– Да, признаюсь, я следил за тобой, хотя это мне было нелегко! – вздохнул он, сбрасывая скорость и выезжая на набережную. – И даже взял билет на тот же поезд, в котором собралась уехать ты. И он до сих пор у меня в кармане. А, признаться, ты придумала неплохо. Только что бы ты стала делать в Москве? У тебя там есть родня?
– Никого.
– Отчаянная девка! – с восторгом произнес он. – Нет, все эти события пошли тебе на пользу. Признаться, первый раз, когда я тебя встретил, ты была какая-то уж очень домашняя, тихая… Дитя совсем.
– А зато теперь я бездомная, злая и грязная! – заявила Даша. – И всем этим я обязана вам! Скажете мне наконец, за что я пострадала?!
– В обмен за рассказ дай накормить тебя, напоить кофе и хорошенько умыть! – попросил он. – На тебя страшно смотреть, ей-богу! Все понимаю – повзрослела, но не до такой же степени!
– Что за разговор! – разозлилась Даша. – Вы меня собрались умывать?! Вот спасибо! Вот чем все это должно было кончиться, да?
– Спокойно! – Машина взлетела на мост Лейтенанта Шмидта и, оказавшись на другом берегу Невы, углубилась в сеть набережных и переулков.
Даша не узнавала из окна машины тех мест, которые часто видела, гуляя пешком, и занервничала сильнее.
– Я требую, чтобы вы сказали, куда меня везете! Иначе я открою дверцу и выпрыгну! Мне уже все равно!
– Какие крайности! – обреченно вздохнул он. – Ладно, нервная особа, я тебя везу к себе домой, но не для того, чтобы изнасиловать, поверь мне! Я детей не трогаю!
– Так, по-вашему, я уже не дитя!
– По-моему, ты грязное голодное дитя, только и всего. А раньше было сытое и чистое. Вот и вся разница.
– Разница куда значительней, чем вы думаете! – Внезапно она поняла, что ее злость только смешит и забавляет его, и сменила тон на более спокойный. – Я говорю вам, что мне теперь безразлично, что будет со мной. Вы мне так уже удружили, что теперь мне плевать вообще на все! Жить мне не хочется, понимаете вы это?!
– Знал я одну женщину, – задумчиво заговорил он, глядя прямо перед собой, а не на Дашу. – Знал я одну хорошую женщину, которая как-то сказала мне то же самое. Слово в слово. Правда, она называла меня на «ты» и плакала при этом…
– Давайте, хвастайтесь, как из-за вас однажды плакала хорошая женщина! – насмешливо сказала Даша. – Вы что же, думаете, что я буду плакать перед вами?!
– О нет! Я не набиваю себе цену… – пробормотал он, нисколько не обидевшись и по-прежнему не глядя на нее. – Скорее, вся та история не делала мне чести, да я и поплатился за нее в свое время… Как обычно и бывает. А вот потом… Потом эта женщина пришла ко мне и сказала совсем другие слова… – Он тихо рассмеялся, и Даша с удивлением услышала в этом смехе какую-то восторженную нежность. Она не думала, что Игорь Вадимович способен на такие тонкие оттенки чувств. – Тогда-то и началась одна история…
– Что за история? – не выдержав, спросила Даша. Она почему-то очень заинтересовалась его рассказом. – Что с этой женщиной было потом?
– Только хорошее… – мгновенно отозвался он. – И знаешь, в этом была только ее заслуга. Ее личная заслуга, не моя… Раньше она была совсем другой, не мыслила себя без чьей-нибудь поддержки, часто плакала по самому ничтожному поводу. Устраивала мне сцены на пустом месте… И вдруг так переродилась! И я ей при этом никак не помогал! Это до сих пор меня удивляет! Как такая женщина могла найти в себе силы жить без чьей-либо помощи? Почему она так изменилась? Загадка, честное слово. И сейчас я ее просто не узнаю.
– Мне кажется, я тоже встречала подобную женщину, – тихо проговорила Даша. – Конечно, ею можно восхищаться.
– Можно и нужно! И вот, Дашенька, что удивительно. Глядя сейчас на тебя, я думаю, что история повторяется.
– Вашими устами… – пожала плечами Даша и молчала до тех пор, пока машина не остановилась. Она почему-то перестала бояться за свою жизнь после того, как услышала эту сентиментальную исповедь, хотя и говорила себе, что это может быть очередной обман.
«Исповедоваться он может сколько угодно и может при этом врать нещадно, но теперь это не важно! Я должна все узнать, иначе дальше жить не смогу. Как жить, если вылезла из такой заварухи и даже не знаю, какую играла в этом роль? Это будет совсем уж несправедливо».
Кроме того, у нее постепенно вызревало намерение потребовать с Игоря Вадимовича компенсацию за моральный ущерб. Слишком накипело у нее на сердце, особенно когда она пыталась вызвать его в клуб на помощь.
Он остановил машину где-то за Обводным каналом. Названия улицы она не заметила, да и не собиралась его замечать. Ни слова не сказав, вышла из машины и вместе с ним поднялась на второй этаж небольшого зеленого особняка, ярко освещенного висевшим перед ним фонарем.
Этот дом выгодно отличался от своих соседей – угрюмых безликих зданий, выстроенных когда-то для живших здесь рабочих семей. Он казался перенесенным из аристократического центра, и она подумала, что в случае нужды легко найдет потом этот дом и не зная точного адреса.
Игорь Вадимович отпер высокую двустворчатую дверь и пригласил Дашу пройти вперед. Она вступила в прихожую, залитую мягким золотистым светом настенного светильника, сразу отметив и евроремонт, видимо произведенный совсем недавно, и стильную мебель. В глубине квартиры слышалась музыка, и это ее насторожило.
– Вы не один? – Она резко повернулась к нему. – Здесь кто-то есть?
Проходи, проходи, – ответил хозяин, возясь с многочисленными замками. – Больше тебе нечего бояться.
Даша прошла по коридору мимо двух дубовых дверей с витражами, которые, должно быть, чудесно смотрелись, когда в комнатах горел свет. Но там было темно. Свет падал только из приоткрытой двери третьей по коридору комнаты, и туда-то она и вошла.
– Ну, здравствуй, беглянка!
– Здравствуйте, – ответила, ничуть не смешавшись, Даша и спросила себя, кого же еще она ожидала тут увидеть.
Навстречу ей из кресла поднялась Люба – спокойная, улыбающаяся, очень похорошевшая с тех пор, как Даша в последний раз видела ее в клубе. Одета и причесана та была очень просто, но внешность ее, казалось, и не нуждалась в прикрасах – больше всего ее оживляли и молодили блестящие глаза и мягкая улыбка.
Люба протянула к Даше руки и, когда та подошла, схватила ее за плечи и крепко обняла.
– Ты меня простишь? – прошептала она Даше на ухо.
– Но за что? – Девушка немного отстранилась и внимательно посмотрела на свою спасительницу. – Я должна только благодарить вас. Сегодня утром я совсем было пропала.
– Нет, не спеши меня благодарить! – Люба отпустила ее плечи и подвела к тому креслу, где только что сидела сама. – Иначе потом ты об этом пожалеешь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
