Итак, Западная Европа стала Дар аль-Харб или Дар аль-Сульх («землей перемирия»). Это уже стало традицией — называть Запад «землей перемирия». Мы видим, что один из десяти британских мусульман говорит о своей готовности осуществить террористический акт, а один из трех готов защитить, спрятать террориста от властей. Шесть из десяти мусульман предпочитают британским законам шариат. И все отмечают ослабление тенденции к ассимиляции.
Мусульманские части Парижа, Роттердама и многих других европейских городов уже названы «зоной, куда не следует ходить» этническим европейцам, включая вооруженных полицейских. Растет число маленьких Фаллудж. Продвижение ислама в зоны пассивных, скованных, лишенных предприимчивости местных жителей происходит повсюду. Из сферы фантазии в область реальной политики приходят три явственные угрозы: 1) Культурное доминирование в Европе ислама. 2) Цена сопротивления этому процессу будет постоянно повышаться — особенно быстро, если правительства европейских стран не ответят на смелые действия воинов ислама. Европа станет полем битвы, местом городской партизанской войны. 3) С укрепившихся баз терроризма будут наноситься террористические удары по уязвимым местам Западной Европы[593].
Первый поток мусульман в 1960‑е гг. воспринимался как визит «гастарбайтеров». Понадобилось много лет, чтобы один из отцов этой идеи, федеральный канцлер ФРГ Гельмут Шмидт, сказал в декабре 2004 г.: «Концепцию мультикультурализма трудно совместить с демократическим обществом… В 1960‑е гг. мы сделали ошибку, разрешая прибытие представителей других культур[594].
Лишь в 2005 г. стало ясно, что гости задержались, и уже нет силы вернуться к status quo ante. В современной Европе и в Европе грядущего начнется бой европейской юриспруденции и суда шариата. Если европейским правительствам не удастся защитить свою культуру, то насилие охватит весь континент. В феврале 2005 г. Рональд Ноубл — руководитель объединенного Интерпола европейских стран — объявил о том, что «угроза биологических террористических атак со стороны аль-Каиды чрезвычайно реальна, но мир к этому не подготовлен»[595].
Через неделю сэр Иен Блэр, глава лондонской полиции, а также Портер Госс (глава ЦРУ) предупредили, что «значительное число мусульман стремится обрести химическое, биологическое и ядерное оружие, и вопросом времени является обретение ими такого оружия… Опасность такова, что оправданным было бы остановить любого, выглядящего как мусульманин прохожего в Лондоне, даже если у полиции нет особых претензий»[596]. Секретные службы европейских правительств знают о присутствии в главных городах Европы ячеек аль-Каиды и Хезболлы, готовящих террористические выпады[597]. Английские власти признали при этом, что в стране находятся до 12 млн незаконных иммигрантов.
В своем докладе от июня 2005 г. Комитет по международным делам американского конгресса объявил, что оружие массового поражения будет использовано в течение следующих десяти лет. Никто не может ныне предсказать итога столкновения цивилизаций, и многое будет зависеть от европейских правительств как главной организующей силы[598]. «Только постоянный приток мусульман может заменить нехватку собственно европейских детей и сохранить для Европы роль достойного конкурента Америки и Азии»[599].
Но история в 2004–2005 гг. предупредила Европу: сначала в марте в Мадриде, в сентябре — в Беслане, в ноябре — в Амстердаме. Вся Европа была поражена реакцией исламской общины: «Если вы наносите оскорбление исламу, вы должны платить за это». Это вызвало соответствующую реакцию. Через 6 месяцев после Беслана 48 процентов итальянцев считали, что «столкновение цивилизаций» между исламом и Западом уже идет и Запад отступает[600]. 70 процентов англичан выступили против импорта рабочей силы. Дания приняла запретительные законы. Летом 2004 г. на съезде европейской интеллигенции в Оксфорде мультикультурализм был практически осужден.
Сдача стареющей, видящей в мусульманах единственную подходящую рабочую силу Европой своих позиций будет стоить ей ее тысячелетней культуры. Дружественный Америке континент превратится в Еврабию, противостоящую Северной Америке. Каждый день уступок ослабляет родину гуманизма и науки, делая «столкновение цивилизаций» заглавным явлением XXI в.
Ослабевшее западное руководство
Хотя во многих отношениях (прежде всего в военном) западная мощь в 2007 г. значительно больше, чем в 1991 г., способность США мобилизовывать, воодушевлять, указывать на общее направление и определять глобальные реальности значительно ослабла.
Сказался элемент неудачного лидерства. Уже при президенте Клинтоне американское руководство увидело ограниченную силу новых образований и кажущимися полезными инициатив. Приближенные страны и патронируемые организации так или иначе требовали «части американского влияния», определенного ослабления американского центра сложившейся в 1945–1991 гг. америкоцентрической системы. Тогда, в 1990‑е гг. Америка могла и подождать: Китай и Индия лишь выруливали к старту своего глобального подъема. Но президент Билл Клинтон ни на секунду не сомневался в укрепляющей Америку потенции таких инициатив, как создание Всемирной торговой организации — лидерство США в ней пока не оспаривалось. Клинтон был удовлетворен действиями НАТО в Боснии и Косово. Что особенно было важно для непрекращающей модернизировать свое ядерное оружие Америки — Договор о ядерном нераспространении был продлен бессрочно.
За последние пять лет в странах, расположенных в Восточной Азии, на постсоветском пространстве, на Ближнем Востоке, в Латинской Америке взрывоопасное сочетание факторов обернулось возникновением нового неформального союза, потенциально способного противостоять Западу. За последние пять лет в странах этих регионов усилились национализм и антиамериканизм — вследствие растущей уверенности в собственных силах и неуклюжих внешнеполитических акциях Запада. Государства, пережившие с 1989 г. своего рода «флирт» с демократией, сегодня поворачиваются к ней спиной. Кроме того, режимы в этих регионах имеют в своем распоряжении новое оружие, потенциально превосходящее по мощи ядерные бомбы и армию террористов: нефть[601].
Французские специалисты по Ближнему Востоку Флинт Леверет и Пьер Ноэль в статье, опубликованной в американском журнале «Нэшнл интерест», считают, что члены незападного альянса скорее всего смогут обеспечить превращение Ирана в ядерную державу. При этом Иран, возможно, станет лишь началом. Альянс авторитарных режимов — Леверет и Ноэль называют его «нефтяной осью» — может создать самую серьезную угрозу Западу. Эта «ось» не выдвигает всеобъемлющей идеологической альтернативы Западу. Более того, многие из входящих в нее стран ввели у себя элементы капитализма, в политической сфере следуя моделям, совершенно отличным от западных. Имеет место своего рода «сырьевой национализм».
Сегодня эксперты по проблемам энергетического сектора опасаются, что добыча может не поспеть за растущим спросом. По мнению Международного энергетического агентства, общемировой спрос на энергоносители к 2030 г. увеличится на 37–50 процентов. За последние пять лет цены на нефть (с поправкой на инфляцию) уже выросли вчетверо. И даже баснословных нефтяных ресурсов Саудовской Аравии едва хватает, чтобы удовлетворить запросы потребителей.
Шесть лет назад, когда Ху Цзиньтао еще не встал во главе политической власти в Китае, а Путин не провел централизации власти в России, (оставалась надежда, что добывающие государства и главный потребитель нефти — Китай — постепенно станут неким подобием Норвегии, превратятся в стабильные, прозападно настроенные страны.
Сегодня утверждать нечто подобное смог бы только несведущий человек. Либерализм потерпел ряд неудач во многих странах Земли. И в то же время 70 процентов китайцев удовлетворены положением в КНР. Примерно столько же россиян поддерживают Путина. В то же время лишь 25 процентов россиян считают, что политика Запада оказывает позитивное воздействие на ситуацию в мире. Только 22 процента китайцев положительно относятся к Западу. Отношение к США ухудшилось во всех арабских странах. Мамун Фавди из университета им. Райса говорит, что арабов «пугает перспектива возникновения однополярного мира, возглавляемого Соединенными Штатами»[602].
80 процентов латиноамериканцев критически относятся к США. И это беспокойство реально. Сергей Иванов: «США создают кольцо вокруг России». Китайцы обеспокоены западным военным присутствием в Афганистане, шагами Вашингтона по укреплению связей с Сингапуром, Японией — как элементы «окружения» КНР. Россияне опасаются расширения НАТО и с тревогой воспринимают деятельность в республиках бывшего СССР финансируемых Западом неправительственных организаций.
