— Что произойдет, если он найдет желанную комбинацию?
— В случае, если компьютер однозначно выдаст положительный ответ, Харгрув попытается воздействовать на правительство и втянуть нас в войну по предложенному компьютером сценарию, безжалостно отметая в сторону случайности, которые могут повлиять на развитие событий. Полагаю, он может добиться своего.
— Будут жертвы.
— Да, конечно. Но компьютер просчитает и это. Он сравнит жертвы и прочие бедствия в сфере экологии и экономики с выгодами, которые мы получим, добившись контроля над всем миром. Если компьютер придет к выводу, что выгода значительно превысит возможные потери, то он даст добро на начало «справедливой войны». Не забывайте: даже проигравшие нации в конечном итоге окажутся в выигрыше, поскольку начнут жить в фарватере нашей более мощной экономики и строгой морали.
Гелб ошарашенно посмотрел на собеседника и проворчал: — Вот уж не думал, что мы сидим на кратере вулкана. Что за «случайные события» вы упомянули?
— Программа компьютера пытается учесть всяческие неожиданности, но до конца этого добиться не удается. Поэтому я не думаю, что сверху будет дано добро. Пока, во всяком случае, этого не произошло. Если Харгрув не сумеет ошеломить правительство потрясающе удачной компьютерной версией войны, шансов на успех у него мало.
— Зачем в таком случае он к вам пожаловал?
— Чтобы усовершенствовать программу, зачем же еще?
— И вы ему помогаете?
— Конечно. Речь идет об огромных гонорарах, Герман.
— Питер, Питер, — покачал головой Гелб, — неужели из-за денег вы готовы рискнуть судьбой всего мира?
— Войны не будет. Никогда. Не существует реальной комбинации событий, которая может заставить компьютер принять решение о начале военных действий. Компьютеры очень высоко ценят человеческую жизнь, поэтому то, что покажется приемлемым министру Харгруву или даже нам с вами, никогда не получит добро со стороны самого компьютера.
— Откуда такая уверенность?
— Я программист, Герман, и я не знаю ни одного способа, каковым можно было бы заставить компьютер начать войну без учета сопряженных с нею потерь. Компьютеры не обладают одним принципиально важным качеством и поэтому будут всегда приводить Харгрува и ему подобных в отчаяние.
— Чего же не хватает компьютеру?
— Видите ли, Гелб, компьютер начисто лишен чувства праведности и никогда не уверен в своей правоте.
Галлюцинация
Hallucination
© 1995 by Nightfall, Inc.
Галлюцинация
© M. Гутов, перевод, 1997
Часть первая
Сэм Чейз прибыл на Энергетическую планету в день своего пятнадцатилетия. Все говорили, что получить подобное назначение — большая честь, но никакой радости он не испытал.
Специализированное обучение означало для Сэма трехлетнюю разлуку с Землей и близкими. Да и предложенная сфера образования совершенно его не интересовала. Расстроенный Сэм терялся в догадках, почему Центральный Компьютер выбрал для участия в проекте именно его.
Мальчик посмотрел на раскинувшийся над головой прозрачный Купол. Купол достигал в высоту не менее тысячи метров и простирался во все стороны насколько хватал глаз.
— Правда ли, что это единственный Купол на всей планете, сэр?
О том, что Купол на планете один, Сэм знал из просмотренных в полете учебных фильмов. Но фильмы могли и устареть.
Доналд Джентри, которому был адресован вопрос, улыбнулся. Это был крупный, плотный человек с темными, добрыми глазами, короткой стрижкой и короткой седеющей бородой.
— Единственный, Сэм, — кивнул он. — Зато очень большой. Почти все оборудование спрятано под поверхностью, где места всегда в избытке. Кстати, как только закончится первоначальный этап обучения, ты будешь почти все время проводить в космосе. На планете размещается перевалочная база.
— Понимаю, сэр, — сказал Сэм, слегка встревожившись.
— За первоначальную подготовку отвечаю я, — добавил Джентри, — следовательно, мне приходится тщательно изучать личные дела курсантов. Похоже, что данное назначение тебя не сильно обрадовало. Я не ошибаюсь?
Сэм поколебался, но вовремя сообразил, что выбора у него нет и лучше отвечать честно.
— Я не уверен в том, что смогу добиться больших успехов в гравитационной инженерии.
— Почему? Я привык доверять данным Центрального Компьютера. Он изучил все твои показатели. Если дела пойдут хорошо, ты сумеешь многого добиться. Сегодня мы работаем на передовых рубежах новейшей технологии.
— Знаю, сэр, — произнес Сэм. — Там, на Земле, все только об этом и говорят. Никто и никогда не пытался подойти к нейтронной звезде, чтобы воспользоваться ее энергией.
— Вот как? — усмехнулся Джентри. — Я уже два года не был на Земле. Что еще там говорят? Полагаю, у проекта достаточно противников?
Он пристально посмотрел на мальчика.
Сэм смущенно поежился, понимая, что его проверяют.
— Многие считают, что это слишком опасно и может оказаться пустой тратой денег.
— А ты как думаешь?
— Не исключено, что так оно и есть. Все новые технологии по-своему опасны, но прекращать из-за этого исследования нельзя. Полагаю, и в этом случае тоже.
— Отлично. Что еще говорят на Земле?
— Говорят, что Командор болен, а без него проект может провалиться. — Не дождавшись ответа Джентри, Сэм добавил: — Так говорят.
Джентри сделал вид, что не услышал. Он положил руку на плечо мальчика и сказал:
— Пойдем, я покажу твой Коридор, познакомлю с соседом по комнате и объясню, в чем будут заключаться твои первоначальные обязанности. — Когда они остановились у ведущего вниз лифта, Джентри спросил: — А сам бы ты что выбрал?
— Нейропсихологию, сэр.
— Хорошее решение. Человеческий мозг и сегодня остается самой большой загадкой. О нем нам известно меньше, чем о нейтронных звездах. Это выяснилось, когда мы приступили к работе над проектом.
— Вот как?
— Представь себе! С первых дней работающие на базе люди начали жаловаться на галлюцинации. Надо сказать, что база тогда была значительно меньше и примитивнее. Никаких отрицательных эффектов галлюцинации не вызвали, и со временем жалобы прекратились. Причину мы так и не выяснили.
Сэм остановился и снова посмотрел вверх и вокруг.
— Из-за этого и построили Купол, доктор Джентри?
— Нет. Вовсе нет. Просто нам хотелось, чтобы было больше похоже на Землю. Но мы не стремились отделиться от остального мира. Люди могут беспрепятственно выходить наружу. Последнее время на галлюцинации никто не жалуется.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
