В самом разгаре войны, в 1942/43 хозяйственном году, на территории Германии (в границах на 1 сентября 1939 года) было израсходовано (в млн. т):
*Без учета расходов, связанных с изготовлением мармелада и т. п.
Блокада и внешняя торговля
Организованная союзниками блокада не отрезала Германию от всех ее источников ввоза, как это было в первую мировую войну. По сути дела она лишилась только возможности ввозить товары из Америки и других далеко отстоящих от нее стран. Поставки продовольствия в счет погашения торговых сделок и договоров продолжались в большом объеме и во время войны. Так, например, Дания была оккупирована еще в 1940 году, но, несмотря на это, ее поставки в Германию не прекращались в течение всей войны. С 1939 по 1944 год она вывезла в Германию свыше 150 тыс. т мяса и 50 тыс. т жиров (главным образом сливочного масла). На основании торгового договора, заключенного между Германией и Советской Россией, последняя поставила около 500 тыс. т зерна в первый и 1,1 млн. т зерна во второй год войны.[123] Впоследствии поставки по торговым договорам значительно сократились.
Их место заняли поставки из оккупированных Германией областей. Однако хвастливые речи руководителей Третьего рейха создали в широких общественных кругах совершенно ложное представление о размерах этих поставок. Часто высказывалось и высказывается мнение, что Германия во время второй мировой войны могла поддерживать свое продовольственное снабжение на сравнительно высоком уровне только благодаря ограблению оккупированных областей. Это мнение ошибочно, хотя и проникло в общественность из протоколов Нюрнбергского процесса. Правильно лишь то. что Геринг действительно заявил на одном из совещаний руководящих немецких должностных лиц в оккупированных областях, состоявшемся б августа 1942 года, что если кому-нибудь в этой войне и придется голодать, то голодать должны не немцы, а население оккупированных районов. Правильно также и то, что на другом подобном заседании он предъявил гауляйтерам чрезвычайно высокие требования о поставках продовольственных товаров из оккупированных областей. Однако эти требования, за некоторым исключением, никогда не были выполнены. По молчаливому согласию между немецкой администрацией оккупированных областей и ответственными должностными лицами Германии объем этих поставок был сокращен. Если брать за основу старые (до 1919 года) границы рейха, как это делали обвинители на Нюрнбергском процессе, то из оккупированных областей на эту территорию Германии. включая поставки вооруженным силам, было вывезено до конца 1943/44 хозяйственного года (в 1944/45 хозяйственном году поставки продовольствия из оккупированных областей почти полностью прекратились) следующее количество основных продуктов сельского хозяйства (в тыс. т):
В то же время оккупированные Германией страны Центральной и Западной Европы в результате одной лишь блокады, лишившей их возможности ввозить товары из других стран, теряли ежегодно 7,5 млн. т зерна и около 1,2 млн. т жиров.
Зерно поступало главным образом из Франции и Советской России. Балканы, которые должны и могли стать главным поставщиком продовольствия, во второй половине войны почти совершенно прекратили поставки. Большие размеры поставок мяса и мясопродуктов объясняются тем, что, как и в Германии, в оккупированных областях были в принудительном порядке проведены мероприятия по убою скота, для того чтобы привести поголовье скота в соответствие с кормовой базой.
В общий баланс ввоза и вывоза продуктов из оккупированных областей не включены значительные поставки Германии отдельным странам. Так, наряду с союзными странами (Финляндия и Италия) значительное количество зерна получали Бельгия и Норвегия, а Чехия, являясь «протекторатом» Германии, кроме зерна, регулярно получала и жиры. Кроме того, незадолго до «освобождения» Бельгии сами западные союзники послали ей зерно, чтобы обеспечить снабжение населения до нового урожая.
Рассматривая критически приведенные выше цифры, следует учесть и то обстоятельство, что значительное количество продовольствия, которое Германия получала с оккупированных территорий, уходило на снабжение дислоцированных там немецких войск, что ни в коей мере не противоречит положениям Гаагской конвенции. За пять лет войны эта часть составила 5,9 млн. т зерна, 370 тыс. т жиров и 1,7 млн. т мяса. Из этих цифр следует, что почти все продовольствие, которое Германия получала с оккупированных районов, потреблялось находившимися там войсками.
Кроме того, следует принять во внимание то, что большое количество иностранных рабочих и военнопленных должны были также снабжаться за счет ввозимого и производимого в границах старой кайзеровской Германии. Их спрос на три основных вида продуктов составил в общей сложности 2,3 млн. т зерна, 265 тыс. т жиров и 400 тыс. т мяса. Поэтому представлялось вполне законным заставить эти страны поставлять продовольствие своим рабочим. Из всего этого явствует, что снабжение территории старой Германии шло в основном не за счет оккупированных районов.
Оккупированные районы
С другой стороны, нельзя отрицать и того, что изъятие продовольственных продуктов из оккупированных областей наряду с блокадой и большими сокращениями производства создало в них большие продовольственные трудности. Помещаемые ниже данные, составленные Экономическим советом Лиги Наций (1945 год),[124] показывают размеры продовольственных норм в некоторых оккупированных областях Европы в сравнении с нормами, существовавшими в Германии и Италии.
Эти цифры, однако, не дают еще правильного представления о действительном уровне снабжения населения. В отдельных странах, как например во Франции, Прибалтийских странах и в Польше, существовал довольно крупный черный рынок, который создавал дополнительную возможность для снабжения широких слоев населения. В материалах Экономического совета Лиги Наций об этом говорится следующее: «Крестьяне стремились скрыть свои продукты, продать их на черном рынке, а зерно либо скормить скоту, либо употребить для своих собственных нужд».[125] Относительно положения в Польше в том же источнике сообщается, что эта страна является преимущественно аграрной и что продовольственные трудности там испытывает больше городское, чем сельское население.[126]
КАЛОРИЙНОСТЬ ПАЙКА СРЕДНЕГО ПОТРЕБИТЕЛЯ НА ЯНВАРЬ 1941–1944 ГОДОВ
*Чехия.
То же самое с небольшими изменениями можно сказать и о других оккупированных областях, и главным образом о России. Наиболее плохо снабжалось население Греции, а продовольствие, предусмотренное для отправки туда из Германии, нельзя было перевезти из-за весьма ограниченных транспортных возможностей и частых налетов партизан, взрывавших железные дороги и полностью срывавших движение по ним. Несмотря на помощь Греции со стороны Международного комитета Красного Креста, здесь разразился настоящий голод, принявший катастрофические размеры не только в городах, но и в сельской местности. Оказать греческому населению какую-либо помощь германские власти были не в состоянии.
Положение с продовольствием стало катастрофическим и в крупных городах Голландии, когда на последнем году войны вследствие забастовки железнодорожников и перенесения боевых действий на территорию Голландии было совершенно нарушено всякое сообщение между городом и деревней. Однако до этого времени благодаря хорошо организованному сотрудничеству между оккупационными властями и местной администрацией положение со снабжением было здесь относительно сносным. В крупных городах Франции наихудшее положение создалось перед самой высадкой союзников, но и после того, как вся Франция была снова в руках союзников, положение не улучшилось из-за разрухи на транспорте.
Наряду с тем, что Германия вывозила продовольствие из оккупированных ею областей, германские оккупационные власти всячески стремились увеличить упавшее во время войны производство сельскохозяйственных продуктов в этих областях. Так, «Восточное торговое общество сельскохозяйственного спроса» (ставшее позднее центральным), созданное вначале для управления бывшими крупными польскими поместьями, забрало в свое ведение во Франции в 1940 году большое количество хозяйств, покинутых владельцами во время боевых действий, и добилось там весьма значительных результатов. В Россию, где сталинская тактика «выжженной земли» нанесла сельскому хозяйству тяжелый урон (при вступлении немецких войск в Россию в исправном состоянии и в состоянии, пригодном для ремонта, было найдено лишь 40 % сельскохозяйственного инвентаря), из Германии было вывезено одних лишь сельскохозяйственных машин на сумму 173 млн. марок, в том числе тракторов на 48 млн. марок. Необходимо учесть, что эти суммы подсчитаны по старым, «замороженным», ценам.
