Аша споткнулась.
— Так отправь к ним отряд. Два, три!
Амарг положил женщине руки на плечи.
— Наш сын. Тиа. Хранительнца. Упрямый воин. Горы, снег, узкие тропы — не так-то много места, чтобы быстро идти большому отряду. Я возьму самых лучших из личного отряда и пойду с ними. Перенесусь к перевалу, через обряд. И поймаю их в ловушку.
— Амарг!
— А ты останешься, и будешь управлять нашим наступлением, — тихо, но твердо сказал мужчина.
Аша дернула плечами.
— Погибнешь — не стану и вспоминать, — зло ответила она. — Выберу достойнейшего, и он станет Правителем. Я передам ему часть сил и все знания. А ты иди, иди, будто тебе мало воинов, которыми не жаль пожертвовать! Тиа, эмъен и Хранительница. Не переоцени себя, Амарг. Ведь я… едва смогла спасти тебя так недавно.
Амарг опустил руки, и женщина быстро взбежала по ступеням. Простучали каблуки, хлопнула дверь, и все стихло.
***
Эй, Мориан, далеко нам еще? — положила руку на плечо эльфа Аэль. Тот обернулся и задумчиво прищурился.
— Если я правильно разобрался с картой, которую дал Чибан, — то нам надо держаться северо-восточного направления. Там будут две руки, а за ними — вход в тоннель, ведущий прямо к границе земли Милари.
— Что такое две руки? — заинтересовался Аллард. Эмъен бросил дорожную сумку на снег и принялся разминать затекшую шею. Луч солнца скользнул по лезвию силери, заставив Суну, глядевшую на оружие, зажмуриться.
— Камень-указатель, — ответил эльф. — Вот только откуда такое название — я не знаю.
В нескольких метрах от Суны вспорхнули с камней черные птицы, сделали круг в воздухе и направились на запад. Мориан проследил за ними взглядом и нахмурился.
— Отдых закончился, идем дальше, — скомандовал он. — Я думал, эти твари давно повымерли.
— Какие твари? — закрутила головой Аэль. Мориан показал пальцем на черные точки на горизонте.
— Гардифы. Мне про них отец рассказывал и в атласе старых видов показывал рисунок. Их еще называли птицами войны — эти падальщики хорошо подчищали поля боя.
— Они летят к Открытым землям, — мрачно сказала Суна.
Аллард поднял сумку и, отряхнув от снега, одел на плечо.
— Тогда нам надо не болтать, а торопиться, — резонно заметил он.
— Особенно, когда так холодно, — поднесла замерзшие пальцы ко рту Аэль.
"Две руки" первым заметил эмъен. Причудливого вида глыба, возвышающаяся над тропой — она и впрямь походила на две прислоненные друг к другу ладони. Вот только тоннеля, должного вывести путников, — не было.
— Сожри меня единорог, — расстроилась Аэль. Суна взяла ее за руку.
— Вихрь сейчас бы сказал, что не ест грубую пищу, — растерянно ответила она.
Лошадей и озлобленного, расстроенного единорога пришлось оставить в деревне — подниматься по узким незнакомым тропам, пробиваться сквозь снег им было бы тяжело. Вихрь еще что-то долго бубнил вслед Амарисуне, когда та уходила, не оглядываясь, держа спину прямо-прямо. И ей очень хотелось разреветься.
Не получилось.
Эльф медленно подошел к завалу и положил руку на камни.
— Давний завал, — медленно произнес он, будто прислушиваясь. — Очень давний. Мы здесь не пройдем. Надо искать обходную тропу.
Эльф развернул карту и склонился над ней, нахмурившись.
Аэль пару раз подпрыгнула на месте.
— Хо-холодно, — пожаловалась она, шмыгнув покрасневшим носом. — Почему здесь не осталось любезно вырубленного для нас прохода, освещенного факелами? Уютного и теплого?
— Видимо потому, что кто-то постарался его разрушить, — Мориан сложил карту. — Если мы отклонимся на север, то там должна быть тропа. Гм. "Тропа мертвых ублюдков", — слегка смущенно закончил он.
— Боюсь думать, что происходило на этой тропе, — хмыкнул Аллард. — И кто ее так обозвал.
Мориан потер руки друг о друга.
— Карта принадлежала еще деду Чибана, а тот срисовывал ее с более старых источников. Может быть, во время войны тут и впрямь погибли…
— Ублюдки, — закончил эмъен. — И если карта эльфийская, то я даже догадываюсь, кого имели ввиду.
— Неужели никто никогда здесь не ходил со времен войны? — задумалась вдруг Аэль. — Никто не знал, что за перевалом есть эльфийская земля?
Мориан пожал плечами.
— После войны здесь никого не осталось. Те, кто вернулся сюда позже — люди, часть аргов, кочевые племена дьеши, возможно и переходили через горы, но раз они не могли попасть в землю Милари, то им оставалось или огибать ее, или забыть о переходе. Земли, что лежат за Милари, еще долго не будут пригодны для жизни после войны. Там нечего делать.
— Интересно, что же они там видели? — протянула Аэль.
Аллард похлопал ее по спине.
— Вот скоро и узнаем.
— Темнеет, — посмотрела на небо Амарисуна. — Я не думаю, что мы хотим идти по незнакомым горным тропам ночью, так ведь?
Мориан согласно кивнул
— Надо искать укрытие. Мне не нравится, что приходится задерживаться, когда мы так близко к цели — но сломать ногу в двух шагах от земли Милари мне не понравится еще больше.
Место для привала нашли, когда на небе уже появились звезды. В горах холодает быстро, а когда поднимается ветер, то хочется спрятаться, укрыться теплым одеялом возле костра и задремать. С укрытием получилось неудачно: никаких пещер с любезно предоставленным хворостом для костра в округе не наблюдалось. Пришлось довольствоваться маленькой, со всех сторон просматриваемой площадкой, обнаруженной Аллардом, а потом еще шарить вокруг в поисках мало-мальски пригодного топлива для костра.
— По-моему, здесь мы — отличная мишень, — заметила Аэль.
— Тьфу на тебя, — отозвался Аллард беззлобно, развязывая мешок с провизией. Суна поежилась и огляделась по сторонам. Аэль подобралась поближе к эмъену и жадно заглянула в мешок.
— Не нравится мне здесь, — тихо сказала эльфийка, окидывая взглядом неприветливые, темнеющие на фоне залитого лунным светом неба вершины.
— Не фто сфофо, — согласно кивнула Аэль. В руках у девушки был здоровый кусок хлеба с холодным мясом. — Фолодно и пфотивно.
— Какое странное небо, — подняла голову Амарисуна. — Глупо, конечно, но у меня ощущение, что ему нас жаль.
— Интересно, неужели Амарг до сих пор ничего не прознал о нас? — протянул Мориан задумчиво. — Или уже ждет где-то?
— Если даже и узнал, — пожал плечами Аллард. — То ему нет резона убивать тебя сейчас. Никто из эмъенов не может пересечь границу земли Милари без дозволения Хранителя или тиа.
Эльф задумчиво посмотрел на свои руки.
— Если только Амарг не узнал, что кровь тиа позволит любому пересечь границу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
