За кафедрой стоял Джонсон с необычайно серьезным выражением лица. На нём тоже была парадная форма, но через плечи перекинута белая с золотом шелковая лента, какую носят католические священники. Джонсон через сайт католической церкви сдал экзамен и получил сан священника, позволяющий ему заключать барки. Сертификат с печатью епископа прислали по электронной почте. Киборг долго возмущался, что Фостер требует именно католический обряд, ведь Джонсону куда симпатичнее баптисты.
Гости уже заняли свои места. В первом ряду сидели Алекс, мама Рея и Лорел в красивых вечерних платьях, Токсик в парадной форме. Пайн, Свифт, Лю и Инсект – во втором ряду. Шафер, капитан Льюис, уже ждал Фостера у кафедры.
Рей встал рядом с шафером и глубоко вдохнул. Бессонная ночь и операция немного притупили чувства, но все же Фостер нервничал. Хотя с чего бы? Не сбежит ведь Джейн из-под венца, и не ворвутся в зал люди из ведомства «PLUS» с криками: «Мы протестуем! Прекратите церемонию, это незаконно!».
Подружка невесты Моралес вошла в зал, кивнула Фостеру и встала напротив него и Льюиса.
Оркестр заиграл медленную торжественную мелодию. Открылись двери зала, и Джейн в парадном синем кителе и белой юбке ступила на красную дорожку. При появлении невесты все гости встали. Фостер смотрел на Джейн жадно, будто видел в первый раз. В руках она держала бело-синий букетик. Пепельные волосы собраны в прическу, украшенную белоснежными розами. На щеках нежный румянец, ресницы дрожат. Фостер понял: она тоже волнуется, и почему-то от этой мысли стало спокойнее.
Джейн встала рядом с Моралес, и музыка стихла.
Джонсон заговорил низким звучным голосом:
– Дамы и господа, мы собрались здесь в этот торжественный день, чтобы засвидетельствовать союз капитана Рея Фостера, и сержанта Рейн… простите, Алисы Се-мьйо-но-вой, – русская фамилия явно сложно давалась Джонсону для произношения. – Согласен ли ты, капитан Рей Рональд Фостер, взять в жены Алису Се-мьйо-нову, хранить её и оберегать; быть рядом в богатстве и бедности, в болезни и в здравии, на войне и в гражданской жизни, пока смерть не разлучит вас?
– Согласен, – ответил Фостер, не отрывая взгляда от сверкающих глаз своей невесты.
– Согласна ли ты, Алиса Се-мьйо-нова, взять в мужья нашего капитана Рея Рональда Фостера, быть с ним рядом в богатстве и бедности, в болезни и в здравии, на войне и в гражданской жизни, пока смерть не разлучит вас?
Фостер замер в ожидании ответа.
– Согласна, – ответила Джейн и её длинные ресницы дрогнули.
– Принесите друг другу клятвы перед лицом Господа и собравшихся здесь людей, – сказал Джонсон.
Рей набрал в лёгкие побольше воздуха. Он совсем не умел красиво говорить, особенно, когда на него все смотрят.
– Алиса Семьйонова, Джейн, я клянусь быть верным тебе так же, как я верен своей стране и присяге. Обещаю думать о тебе каждый день, даже когда нас разделяют тысячи миль. Обещаю быть для тебя надежным, как автомат Калашникова. Обещаю дарить тебе радость и счастье, которое ты даришь мне одним своим присутствием в моей жизни. Ты наполняешь мою жизнь смыслом. Я обещаю защищать тебя и оберегать, как оберегал бы самый значимый правительственный объект. И обещаю никогда не становиться причиной твоих слёз. Клянусь любить дождь всем сердцем, потому что дождь – это ты.
Джейн улыбнулась уголками губ. Она заговорила и голос её слегка дрожал:
– Рей Фостер, я клянусь быть рядом с тобой, где бы ты ни был. Сражаться с тобой бок о бок, прикрывать тебе спину, даже если весь мир повернётся против нас. Обещаю верить тебе, и доверять, даже если все разведданные будут твердить обратное. Быть с тобой, пока я дышу, что бы ни случилось. Невозможно любить тебя сильнее, чем сейчас, но я постараюсь. Обещаю стать твоим солнцем в пасмурный день, как ты стал моим.
Фостер слушал её слова и не мог поверить, что всё это происходит на самом деле. Джонсон обвёл зал тяжёлым взглядом:
– Если кто-то знает причину, почему этот брак не может быть заключен, говорите сейчас или молчите навеки.
Фостер на всякий случай тоже окинул зал строгим взглядом, думая, что от его безбашенных бойцов можно ожидать любой нелепой шутки. Но, слава Богу, все молчали.
– Властью, данною мне Господом, – проговорил Джонсон торжественно, – объявляю вас мужем и женой. Капитан, вы можете поцеловать невесту.
Рей взял Джейн за руки и нежно прикоснулся к её губам. Губы пахли свежими ягодами и слегка дрожали. Люди в зале зааплодировали, снова заиграла музыка. Итан открыл коробку, и разноцветные тропические бабочки взвились вверх, закружились вокруг Рея и Джейн.
– Какая красота! – восхищенно сказала невеста и вытянула ладошку.
Черно-оранжевый адмирал сел на ее руку, захлопал крыльями. Рей заметил вспышки фотокамеры в руках своей матери.
– А теперь, пока новобрачные скрепят свой союз парными татуировками, я предлагаю всем нам взглянуть поздравительное видео! – сказал Джонсон.
Фостер и Джейн отошли в сторону и сели за столик, где их уже ждали татуировщики. За время подготовки к свадьбе, они много раз слышали от всех на свете, какая это идиотская затея делать парные тату. Но от обручальных колец они отказались сразу же. В их неспокойной жизни кольца – только помеха и наверняка потеряются, например, когда Джейн в очередной раз растворится в дожде. Другое дело тату, оно останется навсегда. После долгих обсуждений, Рей и Джейн решили выбить на запястьях инициалы друг друга: «A.S.» и «R.F».
Свифт настроил проектор и на белой стене появилось изображение:
