Плохая идея. Недостойная взрослой женщины, которая к тому же – лионейская принцесса.
– Анастасия…
Взрослая женщина и по совместительству принцесса чуть не врезалась в фонарный столб.
– Ты провожала моих внуков.
Это был не вопрос, а утверждение, поэтому можно было просто кивнуть и проехать мимо, однако утверждение было произнесено королевой-матерью, которая прошлой ночью запросто взяла и исчезла из королевских покоев. Игнорировать такую женщину было сложно, а главное, неразумно. Настя слезла с велосипеда, прислонила его к фонарному столбу, одернула куртку и повернулась к королеве-матери:
– Да, я провожала. А вы?
– Я просто прогуливаюсь, – сказала королева.
– Понятно. Хорошо выглядите, – автоматически вырвалось у Насти. Эту фразу хотелось дополнить чем-нибудь колким вроде: «Для призрака, тени или кем там вы теперь являетесь. Выглядите прямо как живой человек». Но вместо такого дополнения Настя сказала кое-что не менее жестокое:
– Хотя, когда я видела вас тогда… Вы казались мне моложе. Выглядели лет на пятьдесят.
– Это все Леонард, – сказала королева. – Его энергией можно подпитываться, и я не только выглядела, я и чувствовала себя моложе…
– Вы связались с ним, потому что надеялись вернуть себе молодость?
Настя не могла видеть скрытого под вуалью лица королевы, но достаточно было разраженного «кхм» и едва заметного движения руки, сжимающей трость.
– Связалась? – В голосе появился вчерашний металл. – Чтобы вернуть молодость? Какая глупость.
– Извините.
– Ты поговорила со мной пять минут и решила, что знаешь меня? Решила, что видишь меня насквозь? Нет, Анастасия, тебе понадобится гораздо больше времени и усилий, чтобы узнать меня.
– Я вообще не уверена, что хочу вас знать, – сказала Настя и пошла к велосипеду.
– Но я знаю, как уничтожить Леонарда, – было невзначай брошено ей вслед.
Настя не обернулась:
– Только ведь вы мне этого все равно не скажете, вы будете придерживать информацию до нужного дня… Я еще не забыла то, что вы говорили вчера, – она уже закинула ногу через седло, когда королева-мать стукнула тростью о мостовую. И оказалась в паре шагов от Насти. Это было эффектно и даже пугающе. Немного.
Куда более пугающими оказались глаза королевы, глядевшие через вуаль прямо Насте в лицо, излучая жар и маниакальное возбуждение, отчего в невероятных желто-коричневых зрачках посверкивали искры:
– Все это неправильно, – с досадой произнесли тонкие губы королевы. – Все это не так, как задумывалось… А значит, все так и должно быть.
– Это слишком сложно для меня, – сказала Настя, стараясь не встретиться с Анабеллой глазами. – Мое незаконченное высшее…
Королева издала звук, похожий на змеиный свист, что, должно быть, означало повеление заткнуться.
– Утер болен и стар, – продолжила королева. – Его подготовили для одной роли в этой жизни, и он не способен воспринимать ничего, кроме этой роли. Александр и Денис – просто слабы и ленивы. Амбер слишком честолюбива, это мешает ей видеть всю картину в целом. К тому же она проиграла свой первый поединок, и это обрекает ее на поражения в будущем. Таким образом, у нас остаешься ты, которая вовсе даже не Андерсон. Это нехорошо, но в этом есть своя логика, потому что я ведь тоже не из рода Андерсонов. И даже не из боковой ветви.
– Надо же, – из вежливости сказала Настя. – И это делает нас подругами?
– Ты завершишь то, что начала я.
– Я не уверена, что понимаю…
– Вернешь Лионее прежнее величие.
– Вы опять про это? Про вселенскую катастрофу, после которой все выжившие с надеждой устремят свой взор…
– Я говорила об этом еще пятьдесят лет назад. Я говорила своему мужу, я говорила его отцу, потом пыталась говорить с Утером… Никто не слушал меня. Потому что я была женщиной. Обычная история: сначала твой недостаток в том, что ты всего лишь молоденькая дурочка. Потом твой недостаток в том, что ты выжившая из ума старая карга. Третьего не дано. По крайней мере, мне не дали этого третьего возраста. А раз меня никто не слушал в Лионее, пришлось искать собеседника за ее пределами.
– Леонард.
– Вот именно. Ты сказала, что мне хотелось вернуть молодость… – королева брезгливо покачала головой. – Нет, молодость меня не интересовала, а в Леонарде меня привлекала сила, равной которой я уже давно не чувствовала в Лионее и окрестностях. А его интересовала моя кровь, то есть моя принадлежность к правящей лионейской династии. Нам было о чем поговорить…
– Но когда вы наговорились… Когда вы поняли, что его цель – уничтожить этот мир и Лионею в том числе… Почему вы не предупредили об этом своего сына?
– Я уже сказала – потому что Утер болен и стар. Он был болен и стар уже тогда. Болен прошлым, неспособен мечтать о другом будущем и тем более творить это новое будущее. А Леонард…
– Хорошо, – перебила ее Настя. – Хорошо, я продолжу ваше дело и верну Лионее прежнее величие, сделаю все, как вы хотите. Но мне нужно знать, как я могу остановить Леонарда.
– Остановить? Никак.
– Что? Но вы же…
– Я знаю, как можно уничтожить Леонарда. Но остановить его проект… Это невозможно. Ты сейчас снова станешь говорить о тысячах невинных жертв? Не стоит. Тебе пора привыкать к этой статистике, надо думать не об этом, а о результате…
– Думать о тысячах невинных жертвах как о статистике – это и есть величие Лионеи?
– Ты ведь знаешь, на чем стоит Лионея? – ответила вопросом на вопрос королева-мать. – Знаешь. Десятки тысяч демонов были убиты, а их тела стали фундаментом нового мира. И этот новый мир просуществовал несколько веков. Неприятно это говорить, но, очевидно, время от времени фундамент следует укреплять новым слоем трупов.
– Мне это не нравится.
– Мне тоже. Но ни ты, ни я не можем это изменить.
– Может, и так, только я приехала в Лионею не ради ее величия, я приехала для того, чтобы здешняя сила использовалась во благо, чтобы не было невинных жертв, ни сотен, ни десятков, ни даже одной-единственной… Я не такая, как вы про меня думаете, я…
– Не такая, как я думаю? – сухо рассмеялась королева. – Я думаю, что ты приехала в Лионею, потому что после того, как вы с Денисом расстались, у тебя в жизни не осталось ничего стоящего. Ничего, за что можно было зацепиться. И ты приехала сюда в надежде вернуть Дениса, а когда у тебя ничего не получилось, ты продолжила цепляться за стены, в которых он когда-то жил, за его родных…
Настя швырнула велосипед на мостовую и сжала кулаки:
– Это… Это настолько неправда, что вы… Вы даже представить себе не можете! Это никакого отношения не имеет к…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
