боли, от которой разламывалось тело, о безнадежности и отчаянии, сковывающих душу. Руны на коже Эпло полыхали огнем, отливали пурпуром в отблесках лавы. Пес замер подле своего хозяина, напрягшись и вздыбив шерсть. Альфред лихорадочно завертел головой, ожидая увидеть воинство мертвых, следующее за ними по рухнувшему колоссу.
Ничего. Никто не гнался за ними. Ничто не преграждало им путь. Но что-то было не так. Море волновалось, лава вздыбилась, поднялась вокруг них… Что это? Прилив? Прилив магмы?.. Он вгляделся в море, пытаясь убедить себя, что это обман зрения.
Глаза! Глаза следили за ними – глаза в море, глаза моря. Огненная голова поднялась из глубин магмы и начала приближаться к ним среди огненных волн. Немигающие глаза неотрывно следили за людьми. Глаза были огромными, гигантскими – Альфреду казалось, что он мог бы пройти сквозь щель черного зрачка, не пригибаясь.
– Огненный дракон, – выдохнул Джонатан в ужасе.
– Вот так все оно и кончится, – тихо прибавил Эпло. Альфред слишком устал, чтобы пугаться или тревожиться. Первым чувством, которое он испытал, было чувство огромного облегчения: «Теперь мне не придется прыгать через еще одну проклятую трещину…»
Заостренная, как наконечник копья, огромная драконья голова поднялась выше на длинной, тонкой, изящной шее. Гребень дракона напоминал черные сталагмиты пещеры. Чешуя сверкала огненными бликами, но, соприкоснувшись с воздухом, остывала, становясь непроглядно-черной – только где-то в глубине таился раскаленно-красный отблеск, как это бывает с не до конца прогоревшими углями костра. Только глаза не менялись – они остались двумя яростными озерами огня.
– У меня нет сил с ним сражаться, – сказал Эпло.
– Может, нам и не придется, – промолвил Джонатан. – Они нападают только тогда, когда им что-то угрожает.
– Но они не слишком-то любят нас, – прибавил принц, – и у меня был случай убедиться в этом.
– Нападет он на нас или нет, любая задержка может оказаться для нас губительной, – заметил Эпло.
– У меня есть мысль.
Джонатан медленно, осторожно пошел в направлении приближающегося дракона:
– Только не делайте никаких угрожающих жестов или движений.
Дракон взглянул на Джонатана, но лишь на мгновение. Его огненный взгляд остановился на принце и уже не отрывался от него.
– Что ты такое?
Дракон заговорил с принцем, не обращая внимания на Джонатана, не обращая внимания на всех остальных, стоявших на упавшей колонне. Эпло положил руку на голову пса, призывая его хранить спокойствие. Тот задрожал, но подчинился безмолвному приказу хозяина.
– Я никогда не видела ничего подобного тебе. Слова дракона были совершенно ясны и понятны, хотя они и не произносились вслух. Казалось, звук проходит прямо сквозь тела людей, пробегает по их жилам вместе с током крови.
– Я – то, чем должен был стать, – ответил призрак.
– Воистину так. – Огненный взгляд скользнул по остальным. – И еще патрин. Что же дальше? Исполнение Пророчества?
– Мы в отчаянном положении. Госпожа, – заговорил Джонатан, низко поклонившись дракону. – Многие жители города Некрополис ныне мертвы…
– Многие из моего народа ныне мертвы! – Дракон зашипел, на мгновение высунув черный раздвоенный язык. – Что мне до вас?
– Видите ли вы вон те корабли, плывущие через Огненное Море? – Джонатан указал на армаду Клейтуса. Драконесса не повернула головы – без сомнения, она прекрасно знала все, что происходило в ее владениях.
– На них, – продолжал Джонатан, – плывут лазары и армия мертвых…
– Лазары! – огненные глаза дракона сузились. – Будто не довольно было ходячих мертвецов. Кто привел лазаров в Абаррах?
– Я, Госпожа, – ответил Джонатан. Он стиснул руки, пытаясь сдержать боль, грозящую вырваться наружу.
– Вы не получите от меня помощи! – Глаза драконессы полыхнули гневом. – Пусть зло, которое вы привели в мир, обратится против вас и поразит вас!
– Он невиновен, Госпожа. Он поступил так из-за любви, – заметил призрак.
– Его жена умерла, пожертвовав жизнью, чтобы спасти его. Он не смог позволить ей уйти.
– Тогда это глупость. Но глупость преступная. Я не собираюсь более…
– Я хочу исправить содеянное, Госпожа, – проговорил Джонатан. – Мне была дарована мудрость сделать это. Теперь же я пытаюсь обрести мужество…
Он остановился, не находя слов. Сглотнул вставший в горле комок, глубоко вздохнул и крепче стиснул руки.
– Я и мои спутники – мы пытаемся добраться до противоположного берега прежде, чем туда придут лазары и мертвые, которыми они командуют.
– Ты хочешь, чтобы я отвезла вас.
– Нет… – Альфред содрогнулся.
– Заткнись! – Эпло стиснул руку сартана, призывая его к молчанию.
– Если вы окажете нам эту честь, Госпожа… – Джонатан снова поклонился.
– Как я могу быть уверена в том, что вы исполните все по вашему слову? Быть может, вы только причините большее зло.
– Он – тот, о ком говорит Пророчество, – сказал принц.
Пальцы Эпло, сжимавшие руку Альфреда, дрогнули. Альфред увидел проступающее на лице патрина выражение отчаяния. Губы Эпло шевельнулись, однако же он ничего не сказал. Единственное, что его сейчас по-настоящему заботило, – как бы поскорее добраться до корабля.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
