— Я уже думала, что ты решила остаться, — сказала мне Эрн, когда я зашла в дом.
На её лице была счастливая улыбка. Её хмурое настроение испарилось. Когда я вижу её веселое лицо, то плохие мысли сразу уходят на второй план. Эрн умеет приподнять настроение, даже не стараясь.
— Просто я собиралась долго. Нужно было найти кое-какие вещи, — улыбнулась я, отдавая свою куртку подруге.
— Говорила же тебе, что в твоей комнате давно надо навести порядок, а то там ничего не найдешь! — усмехнулась Эрн.
— Да ладно тебе! Да и искала я не в своей комнате, а в доме. А ты же знаешь, что в нашем доме найти что-то — это большая удача.
Мы обе засмеялись. Настроение заметно поднялось. Об Элле я уже не думала. Ну правда, зачем я буду о ней думать, ведь она мне была мала знакома… Её жизнь — это её жизнь, она сама решает, как с ней поступить.
— Мама испекла торт. Надеюсь, что ты не откажешься, иначе она обидится! — сказала мне Эрн.
— Ну нет, Эрн! Только не говори, что это к моему дню рождения! — возмутилась я.
— Энни, ты такая… Ух! Почему ты не хочешь встречать свой день рождения?
— Просто для меня это не праздник. Эрн, этот день мне напоминает не самое лучшее в моей жизни, — хмуро ответила я, сразу вспомнив Микки, папу и Эллу.
— Что-то случилось? — Эрн подняла брови, её наверно уже достало то, что у меня вечно что-то происходит, и я ничего ей об этом не говорю.
— Нет, все хорошо. Это было давно. Не беспокойся, — я села за стол на кухне, уставившись в окно.
Идеальный газон занимал всю заднюю площадку дома Эрн. Там также еще росло несколько деревьев, но зимой они были практически не заметны. Напротив был виден дом соседей, такой же маленький и непримечательный, как и дом семьи Хапли. Казалось, что мой дом и дом Наташи Фейт были самыми большими во всем пригороде.
За окном стояла зима, а в доме было так душно, будто давно уже наступил июнь. Но эта духота придавала некую изюминку. Сюда хотелось возвращаться, ведь тут было так уютно, так тепло.
— Знаешь, сегодня хочу еще раз примерить платье. Боюсь, что я поправилась. Эн, ты меня слышишь? — спросила меня подруга, но мне было не до нее.
За окном только что пронеслось двое мужчин, причем я не смогла понять. В чем точно они были одеты. По коже прошел холодок. Мне почему-то казалось, что это именно те самые мужчины, что были в доме Микки.
— Слушай, а кто-нибудь может ходить по вашему заднему двору? — осторожно спросила я Эрн.
— Нет, вроде. Энни, ты кого-то увидела? — подруга подбежала к окну и стала высматривать людей, но через минуту разочарованно вернулась на место.
— Мне наверно показалось… — пробубнила я, все еще смотря в замерзшее окно.
— Эн, все в порядке? В последнее время ты себя как-то слишком странно ведешь.
— Просто я… запуталась, — призналась я подруге.
Молчать уже нет сил. Хотелось высказать всё и сейчас. Но я не могла. Я понимала, что должна держать язык за зубами и не распространяться. Это было очень сложно.
— Всё разрешится когда-нибудь. Верно? — на меня сейчас смотрели карие глаза, в которых читалось беспокойство.
Эрн волновалась за меня. Но что я могла сделать? Не хотела я во все это влезать, но почему-то всегда попадаюсь в ненужное время в ненужном месте. Это как закон.
Моя жизнь теперь — это сплошное приключение с такими крутыми поворотами… Не проходит и дня, чтобы что-нибудь не произошло. Отчасти я рада этому, но порой хочется жить как все нормальные люди.
— Верно… — тихо ответила я.
— Энни, мама скоро спустится. Сделай доброе лицо, а то она подумает, что мы поссорились.
— Ты ей сказала, что у меня сегодня день рождения? — я попыталась улыбнуться, но это у меня плохо вышло.
— Она без меня это знает!
— Откуда?
— Ты сама дала ей свой паспорт. Забыла? Мы вроде вместе едем на маскарад! — Эрн уже доставала стаканы…
— Точно. Я уже и забыла.
— Привет, девочки! — послышался голос Элис из гостиной.
— Конечно девочки, не мальчики же! — крикнула в ответ Эрн, и мы вместе засмеялись.
— Опять ты со свои сарказмом, милая, — миссис Хапли подошла к своей дочери и поцеловала её в макушку, потом приветственно мне подмигнула. — Вижу, вы уже готовитесь к торжеству?
— Мама, Энни не хочет отмечать свой день рождения, — сказала Эрн, разливая по стаканам сок.
— Ты чего? Я ведь такой вкусный торт испекла! — миссис Элис опять мне подмигнула и повернулась к духовке.
— Правда вкусный? — улыбнулась я.
Раз мне уже не отвертеться, то пусть уж съедим торт, тем более его готовила мама Эрн.
Настроение поднялось на планку выше. Мы уже целый час уплетали торт, запивая все это соком. Мама Эрн рассказывала смешные истории, и мы смеялись, как дети. Живот уже болел, но мы так и не могли остановиться. Пусть этот день и начался не очень хорошо, то закончился он очень даже весело.
К вечеру мы уже настолько наелись и насмеялись, что встать со стула было очень сложно. Но кое-как мы все же смогли дойти до гостиной и плюхнулись на диван, включив телевизор. Ещё несколько часов мы провели за беззаботной болтовней о платьях, о предстоящей поездке. Эрн пришла к выводу, что сейчас платье лучше не мерить, так как оно врядли сойдется по швам. Я же была рада, что она так решила, потому что и мне тогда не придется надевать платье. К ночи нас уже стало клонить в сон, причем мы бы так и заснули втроем на диване, если бы не звонок по телефону.
— Иду я, иду! — чертыхаясь, говорила миссис Элис.
— Мама, ну кто тебе опять звонит? Ты же выходной взяла! — пробурчала Эрн.
— Работу еще никто не отменял, — ответила миссис Хапли и взяла трубку, — алло!
Пожелав нам спокойной ночи, она поднялась к себе в комнату. Эрн же, надувшись, сидела, поджав под себя ноги.
— Лучше пойдем спать, подруга. И хватит дуться на свою маму, она же для тебя работает! — толкнула в бок я Эрн.
— Вот именно, что работает. День и ночь работает. Выходной или нет, но она все равно работает, даже ночью, когда все нормальные люди спят! Она же не железная. Я понимаю, что пока папы нет, ей приходится очень сложно. Но так же нельзя. Она же человек! Она устает. Ты бы видела её, когда она приходит с работы. Даже кактус и тот веселее выглядит. Надеюсь, что в Венеции она отвлечется наконец. Ладно, пошли спать, — Эрн встала с дивана и протянула мне руку.
Её глаза закрывались на ходу. Эрн даже не стала убирать диван, который мы успели разворотить. Подруге нужно было поспать, как и мне. Столько, сколько я пережила за сегодняшний день, наверно, я не переживала еще никогда. Я узнала, что Дон Браун — это брат-близнец Леона. Этот факт объяснил поведение Леона тогда на улице, когда я нашла тело мамы Джонни. Не знаю, что со мной было бы, если тогда Леон не вышел за мной на улицу… Также я узнала, что Элла на самом деле предала кого-то. Но кого? Верно, что тех парней, которые въехали в гараж Микки. Но что она сделала? Хотела бы я это узнать, чтобы все стало на свои места. Но самое главное во всем этом дне — это ''подарок'' Микки. Его конверт я взяла с собой, но положила я его куда подальше, чтобы не давать надежду судьбе надо мной поиздеваться. Этот голубоглазый блондин не может просто так уйти из моей жизни. Ведь он дорог мне! Не хочу его терять, как потеряла бабушку, как потеряла папу. Мик знает обо мне всё, но ничего не рассказывает. Значит, на это есть серьезные причины. Он говорит, что если я хоть что-то узнаю, то никому от этого не поздоровится. Почему? За мной следят? А еще Мик сказал, что Леону платили, платили за то, чтобы он был рядом со мной. Могу ли я доверять этим словам? Могу, но не хочу. В моей жизни все так запутано, что к горлу аж тошнота подступает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
