— Эй! Куда ты? — прокричал юноша, защищая голову и наблюдая, как орел, сделав круг, снова летит в его сторону.
Птица, махая мощными крыльями, опять приблизилась к Лукасу. Юноша начал размахивать руками, опуская и поднимая их, как крылья, чтобы привлечь внимание этого опытного и ловкого охотника, господствующего над пространством. Он хотел показать орлу, что не боится его.
— Хочешь посостязаться со мной, да? — сказал Лукас, когда птица в очередной раз пролетела над его головой.
После нескольких бреющих полетов орла юноша решил подойти к краю пропасти. Расставив ноги, чтобы не потерять равновесия, он стал ждать нового прилета орла. Птица и в самом деле не замедлила появиться. Был момент, когда Лукасу показалось, что орел летит прямо на него, но он выдержал атаку и даже не шелохнулся. Юноша вспомнил слова Джозефа и сконцентрировался, представив, что он — дерево, растущее над пропастью. Лукас раскинул руки наподобие ветвей и довольно долгое время находился в таком положении. Орел в очередной раз пролетел так близко, что крыльями коснулся головы Лукаса. Юноша не сделал ни единого движения. Еще один прилет — и птица устроилась на его плече.
Лукас вспомнил о видении, которое было у него во время пребывания в больнице: оно было очень похоже на то, что происходило с ним сейчас. Орел выпустил когти. Юноша выдержал это. Он по-прежнему стоял не шевелясь и лишь немного опустил руки. Голова орла находилась так близко к лицу Лукаса, что юноше краем глаза удалось разглядеть черно-серый клюв птицы, едва не касавшийся его щеки. Дрожь пробежала по телу Лукаса. Его сердце перекачивало больше крови, чем обычно. Ощущение того, что императорский орел — редкая и особо охраняемая птица — сидит у него на плече, было не сном и не видением, а реальностью, наполнявшей юношу адреналином. Орел еще раз вонзил свои когти в плечо юноши и улетел. Лукас сжал зубы… «Боже, какая боль!» — сказал он самому себе и наконец сошел с места. Он приблизился к рюкзаку и, помедлив, открыл его. Достал корешок, который принадлежал Кендалю. Лукас несколько раз дотронулся до корешка и стал ждать возвращения орла.
Перед ним развернулась впечатляющая картина: ритмично размахивая крыльями, птица вновь направлялась к нему. Достигнув того места, где был юноша, она чуть замедлила свой полет и устроилась на плече Лукаса. Юноша не стал ждать, он одной рукой показал птице корешок, а затем бросил его в воздух. Молодой орел устремился вслед за кусочком дерева. Скорость, с которой птица приближалась к земле, наводила на мысль о камикадзе, принявшем решение разбиться о землю. Однако орлу удалось подхватить корешок в нескольких метрах от земли и изменить траекторию своего полета, направившись вверх, к горной вершине.
Долетев до Лукаса, птица опять опустилась на его плечо. Не думая о боли, которую причиняли когти орла, юноша вынул корешок из клюва птицы и изо всех сил снова бросил его. Орел как по команде устремился за этой падающей с огромной скоростью палочкой. Казалось, что сила тяжести одержит верх над мощью и ловкостью орла, но величественная птица сумела поймать корешок в нескольких метрах от земли. Орел вернулся на плечо Лукаса, принеся ему палочку в клюве.
— Хорошая птичка… Не кажется ли тебе, что нам следует стать друзьями?
Орел, чуть помедлив, взвился в небо, но в этот раз не вернулся. Юноша ждал, что птица прилетит в течение дня. Все остальное время у Лукаса не было другой компании, кроме окружающей его красоты. Солнце обдавало тело своим жарким дыханием, и юноше казалось, что во все поры проникает огонь. Через пару часов это стало невыносимым. Лукас начал двигаться, поворачиваясь вокруг собственной оси. Создавалось впечатление, что при этом действие жары несколько уменьшается. Когда юноша замечал, что начинает терять равновесие, он останавливался, а затем возобновлял движения, следуя ритму воображаемого барабана, как это неоднократно делал Джозеф. Танец, солнце, жара, природа, повороты, жажда вдруг заставили Лукаса замереть на месте. Он стоял с закрытыми глазами, чувствуя, как солнце тысячами иголок вонзается в кожу. Казалось, что нет возможности выдержать эту нестерпимую жару. В движении переносить ее было все же легче. Юноша снова начал танцевать, становясь то на одну, то на другую ногу. Он слышал биение своего сердца. Оно было подобно ударам барабана, синхронизирующим жизнь с пульсом Вселенной. Монотонный звук нового органа помог Лукасу отрешиться от действительности. Ему слышался далекий голос Джозефа, говорившего о том, что юноша должен достигнуть созвучия с невидимыми мирами, скрывающимися в природе. Лукас танцевал, и зной обжигал его тело. Мысли юноши начали удаляться от этой горы. Его охватило нечто похожее на эйфорию в сочетании с изнеможением. Лукас продолжал поднимать то одну, то другую ногу. Ритм его сердца, словно барабан, призывал не останавливаться. Вдруг юноша упал на землю. Казалось, что солнце выиграло сражение, навязанное ему с первых утренних часов. Лукас вдруг вспомнил слова великого человека-медицины: «Важен не только пейзаж, который нас окружает, но также и небо, приносящее дающий жизнь дождь, молнии, гром, снег, ветер… Контакт с небосводом должен быть постоянным. Человеку нужно быть очень внимательным, чтобы уметь правильно понимать предназначенные для него послания».
Внезапно все стало белым. Лукас слышал только свое дыхание. Он не мог двинуться с места: не было сил. Снова появилась Винона, окутанная в тот же туман, который обволакивал все вокруг.
Прекрасная девушка идет к нему с протянутой рукой. Юноша протягивает ей свою руку, и их руки соединяются. Они стоят неподвижно на вершине горы, глядя друг другу в глаза. Ее черные волосы, спускающиеся до пояса, развеваются на ветру. Лукас дотрагивается до щеки девушки, ее карие глаза добро и ласково смотрят на него… В голове юноши снова какая-то пустота. Он попытался подняться, но не смог. Что-то мешало это сделать. Лукас услышал звук, напоминающий колокольчик. Был ли это сон? Для юноши все вокруг по-прежнему белое. Его дыхание замедлилось, он очень измотан и чувствует жжение в затылке. До него снова донесся звук колокольчика, он совсем рядом. «Когда услышишь звук колокольчика, — говорил ему Джозеф, — раскрой ладонь и возьми в рот то, что найдешь в ней».
Юноша не мог разжать ладонь. К тому же у него не было уверенности в том, что это именно тот звук, о котором говорил Джозеф. Лукас почувствовал что-то влажное и шершавое на своем лице. Оно ритмично двигалось по его лбу от виска к виску. Колокольчик звучал прямо на юноше. Это мог быть Бака. Колокольчик и что-то влажное и шершавое, что двигалось по лицу Лукаса: кот вылизывал его![51] Юноша попытался разжать пальцы руки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
