той скале спрятан какой-то древний инопланетный артефакт, который снял копию с личности старика из будущего и вставил в подходящее тельце, а тот старик так и помер там в своем мире. Тем более я, тоесть не я, а старик тот, по мобильнику тогда разговаривал, вот и поспособствовал смартфончик копиравонию личности. Так что я скорее всего, наполовину копия старика Щербакова, а наполовину четырнадцатилетний пацан — Ленька Немтырь по фамилии Забродин.
Но как бы там ни было, метаться поздно. Что выросло то выросло! Может позже навещу то озерцо, посмотрю на каменюку, но наверх не полезу. Нафиг! Нафиг! Хотя скорее всего ничего у меня не получится — смартфона-то нет. А без мобилы никакого копирования сознания может и не получиться. Жалко, что в бога не верю, а то помолился бы истово, как советовала Баба Ходора, глядишь и вернулся бы в свое время.
Нет конечно, очень романтично очутиться в прошлом, но дочего-же здесь хреново. Сортирной бумаги и той нет, задницу подтереть нечем. Уж о том, что практически все приходится делать самим и вручную, я уж не говорю. Ладно! Хорош ныть. Вставать пора.
В полдень мы снова стояли недалеко от «Ювелирного салона» господина Гуревича. На этот раз я учел опыт прошлого и «мушкетеры» вместе с Митькой обзавелись шейными платками, из которых, немного потренеровавшись, научились делать маски, а кроме того обзавелись погремухами, то бишь позывными. Я не стал заморачиваться придумыванием кликух, предложил им самим выбрать себе позывные, только сказал, что имена должны быть короткими.
— Зачем нам эти позывные? — спросил Платошка.
— А затем друг Платон, чтобы никто не узнал наши настоящие имена, когда снова придется с кем нибудь схлестнуться. А короткими они должны быть, чтобы можно было быстро о чем нибудь предупредить. Вот к примеру ты увидел, что к Антошке сзади подкрадывается какой нибудь варнак и тебе надо его предупредить. Поэтому ты крикнешь: «Тоха! Сзади», а не будешь говорить например так: «Уважаемый Антон Николаевич извольте оглянутся, к вам со спины приближается нехороший человек с ножичком в руках». Пока такое произнесешь Антоху и прирежут.
Парни засмеялись и стали придумывать себе позывные. Антоха предлрожил назваться «Атосом, Портосом и Арамисом». Подумав я забраковал эти позывные — слишком длинные. В конце концов Антоху назвали Тохой, Архипку обозвали Белым, за соломенные волосы, а Платошка сказал:
— Я буду зваться Чуй! — Видимо парень так преобразовал свою фамилию Нечунаев.
— Чууй…. Я бы не советовал. — Сказал я ухмыляясь.
— Это почему?
— А ты в начале другую букву поставь.
— Ага! Букву ха. — Засмелся сообразительный Архипка.
Платоха поставил и под смех друзей ошарашенно протянул:
— Неет…. — И посмотрел на меня.
— Ладно Платоха будешь Греком. — И предваряя вопрос сказал:
— Был такой в Древней Греции ученый по имени Платон. Вот и будешь Греком.
— А ты себе какой позывной возьмешь? — Спросил меня Архипка.
— А чего мне его брать. Я Немтырь, так и зовите.
— А Митька?
— Митька? — Я задумался глядя на высокого и широкоплечего хлопца. — Митька будет Тором.
— А почему Тор? — Меланхолично поинтересовался Митька.
— Тор — это какой-то герой скандинавский или даже бог. Он здоровенной кувалдой врагов своих крушил. А ты Митька тоже с кувалдой дружишь. Так что быть тебе Тором. И это мужики. Привыкайте к своим позывным.
Перед тем как зайти в «Ювелирный салон» я проинструктировал «мушкетеров»:
— Белый, Тоха, Грек остаетесь здесь на улице и как в прошлый раз игру какую нибудь затейте, а сами посматривайте, если кто в лавку направится свистите. А если опять этот жиденок куда либо побежит, притормозите его. Не бейте. Припугните только. Тор! Пойдешь со мной. В лавке платок на морду натянешь. Если что подстрахуешь меня.
Я специально назвал парней позывными. Пусть привыкают к погремухам. Митька выслушав меня, молча кивнул и мы вошли в салон. Посетителей в лавке не было Приказчик узнав меня, побледнел и метнулся к дверям за прилавком. Но я был настороже и, перегородив путь, ткнул ему тростью в живот. Обернувшись к, закрывшему лицо платком, Митьке сказал:
— Тор дверь входную запри.
Митька сначала подвис, но опомнившись, заблокировал дверь, задвинув не хилый засовчик. Высокий и широкоплечий да еще и с задрапированной мордой, Митька выглядел внушительно и пугающе. Чтобы посильнее нагнать страху, я достал свой пистолетик и, ткнув дулом приказчику в спину, произнес:
— Веди к дядюшке Мише.
Парень оглянулся на страшного Тора, сглотнул слюну и понурившись, повел нас к ювелиру. Подойдя к двери, он хотел постучать, но я остановил.
— Не стучи! Открывай и входи.
Он покорно кивнул и открыл дверь. Я резко втолкнул приказчика в кабинет и ткнул ракояткой трости ему под колено. Тот от нежиданности уселся задом на свои ноги.
— Тор смотри за хлопцем, будет дергаться отрихтуй.
Сидевший за столом и что-то писавший в амбарной книге, пухляш поднял голову и с изумлением уставился на нас. Потом опомнившись сунул руку в ящик стола. Но я уже был рядом и погрозив пистолетом, произнес:
— Руки из ящика вынул! На стол их положи и не спеши. Давай медленно — медленно. Вот и славно. Так что у нас там? — Держа под прицелом побледневшего ювелира, обошел стол и заглянул в ящик. — О! «Лефоше». Дрянь револьверчик, но вам он ни к чему. — И положив на стол трость, достал револьверчик из ящика и сунул себе в карман. Потом взял в правую руку трость и резко ударил ею по столу рядом с его пальцами. От неожиданности тот подпрыгнул и отдернул руки.
— Ручки назад верните! Давай-давай! Не заставляй меня злиться.
Пухляш положил дрожащие ладони на стол и уставился на меня:
— Кто вы такие? Я полицию позову.
— Полицию! И что-же ты расскажешь господам полицейским? Может то, что вы на пару с уголовником Голованом золотничничков грабите, да с камнем на шее в речку бросаете. Или то, что увидев мои брюлики ты своего жиденка к Головану послал, а тот на меня Гуню с Бобырем натравил. Мало мне этих двоих, так ты им в помощь еще и охранника своего направил.
— Это неправда никого я не посылал.
— Да? А кто Левчика в табачную лавку посылал. Только вот этот Левчик ни в какую лавку не пошел, а побежал прямо к дому, где обитает некий Гаврила Шубников известный как Голован. Поговорил там с кем-то и сюда рванул, опять же ни в какую табачную лавку не заходя.
— У вас нет никаких доказвтельств!
— Вот тут ты любезный ошибаешься, доказательства есть и кроме того, если хорошо поспрашивать Левчика или вот
