К концу 1991 г. техническая готовность корпуса авианосца составляла около 70%, при общей готовности корабля около 18%. Черноморским судостроительным заводом уже было переработано 29 тыс. т корпусной стали, в том числе и новой броневой стали, применявшейся на «Ульяновске» в составе конструктивной защиты. На авианосец уже погрузили некоторые механизмы. Комплекс ракет «Гранит» должен был грузиться на стапеле в виде единого 850-тонного блок-модуля. Шахты для монтажа комплекса строил также Черноморский завод, а затем они были отправлены для сборки в Ленинград. Полным ходом шли изготовление и монтаж атомной паропроизводящей установки, катапульт и аэрофинишеров. Но финансирование было прекращено, и стальная громадина весом в 25 тыс. т замерла на стапеле, ожидая своей участи.
Тогда завод обратился к правительству Украины. Там ответили: «Если России не нужен корабль, то мы выделим деньги на его порезку и освобождение стапеля». «Это обещание было выполнено, — пишет В.В. Бабич. — Технологи подсчитали, что стоимость порезки корпуса и стоимость его достройки для спуска с заглушёнными отверстиями линий валопровода и донно-забортной арматуры были приблизительно равны. Старший строитель «Ульяновска» П.С. Герасимов считал, что нужно достраивать корабль и спускать на воду, а жизнь потом покажет, что с ним делать, но к его мнению не прислушались.
Вскоре на заводе объявился Виталий Козляр, вице-президент американской фирмы «J.R. Global Enterprises, Inc», зарегистрированной в Нью-Йорке. Он предложил купить корпус «Ульяновска» на лом по стоимости 550 долларов за тонну. Думаю, что эта фантастическая цифра подтолкнула руководство завода и украинское правительство к оформлению в кратчайшие сроки решения о порезке корабля. 4 февраля 1992 года первый вице-премьер Украины К.И. Масик подписал распоряжение об утилизации “Ульяновска”»{183}.
Далее В.В. Бабич пишет: «В марте 1992 года я возглавил отдел внешнеэкономических связей завода…
…В иностранных проспектах и журналах я нашел цену на судовой лом, которая была в то время на мировом рынке, — 80—100 долларов за тонну. Такие данные меня удивили, и я пошел с ними к руководству завода. Однако руководители ЧСЗ полагали, что броневые никельсодержащие стали типа АК и корпусная сталь повышенной прочности 10ХСНД, которых было в составе корпуса «Ульяновска» до 70%, позволят продать его по цене, указанной в контракте. Кроме того, они наивно верили, что если контракт подписан, то он обязателен также и для второй стороны и всегда будет выполняться»{184}.
Однако когда в Николаев заявился лично президент американской фирмы «J.R. Global Enterprises, Inc» Джозеф Резник и и предложил платить по 120 долларов за тонну, заводчики заспорили. Резник удалился, и более о нем ни в Николаеве, ни на всей Украине не слыхивали. Куда-то бесследно исчезла и сама фирма. Но дело было сделано — корпус «Ульяновска» резался полным ходом.
Увы, сей урок «самостийникам» не пошел в прок. «Оранжевые» еще больше стали ориентироваться на США. Ну что ж, они еще получат новых козляров и резников,
Глава 4.
ДВА ФЛОТА В ОДНОЙ БУХТЕ
Впервые в истории человечества главные военно-морские базы двух держав оказались в одной бухте. Я сам почти ежегодно бываю в Севастополе, но до сих пор не могу точно понять, где кончается территория одного флота и начинается территория другого флота. То же положение и с причалами, со складами, различными береговыми службами, культурными объектами и т.д.
Спору нет, при добрых отношениях обеих стран такое базирование Черноморского флота не вызовет проблем, но, увы, в Киеве думают совсем иначе. Украинские власти постоянно устраивают провокации в Севастополе.
По своей боевой мощи оба эти флота как минимум в 10 раз слабее советского Черноморского флота на начало 1991 г. и втрое слабее современного турецкого флота.
Турки обеспечили ее бы не только количественное, но и качественное превосходство над русским Черноморским флотом. В последние годы их флот пополнился современными фрегатами УРО типа «МЕКО200» и «MEKO200-II», ракетными катерами типа «Kili 3». Списание устаревших и ввод в боевой состав новых кораблей проводится по схеме «корабль на корабль» то есть без ущерба для боевых возможностей флота. К 2008 году ВМС Турции должны иметь в своем составе 24 фрегата УРО и не менее 20 современных ракетных катеров «Kili 3» — «ракетных корветов» по турецкой классификации. Уже сегодня по количеству крылатых ракет в первом залпе турецкий флот превосходит Черноморский флот России почти в три раза. Количество противокорабельных ракет в залпе корабельной группировки ВМС Турции — 280 (252 «Гарпун», 16 «Пингвин», 12 «Экзосет»), Черноморского флота — 84 (16 «Базальт», 26 «Москит», 18 «Малахит», 4 «Термит», 4 «Рубеж», 16 ракет-торпед).
К середине 2006 г. у турок в строю было 12 подводных лодок, построенных в Германии и Турции в 1976—2004 гг., и еще две подводные лодки («Burakreis» и «Inonu») достраиваются на плаву. Тактико-технические данные близки: водоизмещение подводное около 1500 т, скорость хода надводная 15 узлов, подводная 21,5 узла, вооружение — 8 торпед или 8 противокорабельных ракет «Суб Гарпун» (то есть ракеты «Гарпун» с подводным пуском).
Бригада подводных лодок русского Черноморского флота состоит из двух (!) лодок. Лодка «Б-871» проекта 877В[71] с 1997 г. субсидировалась Алмазодобывающей акционерной компанией и в честь нее 5 января 2004 г. получила имя «Алроза». Водоизмещение ее составляет 2325/3076 т, скорость хода 10/19 узлов, вооружение: 6 торпедных аппаратов, боекомплект — 18 торпед. Крылатых ракет на ней нет.
Вторая же подводная лодка «СС-533» проекта 1710 водоизмещением 1900/2400 т вооружения не имеет совсем. Это — лодка-цель. Ее конструкция позволяет производить учебные торпедные стрельбы по корпусу. У меня есть подозрение, что «СС-533» содержат в составе флота лишь затем, чтобы сохранить бюрократическую структуру бригады, нельзя же, чтобы в бригаде была одна лодка. Пустив на лом «СС-533», придется упразднить десятки должностей.
Итак, в 2007 г. компания «Алроза» будет содержать одну (!) торпедную подводную лодку против 14 турецких подводных ракетоносцев. Наши адмиралы могут утешиться лишь тем, что русский подводный флот сильнее украинского. Их единственная подводная лодка «Запорiжжя» (бывшая «Б-435» проекта 641) так и не введена в строй, в том числе из-за отсутствия аккумуляторов. Покупать их у москалей ВМС Украины не захотели, а купили в Греции, где, как известно, «всё есть», но не тех габаритов.
10—20 октября 2004 г. в Севастополе состоялась международная научно-практическая конференция «Международные отношения в Черноморском регионе и возможные вызовы морского терроризма». Там руководитель информационных программ Центра содействия изучению геополитических проблем черноморского региона «НОМОС» Павел Лакийчук заявил, что при таком соотношении ударных сил противопоставить Турции в черноморской зоне Россия может только ресурс поддерживающей стратегической авиации.
Какая там авиация! К 1991 г. в составе нашей морской ракетоносной авиации было 7 дивизий. Советские ракетоносцы летали над Средиземным морем и над центральной частью Атлантики. А сейчас не осталось ни одной из этих дивизий. В 2005 г. были затеяны большие учения стратегической авиации. В воздух поднялись целых два (!) бомбардировщика. Зато на одном из них немного полетал наш президент.
В связи с нестабильной ситуацией на Украине Российская Федерация не собирается строить боевые корабли на верфях Николаева. За последние несколько лет лишь два судна были переведены на Черное море: судно на воздушной подушке «Самум» (проекта 1239 «Сивуч») и морской тральщик проекта «266М» — «Валентин Пикуль».
В 1993 г. постоянно действующее оперативное соединение в Средиземном море — 5-я оперативная эскадра была расформирована.
С середины 1990-х годов выходы кораблей Черноморского флота в Средиземное море стали крайне редки. Через каждые 4—6 месяцев меняются в порту Тартус плавмастерские («ПМ-56» или «ПМ-138»).
Периодически ходят разведывательные суда «ССВ-201», «Кильдин», «Челекен», «Лиман» и др. Так, в ходе нападения стран НАТО на Югославию в 1999 г. разведывательные суда Черноморского флота с 4 апреля по 27 июня находились в Адриатическом море в районе боевых действий.
С 3 июля по 1 августа 1999 г. пять больших десантных кораблей выполняли задачу по доставке российского миротворческого контингента из района Туапсе в греческий порт Салоники. За два похода корабли доставили в Салоники 278 единиц различной техники и 1000 человек из числа воздушно-десантных войск.
В 1998 г. визиту наших кораблей на Средиземное море поспособствовал случай. Москва и Канны являются городами-побратимами. В конце октября 1998 г. в Каннах проводился аукцион недвижимости двух городов-побратимов, и для торжеств туда была направлена делегация города Москвы, но двумя путями: часть — самолетом, часть — морем. На БПК «Керчь» пошли пять членов делегации во главе с замом Лужкова Олегом Токачевым. Расходы на топливо оплатил московский «Русский банк развития», исполнительный директор которого Михеев Сергей Станиславович сам пошел на корабле.
