Добравшись до ИТАР-ТАСС, О. Т. Сазонов встретился с его директором В. Н. Игнатенко и от имени А. В. Руцкого предложил ему передать обращение к населению. В. Н. Игнатенко не стал возражать и избрал тактику затягивания времени. Этому способствовало то, что О. Т. Сазонов прибыл без текста обращения. Его еще нужно было составить. [Сазонов О. Т. Ответы на вопросы. Курск. Август — сентябрь 2006 г. // Архив автора. ] По всей видимости, именно в этот момент по каналам ИТАР-ТАСС и прошло упоминаемое ранее сообщение о возможном прекращении его работы.
А пока О. Т. Сазонов вел переговоры и составлял текст обращения, А. М. Сабор и его товарищи увидели, что здание окружает спецназ в „скафандрах“. Был дан сигнал наверх, где находился О. Г. Сазонов, вся его группа собралась внизу и вступила в переговоры с бойцами спецназа. Увидев перед собою людей в милицейской форме, они были очень удивлены, так как у них был приказ выбить из здания чеченских боевиков. [Запись беседы с А. М. Сабором. СПб 5 мая 2006 г // Архив автора.]
Помогла и находчивость О. Т. Сазонова, обнаружившего среди спецназовцев „афганцев“. Это позволило найти взаимопонимание. [Сазонов О.Т. Ответы на вопросы. Курск. Август — сентябрь 2006 г. // Архив автора. ] Договорились, что спецназ не будет стрелять в сторонников парламента, а они не открывают ответную стрельбу и уходят. Однако, покидая ИТАР-ТАСС, О. Т. Сазонов по договоренности с командиром группы „Вымпел“ оставил ему несколько десятков патронов от имевшегося у сторонников парламента оружия. [Запись беседы с А. М. Сабором. СПб. 5 мая 2006 г // Архив автора]
По всей видимости, это было сделано для того, чтобы имитировать перестрелку, которую и слышал в тот вечер возле ТАСС Э. 3. Махайский.
На обратном пути в „группе захвата“ обнаружилось отсутствие одного из ее членов — Юрия Власова. Никаких сведений о его дальнейшей судьбе мне обнаружить не удалось. Когда группа вернулась в Белый дом, там уже было темно, снова горели свечи. [Там же. ] О. Т. Сазонов утверждает, что вся эта операция заняла около часа. [Запись беседы с О. Т. Сазоновым. Курск — С — Петерубург. 26 октября 2006 г По телефону // Архив автора] Следовательно, он вернулся в Белый дом после 20.00.
Это была единственная попытка Белого дома установить контроль над ИТАР-ТАСС. Значит, все остальные — следствие неверной датировки одного и того же события с возможными газетными искажениями.
В книге В. И. Захаренкова и М. Г. Шутова „Московская война“ приводится рассказ „пожилого мужчины“, который около 22.00 „вернулся с улицы Чехова“, где их невооруженная группа „пыталась захватить городскую телефонную станцию. По его словам, они прошли внутрь беспрепятственно, все было пусто, и вдруг коридоры наполнились омоновцами, вооруженными до зубов, всех переписали… и отпустили“. [Захаренков В. И., Шутов М.Г. Московская война. М., 1994. С. 72.]
А вот воспоминания тогдашнего министра связи В. Б. Булгака: „Около 300 разбушевавшихся людей, — пишет он, — непонятно откуда пришли в Настасьинский переулок, где размещается Управление московской городской телефонной сети и стали требовать начальника Управления В. Ф. Васильева. Он находился в другом здании, но через своих сотрудников знал, что толпа требует именно его, добиваясь подключения связи к Белому дому. Это было в 19.30 3 октября“. [Москва, осень-93. С. 580]
Поскольку В. Ф. Васильев не появлялся, „толпа стала бить стекла в здании Управления“. Оттуда позвонили в милицию.
Но она на этот сигнал не отреагировала. „После нескольких звонков Панкратову в конце концов приехал автобус с 5–6 омоновцами, которые толпу моментально рассеял и“. [Москва, осень-93. С. 580.]
По свидетельству Н. С. Афанасьева, в то самое время, когда ему приказали выделить пять человек для поездки в Таможенный комитет, поступило распоряжение выделить еще пять человек для поездки на „узел телефонной связи“, который размещался на улице Чехова. Вместо пяти человек Николай Севастьянович выделил только двух. [Запись беседы с Н. С. Афанасьевым. Москва. 12 декабря 2006 г // Архив автора.]
Одного из них, Владимира Самойловича Буханистого, мне удалось разыскать. По его словам, вечером 3 октября под руководством незнакомого ему инженера-связиста была создана группа из 5–6 человек. Из них оружие имели только двое: он и его товарищ из 8-го подъезда. К ним присоединилось еще человек 9-10 из числа демонстрантов. Они сели в автобус и поехали. Когда добрались до „узла связи“, то внутрь их не пустили. А пока шли переговоры, появилось около 20 омоновцев. В. С. Буханистого арестовали, его товарищ по оружию сумел скрыться. Остальных отпустили. [Запись беседы с В. С. Буханистым. Москва. 13 декабря 2006 г. // Архив автора.]
Позднее В. Б. Булгак поведал о том, что вечером 3 октября, „в то же время“, то есть около 19.30, была сделана попытка вторгнуться в систему связи в районе Останкино, где находился Главный центр магистральной связи. Сюда прибыл БТР, экипаж которого сначала непонятно зачем обстрелял окружавший 10-этажное здание центра забор, потом стал искать колодец, через который проходил кабель, якобы намереваясь его взорвать, а затем, обнаружив на здании центра табличку „Советско-американское предприятие“, предпочел удалиться. [Булгак В.Б. Мужество связистов против боевиков // Москва. Осень-93. С. 580–581.]
А поскольку у Белого дома не имелось БТРов[Иванов И. Анафема С 208.], попытка парализовать деятельность Главного центра магистральной связи могла быть сделана только Кремлем и имела явно провокационный характер.
Как вспоминает Ю. В. Колосков, вечером 3 октября он был вызван к А. В. Руцкому, который предложил ему направиться в Краснопресненское отделение милиции и привезти оттуда оружие. Немедленно была создана ударная группа. На трех грузовиках с десятком автоматов она отправилась по указанному адресу».
В материалах Комиссии Т. А. Астраханкиной этот эпизод освещается следующим образом: «Подъехав к зданию РУВД, руководители группы добровольцев вступили в переговоры с руководством управления, которое вначале всячески тянуло время, требуя привезти мандат от и. о. Президента Российской Федерации Руцкого А. В., а затем задержало находившихся в здании РУВД сторонников Верховного Совета, предложив остававшейся на улице основной части добровольцев разойтись в обмен на освобождение указанных лиц. После прибытия сотрудников милиции, давших очередь из автомата поверх голов сторонников Верховного Совета, последние, так и не получив оружия, покинули район здания РУВД». [События 21 сентября — 5 октября 1993 года: организаторы, исполнители и жертвы политического противостояния. Доклад Комиссии Государственной думы… // Портал «Русское воскресение».]
А вот версия Ю. В. Колоскова. Когда возглавляемая им группа прибыла к месту назначения, Юрий Вениаминович постучал в дверь отделения милиции. Поскольку он был в генеральской форме, ему открыли и провели к начальнику отдела. По дороге Юрий Вениаминович обратил внимание на то, что отделение было забито вооруженными омоновцами. Выслушав обращение Ю. В. Колоскова, начальник райотдела милиции заявил, что его уже обманули в августе 1991 г. и в эти игры он играть больше не желает. Но если ему привезут от А. В. Руцкого письменное распоряжение, он готов передать имеющееся в отделении резервное оружие. Когда через некоторое время Ю. В. Колосков вернулся из Белого дома с письменным распоряжением А. В. Руцкого, дверь отделения милиции ему уже не открыли. Зная о том, что там находится ОМОН, Ю. В. Колосков приказ о штурме здания отдавать не стал. [Запись беседы с Ю. В. Колосковым Москва. 26 августа 2006 г. // Архив автора.]
А. А. Марков утверждал, что вечером 3 октября для выполнения подобных заданий он выделил около 15 автомашин. [Запись беседы с А. А. Марковым. Москва. 24 августа 2006 г, // Архив автора.]
По свидетельству С. И. Долженкова, уже близилось к полночи, когда в Доме Советов появился человек, представившийся офицером линейного отделения милиции Шерметьево-2, и заявил, что личный состав отделения готов перейти на сторону парламента. Одновременно он сообщил, что из аэропорта только что попытался вылететь Ю. М. Лужков, но работники аэропорта не позволили ему. После этого офицер удалился. [Запись беседы с С. И. Долженковым. СПб. 28 мая 2006 г. // Архив автора.]
В тот вечер в Белом доме появились сведения, что несколько подразделений десантников выдвинулись в район Шереметьева, якобы для того, чтобы не допустить вылет из Москвы высокопоставленных лиц. [Запись беседы с С. И. Долженковым. СПб. 28 мая 2006 г. // Архив автора. ] Но вероятнее всего, десантники готовились к встрече гостей из Белого дома.
Кремль настолько был уверен в их появлении, что о попытке «боевиков» захватить Шереметьево поторопились сообщить то ли по радио, то ли по телевидению.
Подобное сообщение в тот вечер я слышал собственными ушами. Однако, обсудив полученное из Шереметьева-2 предложение, руководство Белого дома оценило его как провокационное и никого посылать туда не стало. [Запись беседы с В. В. Шурыгиным. Москва. 12 июня 2006 г. // Архив автора.]
