приходите один. Мне нужна ваша помощь…
И все, ни подписи, ни каких-либо деталей.
Глава 12
Ахтем гордился своим именем, которое подарил его отцу мудрец с востока. Оно означало Щедрый. Правда, некоторые считали, что щедрым должен быть сам Ахтем, он же только усмехался. Потому что по-настоящему щедрой была его судьба, подарившая рукам крепость, голове ясность, а богатым заказчикам здравый смысл. Иначе разве вышли бы они именно на него, лучшего ракло Крыма? Заказ пришел через хитрую избушку от неизвестного, но хозяин подтвердил, что человек это надежный, тем более платит заранее, и Ахтем принял заказ.
Убить офицера в осажденном городе — что может быть проще? Так он думал еще два дня назад… Но этот офицер словно проклятый голем, казалось, не думал отвлекаться от своей службы. Все время проводил только на передовой или в своих мастерских. Ахтем пробовал подобраться и туда, и туда. Так проклятые шары сразу срисовывали любого чужака и направляли в его сторону патруль. Еще повезло, что он оставлял мальчишек-наблюдателей, они предупреждали, и он успевал отойти.
В итоге пришлось воспользоваться идеей из единственной книги, что Ахтем однажды читал. Была она напечатана в 1794 году, и рассказывалось там о бывшем московском сыщике Ваньке-Каине и французском мошеннике Картуше. Именно там Ахтем подсмотрел прием, который не раз помогал ему в сложных ситуациях — подбросить офицеру записку якобы от девушки. Офицеры они всегда дуреют, когда дело касается женщин. Ахтем был уверен, что его цель, найдя подложенное в новый мундир сообщение, все сделает как надо…
И вот он сидел за четвертым домом. Конечно, собравшись на Яворовский ряд, офицер будет настороже, но даже так ждать кого-то он будет дальше, у седьмого. Не тут! Ахтем напрягся, услышав шаги. Одна пара ног! Глупый офицер оказался совсем не так умен, как о нем болтали. Вот она правда жизни. Кто-то может что-то соображать в своих высоких материях, но в реальности точно так же падет от длинного тонкого ножа под ребра. Такой клинок он выточил специально, чтобы его так удобно было прятать в палку, когда Ахтем маскировался под старика.
Офицер прошел мимо, сгорбившись и лишь мазнув по нему взглядом. Все правильно, кому важен старик. Теперь он и на шаги с этой стороны не сразу среагирует. Ахтем расправил плечи и за пару прыжков догнал офицера. Левая рука на плечо, чтобы он начал поворачиваться именно в ту сторону, а правой — удар в бок. Сталь лязгнула о сталь. Броня! Ахтем попробовал перехватить нож и ударить снизу вверх, но тут на него набросились сразу три казака. И как только подобрались незаметно?.. За считанные мгновения ему скрутили руки и бросили на землю.
Ахтем с трудом повернул голову, чтобы увидеть, как его пленители помогают подняться ушедшему от него офицеру… И это оказался не он. Тоже казак, а сам столичный франт все же оказался умен и не полез в ловушку сам. Над ухом раздались еще шаги. Ахтем извернулся еще сильнее, и только сейчас увидел настоящего капитана, подходящего к нему вместе с другим незнакомым офицером.
Поймали… Вот кто был настоящим охотником… Ахтем поморщился, но потом решил, что по возрасту ему уже давно стоило побывать на каторге. С его опытом и славой он там не пропадет, а если расскажет этим двоим о хозяине хитрой избушки и нанимателе, то можно будет и доехать с комфортом.
Ахтем уже открыл было рот, когда неожиданно понял, что не может дышать. Попробовал поднять связанные руки, чтобы хоть что-то исправить, а на тех были черные пятна. Что это? Внутри проснулся безумный животный страх.
— Это яд! Никому не трогать убийцу! И нож тоже! — капитан тоже все заметил.
Значит, яд? Мысли Ахтема стали замедляться. На ноже? Значит, его с самого начала приговорили. Дорога в один конец. Очень хотелось отомстить.
— Казармы… желтый… — вот и все, что он успел выдавить из себя перед смертью.
Но даже так умер Ахтем с улыбкой. Его убийца этого не знал, а вот сам он не сомневался: капитану хватит и этих слов, чтобы во всем разобраться.
* * *
Мне катастрофически не хватало информации об этом времени: о том, что тут принято, а что нет. Например, когда я нашел записку и тут же подошел к Зубатову, предложив задержать и допросить того, кто решил меня так странно вызвать, тот только улыбнулся.
Потом поручик минут десять убеждал меня, что это просто приглашение от заинтересовавшейся дамы. Романтичной дуры, перечитавшей приключенческих романов. Возможно, я бы в итоге ему и поверил, если бы не подошедший Дубельт. Генерал, решив, что сейчас не время для амуров и лучше подстраховаться, выделил мне взвод своих казаков и даже прогулялся следом.
Впрочем, даже он до последнего подтрунивал надо мной, спрашивая, что я буду делать, когда там все-таки окажется девушка. А потом был неожиданно рванувший вперед старик, который только чудом не прирезал заменившего меня рядового Осинова. К счастью, его успели скрутить. После этого Дубельт уже не шутил, а когда увидел яд на руках и кинжале убийцы, даже побледнел.
— Казармы и желтый? — генерал посмотрел на меня, когда неизвестный убийца окончательно затих. — Вам что-нибудь говорят эти слова?
— Нет, — я покачал головой. — Думаю, убийца понял, что от него избавились свои же. И решил на них указать, но… Если он говорил о казармах, то его нанял кто-то из военных?
— Не знаю, — Дубельт покачал головой. — В любом случае опираться на показания мертвого проходимца мы не сможем. Да и… Желтый! — он выругался. — Белый и желтый — это высочайше утвержденные цвета для государственных учреждений. Они там везде.
Дубельт еще минут десять пытался вместе со мной хоть что-то сообразить, но то ли из-за позднего времени, то ли нам действительно не хватало информации, но в голову ничего не приходило. Так мы в итоге и разошлись, живые, но ни на шаг не приблизившиеся к поиску неизвестного заказчика. Возможно, когда на днях доктор Гейнрих сможет изучить яд, у нас появятся новые ниточки, а пока… Оставалось только выкинуть все из головы и сосредоточиться на Балаклаве.
— Ваше благородие, — Ефим встретил меня на ногах, и это несмотря на поздний час. — Я… Помните, вы просили рассказывать, если кто будет вопросы странные задавать? В общем, про вас сегодня спрашивали. Я походил, чтобы узнать, что к чему, и оказалось, что
