Винтер провела свою вторую брачную ночь так же, как и первую — в слезах и страхе. Но теперь это было со слов подружки невесты, а не ее собственных.
Воспоминания Алекса о той ночи были туманными. Его голова невыносимо болела, челюсть ныла, тело горело от лихорадки, а пересохший рот наполнился кровью от раны из прикушенного при ударе языка. Кто-то периодически давал попить ему воды и заставлял выплевывать кровь, а не глотать ее, а кто-то другой — или тот же человек — положил приятно прохладный, ароматный компресс на его лоб и менял его через определенные промежутки.
К утру лихорадка ослабла. Алекс наконец уснул и не просыпался до тех пор, как солнце нагрело крышу. Возле одного из столбов павильона появилась Лу. Она смотрела через полоски штор и прислушивалась к ружейному огню и грохоту орудий, молчавших всю ночь, но на рассвете возобновивших стрельбу.
Лу повернулась и услышала, как зашевелился Алекс.
— Похоже, мощная атака, — сказала она тревожно. — Прислушайся. Они собираются выручать нас? Нам рассказывали сказку, будто Хэвлок давно взял Каунпур, а Каунпур в сорока милях от нас. Почему же их до сих пор нет здесь?
Алекс поднялся с кровати и встал рядом с Лу. Они видели дым, висевший, словно туман, над крышами и верхушками деревьев, за которыми скрывалась резиденция. Алекс и Лу прислушались.
— Как давно мы здесь? — наконец произнесла она. — Три недели? Или четыре? Кажется, что несколько месяцев. А для них, словно годы. Хэвлок должен скоро прийти. О, Боже, если бы кто-то мог…
Алекс со стоном отвернулся, снова сел на край низкой кровати, закрыл глаза и прислонил раскалывающуюся голову к стене. Через минуту или две он открыл глаза и хмуро посмотрел на миссис Коттар.
— Что вы здесь делаете в такое время, Лу? Неожиданный приступ скуки из-за этого ребенка?
— Нет, — ответила Лу. — Я обещала вашей жене присмотреть за вами, если она пойдет спать.
— Моей… — произнес Алекс и замолчал. — Боже милостивый. Конечно. Значит, мне все это не приснилось. Помню, я, кажется, ударил этого ублюдка Карлиона… Извините, Лу.
— Он ударил вас посильнее, — с усмешкой отозвалась она.
— Правда? — Алекс осторожно ощупал свою посиневшую челюсть. — Гм. Должно быть, так и есть. Я этого не помню. Похоже, кто-то ударил меня по затылку.
— Верно. Столб.
Алекс осторожно лег и сказал:
— Теперь все понятно. Я чувствую себя так, будто получил удар из соседнего орудия. Что случилось с… моей женой?
— Думаю, она провела ночь, ставя компрессы вам на лоб, — ответила Лу. — И ей не очень повезло с подружками. Конвей напилась.
Она вдруг заметила, что гримасу боли на лице Алекса сменило хмурое выражение, и быстро произнесла:
— Вы отвели ее к нему, не так ли? Что заставило вас позволить ей выйти замуж за него? Вы же знали, какой он.
— Замолчите, Лу. Если хотите играть роль мисс Кайтингейл, можете дать мне немного воды. Если же хотите поговорить, лучше уходите.
Лу принесла ему поесть и воды, собралась уходить, но, положив руку на навес, остановилась и обернулась.
— Алекс…
— Что теперь? — неприветливо отозвался он.
— Лорд Карлион… — Лу заколебалась и прикусила губу.
— Что с ним?
— Вы не… Алекс, мы все в одной лодке. Вы знаете так же хорошо, как и я, что кто-нибудь может вызволить нас отсюда в любой день, и тогда… тогда для нас все это кончится. Но мы должны держаться вместе, а у лорда дурной характер, он не может контролировать себя.
— Я тоже не очень хорошо контролирую себя, — сухо отозвался Алекс.
— Знаю. Но это другое дело. Вы не станете делать в ярости ничего, что могло бы подвергнуть нас опасности. А лорд станет. Вы не знаете, какие глупости он говорит. О побеге отсюда.
Алекс повернул голову и странно посмотрел на Лу. Она встретила его взгляд и с дрожащей улыбкой сказала:
— О да… я знаю, что вы думаете об этом тоже. Все мы думаем об этом, если уж на то пошло. Но мы — остальные — имеем достаточно здравомыслия, чтобы видеть, где безопаснее, и не делать глупостей. Мы понимаем, что нам не нужно убегать отсюда. Мы можем весь день тесниться в двух маленьких комнатках, но оставаться на свободе. Здесь безопасно… для всех, кто живет в этом доме. Если бы мы действительно хотели выбраться, они были бы рады избавиться от нас. Но лорд Карлион никогда не поверит в это. Он понимает не более дюжины слов на хинди и если сбежит отсюда, то не пройдет и сотни ярдов, как будет пойман. И это может погубить всех нас. Так что вы видите…
Лу тревожно вздрогнула и стала смотреть на шторы, стоя спиной к Алексу. Он молчал, и она, наконец, сказала:
— Лорд остается здесь только из-за Винтер. Потому что он любит ее, и потому что мы сказали ему — все мы — оставаться здесь безопаснее, чем пытаться сбежать. И безопаснее всего для Винтер, поскольку Бегам ее кузина. Карлион не сбежит без Винтер. Вчера вечером он просил ее выйти за него замуж… Вы знаете об этом? А потом в течение часа она вышла за вас, а лорд вынужден был наблюдать. И наконец вы его ударили.
Алекс по-прежнему молчал. Лу повернулась к нему и с отчаянием посмотрела на него.
— Алекс, пожалуйста. Не ссорьтесь с ним. Не вставайте на его пути. Не провоцируете его на поступки, которые могут подвергнуть нас опасности. Обещайте мне оставить его в покое.
— Если он оставит в покое мою жену, — ответил Алекс.
— Конечно, теперь оставит. Но вы не можете ожидать, что он не будет даже разговаривать с ней. И если бить его всякий раз, когда он…
— Моя милая Лу, — возбужденно перебил ее Алекс, — сейчас я не могу и муху прибить. Нет, конечно, я не вступлю в новую драку. Начав одну, я вчера потерял сознание. Но если вы думаете, будто я стану извиняться, то вы ошибаетесь. Возвращайтесь к своему ребенку. Хорошая девочка. Моя голова гудит, и я нечетко вас вижу. На сегодня более чем достаточно.
Лу ушла, а Алекс пролежал на спине весь раскаленный день, думая последовательно то о боли в голове, то об отчаянной тревоге за судьбу гарнизона резиденции.
Лу не понимала, что только две вещи удерживали его от побега из Гулаб-Махала, как только он смог бы ходить, и не подозревала ни об одной из них. Первая заключалась в том, что больной человек очень пассивен. Пока он не мог ходить из-за проклятого рецидива лихорадки и сопровождавшей ее слабости, было разумнее оставаться здесь, поскольку в таком состоянии от него было мало пользы. Вторая заключалась в Карлионе. В Карлионе и Винтер. Девушка была в достаточной безопасности (если можно было считать себя в безопасности где-нибудь в это время) с обитателями Гулаб-Махала. Но не в безопасности от Карлиона.
