непростительны. Поскольку у Карла также были причины для жалобы на то, что англичане укрепляют Сен-Жам-де-Беврон и Мортен, обе стороны направили посланников, чтобы попытаться решить эти вопросы[707].
Однако прежде чем были сделаны какие-либо выводы, произошло еще одно крупное нарушение перемирия, на этот раз со стороны англичан. 24 марта 1449 года Франсуа де Сурьен захватил город и замок Фужер в Бретани, недалеко от нормандской границы. На первый взгляд, это был просто независимый набег иностранного капитана-наемника. Фужер был богатым торговым городом, который Сурьен основательно разграбил, захватив добычу на сумму 2.000.000 т.л. (116.67 млн. ф.с.), после чего обосновался со своими людьми в замке и стал грабить весь район, взимая appâtis, захватывая пленных и "в целом совершая все обычные военные подвиги". Когда возмущенный герцог Бретонский послал своего герольда в Нормандию и Англию с требованием возмещения ущерба и узнать, по чьей инициативе это было сделано, и Бофорт, и Саффолк отрицали свою причастность и полностью отреклись от действий Сурьена[708].
Это было откровенной ложью. Захват Фужера был тщательно спланирован в Лондоне по крайней мере за 15 месяцев до этого. Согласно отчету Сурьена обо всем этом деле, написанному в марте 1450 года, идея была выдвинута еще летом 1446 года. В июне того года под давлением Прежана де Коэтиви, одного из группы влиятельных бретонцев при королевском дворе, Карл VII приказал герцогу Бретонскому арестовать его брата-англофила Жиля по обвинению в сговоре с англичанами. Для этого обвинения были некоторые основания, поскольку Жиль получал от англичан пенсию и был важным сторонником союза с ними в то время, когда сам герцог больше склонялся к французам и, возможно, Жиль даже надеялся с помощью англичан вернуть себе земли присвоенные его братом. Английская администрация в Нормандии, безусловно, предоставила ему охрану за несколько недель до его ареста и предупредила его о заговоре против него. Когда Жиля все же заключили в тюрьму, были поданы официальные протесты и рассмотрен вопрос о его спасении, так Сурьен утверждал, что "Мэтью Гоф и другие настоятельно просили Томассена дю Кесне и других моих людей найти способ освободить милорда Жиля Бретонского". Саффолк, однако, предложил маршалу Сурьена в Вернёе, который в то время находился в Англии, альтернативный план: его господин, известный подобными подвигами, должен захватить Фужер, чтобы обменять его на свободу Жиля. Саффолк заверил, что для Сурьена за это дело не будет никаких последствий[709].
Выбор Саффолка в пользу Фужера, вероятно, был продиктован не только его богатством и расположением вблизи нормандской границы, но и тем, что ранее он принадлежал Жану, герцогу Алансонскому. Чтобы собрать средства на выкуп после своего пленения при Вернёе в 1424 году, герцог Алансонский неохотно заложил город герцогу Бретонскому за 80.000 экю (5.83 млн. ф.с.) и никогда не простил Карла VII помочь ему вернуть его. После участия в мятеже Прагерия герцог впал в немилость у короля и сделал несколько предложений англичанам. Например, летом 1440 года он обратился к сенешалю Гаскони за военной помощью для своего мятежа. Следующим летом он послал своего личного представителя в Аржантан, чтобы предупредить местного капитана о том, что владелец замка продал и предал англичан, и передал ему список имен предателей, чтобы капитан мог их арестовать. В интересах Саффолка было угодить герцогу Алансонскому, а в интересах герцога — отобрать Фужер у герцога Бретонского. Хотя нет веских доказательств его причастности, известно, что по крайней мере один из агентов герцога Алансонского поддерживал связь с Сурьеном[710].
Возможно, чтобы подстраховаться, Сурьен сказал, что он не сможет осуществить задуманное без базы на границе Нижней Нормандии. Саффолк пошел на это, убедив лорда Фастольфа сдать свой замок Конде-сюр-Нуаро, расположенный в 50-и милях к северо-западу от Фужера. В качестве дополнительного стимула Саффолк предложил Сурьену самый престижный приз из рук короля: приглашение стать рыцарем Ордена Подвязки вместо Джона Холланда, графа Хантингдона и герцога Эксетера, который умер в августе 1447 года. Для арагонского солдата удачи это была честь, от которой нельзя было отказаться. Его вступление в Орден 8 декабря 1447 года стало удобным прикрытием для поездки в Англию, чтобы лично обсудить план по захвату Фужера с Саффолком и Бофортом, чье назначение на пост генерал-лейтенанта должно было быть подтверждено. Заручившись их поддержкой, Сурьен вернулся в Нормандию и в течение следующего года посылал своих шпионов в Фужер, чтобы выяснить состояние его обороны, а также собирал поддержку и сведения для своего предприятия, посещая гарнизоны Нижней Нормандии под прикрытием совместного с Толботом поручения от Бофорта провести сбор и смотр войск[711].
В свете этих действий развертывание отряда Мандфорда и войск, выведенных из Мэна в Сен-Жам-де-Беврон, приобретает более зловещую интерпретацию. Разобранная крепость находилась всего в 14-и милях к северо-западу от Фужера. Возможно, в результате многочисленных жалоб Карла VII на восстановление Сен-Жам-де-Беврон и соседнего Мортена, Бофорт в последний момент испугался и 26 февраля 1449 года отправил своего герольда к Сурьену, запретив ему что-либо предпринимать без прямого приказа Генриха VI. В ответ Сурьен недвусмысленно заявил, что его планы слишком далеко зашли, чтобы он мог отступить. Около 600 солдат были собраны в Конде-сюр-Нуаро, Томассен дю Кесне доставил туда штурмовые лестницы, а инструменты, необходимые Сурьену для взлома ворот в Фужере, которые Бофорт лично приказал изготовить мастеру в Руане, были уже готовы.
23 марта 1449 года Сурьен подал сигнал к началу, двинувшись в направлении Авранша, чтобы обмануть французских шпионов, которые, как он знал, будут следить за ним, а затем под покровом ночи направился к своей истинной цели. На следующий день, около двух часов ночи, часть его отряда поднялась на городские стены по штурмовым лестницам и захватила замок врасплох. Операция, по крайней мере, с военной точки зрения, завершилась полным триумфом. Обрадованный Бофорт отправил в Фужер свои поздравления вместе с луками, стрелами, порохом и кулевринами, чтобы пополнить запасы замка, и приказал Сурьену держать свои войска в состоянии боевой готовности и ждать дальнейших приказов от Толбота[712].
Захват Фужера стал печально известен как причина возобновления войны между Англией и Францией. Однако сам по себе он не был достаточной причиной для возобновления военных действий, не в последнюю очередь потому, что конфликт касался только Англии и Бретани. Однако этот инцидент сыграл на руку Карлу VII. Как и в случае с уступкой Мэна, он сразу принял сторону герцога и превратил дело в затрагивающее его личную честь как короля.
Когда бретонский посланник потребовал объяснений, Сурьен дал понять, что он действовал не по своей инициативе. "Я имею право брать, но не отдавать, — сказал он, а затем, обратив внимание посланника на свой знак Ордена Подвязки, который он носил на видном месте, заявив, — не спрашивайте меня больше ни о чем. Разве вы не видите, что я являюсь членом Ордена Подвязки?
