Но могут быть случаи и посерьезней. Один из них произошел в заливе Петра Великого. Два сотрудника, которые проводили исследования под водой, заметили вблизи себя цианею. Они отплыли на несколько метров в сторону и спокойно продолжали работу. Но выйдя из воды, обнаружили на себе оборванные щупальца и почувствовали сильное жжение. Кожа в обожженных местах покраснела, вспухла. Поднялась температура, появился озноб, головокружение, ломота в пояснице и общая слабость. И так продолжалось целые сутки.
Обитают цианеи в Атлантике, Тихом, Северном Ледовитом океане, в том числе в северных морях, омывающих нашу страну.
По сравнению с огромной цианеей медуза гонионема совсем малютка, не больше пятачка. Ее купол похож на колокол, на вогнутой стороне его — четыре красно-коричневые складки в виде креста. За это гонионему в народе называют крестовичком. Водится гонионема в умеренных водах Тихого океана: в Японском море — у Владивостока, в заливе Ольги, в Татарском проливе у юга Сахалина и у берегов Японии; встречается также у Южных Курильских островов. Большие скопления этой медузы порой наблюдаются в заливе Петра Великого. Живет крестовичок на мелководье, вблизи пляжей, в зарослях морских трав зостеры, филлоспадикса и саргассума. Прикрепившись присосками к растениям, он висит неподвижно, подстерегая добычу.
Вряд ли в Приморском крае найдется человек, который не слыхал бы об этой опасной крохе. Ее ожог, по ощущениям сходный с ожогом крапивой, влечет за собой тяжелую продолжительную болезнь. Она сопровождается резкими болями в пояснице и суставах, стеснением дыхания, сухим неукротимым кашлем, тошнотой, сильной жаждой, онемением рук и ног. Кроме того, яд крестовичка нередко действует на психику, при этом состояние крайнего нервного возбуждения переходит в депрессию. Обычно недуг длится 4–6 дней, но еще в течение месяца у пострадавшего могут вновь и вновь возобновляться боли и неприятные ощущения.
«Обжегшись на молоке — дуют на воду» — гласит поговорка. Так же и с крестовичком: обжегшись во время купания единожды, во второй раз человек в воду в этом году войти побоится, потому что повторный ожог крестовичка в одном сезоне грозит еще более тяжелой болезнью и даже гибелью.
Иногда нашествия крестовичков принимают размеры стихийного бедствия. Исчезнув из привычных им мест на несколько лет, они могут вновь появиться там теперь уже в огромном количестве. Причем время их появления совпадает с купальным сезоном. Надолго запомнится местным жителям и отдыхающим на берегах Амурского залива жаркий день 17 июля 1966 года. Тогда к пляжам курортной зоны подошли несметные полчища крестовичков, и в результате этой «экспансии» пострадало более тысячи купающихся. Такая же история произошла и летом 1970 года. Владивостокская станция «Скорой помощи» сообщила, что только за один день среди купающихся в Амурском заливе получили ожог 1360 человек. Из них 116 пришлось госпитализировать ввиду их тяжелого состояния.
Но так ли уж неуязвимо воинство океанских крестоносцев? Может ли человек противостоять их нашествиям? На помощь пришла наука. Изучив жизненный цикл крестовичков и их повадки, ученые дали рекомендации по борьбе с медузами. И перво-наперво посоветовали в местах купания уничтожить вместе с корневищем подводную растительность. Лишенные привычной среды обитания, крестовички отходят в другие районы, где они смогут найти себе «кров» и пищу. Кроме того, оказалось, что массовое появление крестовичков можно прогнозировать. Они очень чувствительны к понижению солености воды в океане. Поэтому в дождливые годы, когда происходит сильное распреснение, крестовички гибнут, развитие молодых медуз приостанавливается. Зато в жаркие, засушливые годы крестовички плодятся с неимоверной быстротой, и тогда в конце лета жди незваных гостей. Ввиду такой перспективы в ряде санаториев, находящихся на побережье Амурского залива, заблаговременно огораживают купальни мелкоячеистой сетью или же закрывают пляжи до августовских ливней, которые губят медуз.
Во время второй мировой войны в Австралию на отдых и пополнение отводились части американских войск. Передышку от боев солдаты использовали, чтобы повеселиться, позагорать на пляже, искупаться в ласковых водах океана. Но одно обстоятельство омрачало настроение отдыхающих: иногда во время купания кто-нибудь из пловцов вдруг отчаянно вскрикивал и в считанные секунды исчезал под водой. Когда же товарищи приходили на помощь, чаще всего оказывалось, что человек уже мертв. На теле пострадавшего находили характерные красные полосы и вздутие кожи. А вот хозяина этого жуткого автографа обнаружить никак не удавалось.
Но как это часто бывает в жизни, все тайное становится явным — и убийцы-невидимки в конце концов были разоблачены. Ими оказались кубомедузы хироникс, хиродропус и хиропсальмус. Полупрозрачные и потому малоприметные, они к тому же довольно быстро плавают: скорость их передвижения достигает двух узлов. Понятно, что плывущий человек может и не заметить приближения медузы. Особенно трудно углядеть маленькую хироникс — она имеет купол диаметром не более 45 миллиметров.
Американский зоолог Б. У. Холстед, написавший трехтомное исследование «Ядовитые и ядообразующие морские животные нашей планеты», считает, что хироникс, или, как ее еще называют, морская оса, самое страшное ядовитое животное, с которым когда-либо сталкивался человек. От прикосновения ее крохотных щупалец человек может скончаться в течение 30 секунд. Подсчитано, что за двадцатипятилетний период в водах, омывающих штат Квинсленд (Австралия), от ожогов морской осы погибло около 60 человек, в то время как жертвами акул стали лишь 13.
Живут кубомедузы в тропических водах. Они облюбовывают себе мелководные, защищенные от ветров бухточки с песчаным дном, а в тихую погоду иногда подходят к пляжам и плавают у самой кромки океана. В течение жаркого дня они обычно находятся у дна, по утрам и вечерам всплывают к поверхности. Узнать эту ядовитую троицу можно по количеству щупалец: их у медуз четыре. Причем каждое из щупалец разделяется на несколько плетей. Усеянные тысячью смертоносных жал, эти маленькие плети не знают милосердия.
Есть на земле такие дивные места, ступив куда невольно воскликнешь: вот она, земля обетованная! У Океана тоже есть свои «сказочные» уголки. Это коралловые рифы. Перистые, ветвистые, шарообразные кораллы будто собраны на пиршество красок. Среди них и ярко-зеленый «кустарник», и заросли оранжево-желтых «деревьев», розовая, серая, сиреневая «трава», и желтовато-охристые «грибы» с перевернутыми шляпками, коричневая с голубым налетом «цветная капуста». Обманутые внешним видом кораллов, которые очень часто бывают похожи на растения, люди долгое время считали их растительными организмами. Но в XVIII веке ученые, в том числе великий естествоиспытатель-систематик Карл Линней, уже отнесли кораллы к зоофитам — иначе говоря, к «животным-растениям». А XIX век окончательно признал за кораллами право называться животными. Во многом этому способствовали труды Ч. Дарвина, который первым наиболее полно изучил строение и жизнь кораллов.
