Использование языка для выражения мыслей таинственным образом связано с тем, как наше сознание переводит зрительные образы, которые мы воспринимаем глазами, в понятия, которые способен понять наш разум. Все это, по-видимому, совершенно выходит за пределы возможностей анализа в рамках естественных наук.
Как бы далеко мы ни заходили по путям зрительного восприятия, в конце их мы вынуждены поместить «внутреннего человека», преобразующего зрительный образ в понятие. Что касается лингвистики, анализ языка упирается, по-видимому, в тот же понятливый тупик, в который упирается и анализ образа… То есть человек может выразить «смысл» только по отношению к своему «а», которое является одновременно и источником, и местом назначения семантических сигналов. Но самому понятию «я «, краеугольному камню аналитической психологии Фрейда, нельзя дать эксплицитное определение. И наоборот, смысл понятия «я» интуитивно очевиден. Это еще одно из трансцендентных понятий Канта, распространяемых на человека a priori, подобно как мы относим понятия пространства, времени я причинности к природе. [269]
Таким образом, несмотря на то, что «я», или «сознание», или «внутренний человек» - это понятие, которое все интуитивно чувствуют и на практике принимают, его чрезвычайно трудно (фактически невозможно) точно определить и описать научно, по крайней мере в рамках существующих ныне общепризнанных естественнонаучных категорий.
Не так давно этот парадокс замечательно сформулировал доктор Джордж Уолд, профессор из Гарварда, обладатель Нобелевской премии 1967 года в области физиологии и медицины, а также многих других почетных званий. Основная область его исследований - физиология и биохимия зрения, но его научные интересы выходят далеко за эти пределы; особенно его интересуют эволюция и естественный отбор. Он бескомпромиссный эволюционный гуманист, но проведенные исследования в конце концов заставили его сделать вывод, что сознание - объект, который невозможно объяснить в рамках материального мира. «Существуют две проблемы, тесно связанные с наукой, но несовместимые с ней, - сознание и космология… Вселенная желает быть познанной. Неужели она появилась на сцене для того, чтобы сыграть свою роль перед пустым залом?» [270]
Так Уолд приходит к выводу, что сама Вселенная должна обладать сознанием и что она каким-то образом подпитывает необходимой информацией протекающий внутри нее эволюционный процесс, позволяя сознанию развиться в живых организмах! Было бы естественнее без околичностей признать существование сотворившего все разумного и обладающего качествами личности Бога, но Уолд часто повторял, что не любит, когда в его речи вообще встречается слово «Бог». Согласно Уолду (со слов Томсена):
Зрение связано с самосознанием. Сознание, по-видимому, свойственно высшим организмам, а определенное самовосприятие связано со способностью планировать будущие действия, опираясь на прошлый опыт человеческих существ.
… Любые действия человека как ученого не позволяют установить наличие или отсутствие сознания… Сознание лежит вне характеристик пространства и времени. [271]
Далее Уолд приходит к такому выводу, особенно замечательному для человека, который всегда рассматривал вопрос о существовании Бога как агностик: «Признавая важность сознания, он пытается теперь соединить сознание и космологию. Возможно, сознание существовало всегда, а не явилось недавним результатом эволюции. Сознание сформировало материальную Вселенную и породило жизнь и внешние формы сознания». [272]
Пускай Уолду не нравится слово «Бог», но очевидно, что в последнем предложении подлежащее «сознание» легко можно заменить этим словом. Как и сознание. Бог находится «вне пространства и времени», а Вселенную, в которой присутствует сознательная жизнь, согласно фундаментальному принципу причинности, можно объяснить, только признав, что она была образована «сознательным» Творцом, Который сотворил и пространство и время, а не только материальную ее часть.
Хотя более или менее «официальный» научный взгляд на человека редукционистский - человек низводится просто до сложной физической машины, - наука сама по себе никогда не сможет «объяснить» сознание и истинную сущность природы человека.
Дух, душа и тело
Поскольку научный метод абсолютно неприемлем в изучении нематериальных компонентов человеческой природы, было бы слишком самонадеянно для гуманистов отвергать библейское свидетельство в этой жизненно важной области. Учение о человеке в том виде, в каком оно дано в Писании, доходчиво для разума и утешительно для сердца, но что самое важное, оно сосредоточено вокруг личности и служения Сына Человеческого, Иисуса Христа, единственного Человека, Который по собственному опыту знает о независимом существовании человеческой души и духа. Его человеческое тело было мертво и три дня покоилось в гробнице, пока Его «оживший» дух (1 Пет. 3:18) не восторжествовал над смертью и преисподней. Его дух вернулся в оставленное Им тело и поднял его из гробницы. Библия ясно говорит, что душа и дух человека не умирают со смертью тела, но она также говорит, что само тело предопределено для воскресения и жизни в вечности. Пример и победа Господа Иисуса Христа доказывают и обещают, что то же самое ожидает и нас.
Тем не менее, точные качества нематериального компонента человеческой природы трудно установить даже из Писания. Многие богословы на протяжении долгих лет настаивали, что человеческое существо состоит из трех частей - тела, души и духа. Другие не менее уверенно утверждали, что его сущность дихотомична и что дух и душа - это в сущности одно и то же: оба слова означают «внутреннего человека» - все, что не относится К строению и функциям тела.
То, что душа и дух - разные вещи, ясно вытекает из двух стихов Писания.
Сам же Бог мира да освятит вас во всей полноте, и ваш дух и душа и тело во всей целости да сохранится без порока в пришествие Господа нашего Иисуса Христа (1 Фес. 5:23).
Ибо слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные (Евр. 4:12).
Хотя приведенные стихи показывают, что дух и душа не могут быть синонимами, все же нелегко дать определение каждому слову в отдельности. Само Писание утверждает, что только Слово Божие может различить их. И потому маловероятно, что нам смогут здесь помочь естественные науки, которые имеют отношение лишь к материальным, телесным компонентам человеческой природы.
Однако в Библии сведения на этот счет имеются в изобилии. Слово душа (евр. nephesh} в Ветхом Завете встречается 475 раз, не считая тех более чем 250 случаев, когда оно переводится другими словами (жизнь, сердце и т.п.). Его новозаветный эквивалент (греч. psyche) переводится как душа более 50 раз и более 40 раз другими словами (жизнь и т.п.).
Ветхозаветное ruach переводится как дух 232 раза, как дыхание 28 раз, как ветер 90 раз, а также некоторыми другими словами. Греческим эквивалентом этого слова является рпеита, которое переводится как дух (spirit) 288 раз, как дух (ghost) 91 раз/кроме того, по одному разу как жизнь ветер. [273]
Проблема, следовательно, заключается не в недостатке данных, а в разнообразии способов выражения двух понятий, нередко пересекающихся друг с другом. Трудность усугубляется еще и тем, что и nephesh, и ruach в Ветхом Завете относятся и к людям, и к животным. Например: «И сотворил Бог рыб больших и всякую душу [nephesh} животных пресмыкающихся, которых произвела вода…» (Быт. 1:21); «И вошли к Ною в ковчег по паре от всякой плоти, в которой есть дух [ruach] жизни» (Быт. 7:15). Таким образом, даже обитатели морей обладают «душой», а все сухопутные животные имеют «дух».
Создается впечатление, что душа каким-то образом физически связана с кровеносной системой, а дух - с дыхательной, по крайней мере, в течение земной жизни животных или людей. Например, говоря о животном, которое следует приносить в жертву на алтаре. Бог через Моисея говорит следующее: «Потому что душа тела в крови, и Я назначил ее вам для жертвенника, чтобы очищать души ваши…» (Лев. 17:11). Возможно, это просто способ образно сказать, что «душа», обитающая во плоти, может там находится благодаря циркуляции крови (хотя, конечно, потеря крови влечет за собой смерть плоти живого существа), но в любом случае ясно, что животные, подобно людям, обладают душой, какой бы эта душа ни была.
То же касается и использования этого слова в Новом Завете. Откровение повествует, как в грядущий период великой скорби на земле «все одушевленное [греч. psyche] умерло в море» (16:3). Это еще одно указание на морских животных (кроме Бытия 1:21).
