можно лучше и пышнее и украшать свои дома. А сам маркграф Родингейр взял своих коней и хотел выехать им навстречу со многими рыцарями, и все его люди были теперь в работе и приготовлениях.
Когда же маркграф Родингейр выехал из города, ему повстречался конунг Гуннар со всем своим войском. Маркграф Родингейр радушно принял Нивлунгов и пригласил их к себе на веселье. А конунг Гуннар радостно принял приглашение, и Хёгни попросил Эккиварда принять большую благодарность бога за то, что он так исполнил их поручение.
369. Нивлунги ночуют у маркграфа Родингейра
Вот Нивлунги пришли во двор маркграфа Родингейра и соскочили со своих коней. А люди маркграфа Родингейра приняли их и хорошо присмотрели за ними. Как и сказал Эккивард, маркграф велел развести на дворе два костра, ведь они вымокли, и у одного костра сели конунг Гуннар, Хёгни, их братья и некоторые их люди, а остальные — у другого костра. А те, кто был главным, сопроводили маркграфа в палату, и он определил для всех места. Нивлунги сняли свою одежду у огня.
Тогда молвила Гудилинда, жена маркграфа (она была сестрой герцога Наудунга, который пал у Гронспорта):
— Нивлунги привезли сюда много белых доспехов, много крепких шлемов, острых мечей и новых щитов, и всего печальнее то, что Гримхильд ежедневно оплакивает Сигурда Юнца, своего мужа.
Когда же эти костры выгорели, конунг Гуннар, Хёгни и их братья вошли в палату, сидели тот вечер и пили с величайшей радостью и очень веселились. И затем они пошли спать.
Маркграф Родингейр лежал в своей постели со своей женой, и они беседовали. Тут маркграф Родингейр молвил:
— Госпожа, что мне подарить конунгу Гуннару и его братьям, чтобы им было достойно принять, а мне было честью дарить?
Она отвечает:
— То, господин, что вам покажется разумным. В этом деле все твои решения будут и моими.
И ещё маркграф Родингейр молвил:
— Я могу сказать тебе о юном господине Гисльхере, если бы это было вашим решением, первым подарком я бы выдал за него юную госпожу, мою дочь.
Гудилинда отвечает:
— Будет хорошо, что ты выдашь за него нашу дочь, если он сможет воспользоваться этим, но это меня страшит.
370. О подарках маркграфа Родингейра
Когда рассвело, маркграф Родингейр встал и оделся, как и его рыцари, и Нивлунги уже встали и попросили свою одежду. А маркграф Родингейр предложил им остаться у него на несколько дней, но Нивлунги хотели уже ехать и не задерживаться. И тогда маркграф Родингейр сказал, что поедет вместе с ними со своими рыцарями, и теперь они сели за стол, пили доброе вино и очень веселились. Там были всяческие игры и прочие развлечения.
Теперь маркграф Родингейр велел принести один шлем, оправленный золотом и со вставленными драгоценными камнями, и подарил конунгу Гуннару, и за этот подарок конунг Гуннар хорошо поблагодарил, посчитав величайшим сокровищем. Тогда взял маркграф Родингейр один новый щит и подарил Герноцу.
Затем маркграф дал свою дочь Гисльхеру и сказал:
— Добрый господин Гисльхер, эту девушку я хочу отдать тебе в жёны, если ты захочешь.
Гисльхер ответил, пожелал ему всего наилучшего и сказал, что примет это с благодарностью.
И ещё маркграф Родингейр молвил:
— Вот, молодой господин Гисльхер, меч, который я хочу подарить тебе. Он называется Грам. Им владел Сигурд Юнец. Я думаю, это будет лучшим оружием в вашей поездке.
И Гисльхер опять поблагодарил за этот подарок и попросил бога вознаградить его за все почести, которые он оказал ему в этой поездке.
Теперь маркграф Родингейр сказал Хёгни:
— Добрый друг, Хёгни, какое сокровище ты видишь здесь у меня, что хотел бы получить больше всего?
Тогда Хёгни отвечает:
— Сдаётся мне, тут висит один щит, — говорит он. — Он тёмно-синего цвета. Он большой и крепкий, надеюсь. Он выдержал много ударов. Его хочу я принять в дар.
Тогда маркграф Родингейр отвечает:
— Он попадёт в хорошие руки, поскольку этот щит носил добрый воин, герцог Наудунг, и он выдержал могучий удар лезвия Мимунга от сильного Видги, прежде чем он пал.
Когда же это услышала госпожа Гудилинда, то стала горько оплакивать своего брата Наудунга. И теперь этот щит был подарен Хёгни. Они очень сердечно благодарили маркграфа Родингейра за подарки и благодеяние.
Насытившись, они велели привести их коней, собрались, и вместе с ними маркграф Родингейр, и с ним самые доблестные рыцари, и они выехали из города, когда были готовы. Госпожа Гудилинда пожелала им доброго пути и вернуться с почётом и славою. И маркграф поцеловал свою госпожу Гудилинду, прежде чем уехать прочь, и попросил её хорошо править его государством, пока они не встретятся.
371. Нивлунги приходят к конунгу Аттиле
Об их путешествии не рассказывается кроме того, что они скакали день за днём. И в тот день, когда они приехали в Сусу, погода была очень сырая и ветреная, и Нивлунги и их одежда насквозь промокли. Когда же они приблизились к городу, который называется Торта, навстречу им выехал человек. Это был посланец конунга Аттилы и должен был отправиться в Бакалар и пригласить маркграфа Родингейра на пир, а он ехал впереди войска со своими людьми.
Когда же они встретились, маркграф спросил:
— Какие новости в Сусе?
Этот человек отвечает:
— Самая главная новость в Сусе о том, что Нивлунги явились в Хуналанд и конунг Аттила готовит им ныне пир, а меня отправили тебе навстречу пригласить тебя на сей пир. Но теперь я поверну обратно вместе с вами, поскольку уже выполнил своё поручение.
Теперь он повернул обратно вместе с ними и поехал рядом с маркграфом Родингейром.
Тогда маркграф Родингейр сказал посланцу:
— Насколько большой пир собирается устроить конунг Аттила, и сколько людей приглашено?
Тогда посланец отвечает:
— Мне кажется, у вас с собой не так уж мало спутников, но конунг Аттила пригласил на пир много людей. А королева Гримхильд собрала вдвое больше своих друзей, и она собирает со всего своего государства людей, которые хотят оказать ей помощь, и к этому пиру так подготовились, что хотя здесь будет огромное множество людей, он будет продолжаться долго.
Родингейр приказал этому человеку ехать вперёд к городу и сказать, что сейчас Нивлунги подходят к городу конунга Аттилы. Он тотчас поскакал к конунгу Аттиле и рассказал ему эти новости, что Нивлунги и маркграф Родингейр уже подходят к его
