— Не спеши, витязь, ему нужно подобрать для дороги наиболее подходящую форму, а ты пока поспи… Утром вы отправитесь в путь!
— Что? — взвился Мстислав. — Каким утром? Проклятый ведьмак плетет новые козни, может, пытает Висту, а ты мне предлагаешь спать?!
Ковак протянул в сторону Мстислава руку и того неудержимо потянуло в сон. Куда сильнее, чем во время мудрых речей чародея. Сильнее, пожалуй, были только труды древних мыслителей.
А проснувшись, Мстислав с удивлением обнаружил, что местность вокруг разительно изменилась. Вместо тоскливых болотных просторов его окружал лес, близкий и родной, и он с удовольствием вдохнул полной грудью его свежий и чистый воздух. Столь резкая смена его местоположения вызвала у него противоречивые чувства. С одной стороны, он был рад, что ему не пришлось, увязая по уши, топать через бескрайние унылые болота. Но вот с другой стороны… Ведь его перенесли спящим, перенесли помимо его воли и желания, как какого-нибудь жалкого беспомощного котенка, не способного перебраться через улицу. Он так зримо представил себе этого маленького беззащитного звереныша, что почти не удивился, увидев его подле себя.
Котенок сидел на его туго набитой дорожной сумке и мирно умывался. Некоторое время Мстислав наблюдал за столь правдоподобным плодом своего воображения, пока до него не дошло, что воображением здесь и не пахнет. Перед ним сидел самый настоящий живой котенок.
— Это еще что? — нахмурился витязь. — Откуда ты здесь?
Мстислав оглянулся, надеясь увидеть хозяина или, скорее, хозяйку животины, но вместо этого наткнулся на оседланного коня и не удержался от восхищенного свиста. Перед ним стоял черный, как смоль, жеребец, крупный, с широкой грудью, с роскошной гривой, в общем, самый, что ни есть богатырский, самому Муромцу на зависть! Так, значит, и конем обеспечили! А судя по толщине сумке — еще и провизией! Он недоверчиво покачал головой. Все это ему совершенно не понравилось. Он слишком хорошо помнил, чем обернулась заботливость ведьмака…
Однако когда в животе требовательно заурчало, витязь был вынужден признать, что отказываться сейчас от приготовленной еды, а потом носиться по лесу за каким-нибудь глупым зайцем, было бы непредусмотрительно. Ругая себя и свою ненасытную утробу последними словами, он залез в сумку и с мрачным выражением лица приступил к завтраку. А когда голод перестал туманить сознание, Мстислава вдруг осенило.
— Проводник?! — воскликнул он, ткнув обглоданной костью в сторону котенка. — Неужто ты и есть тот самый проводник, которого обещал мне Ковак?
Это было больше шуткой, чем догадкой, но когда котенок согласно кивнул, витязь остолбенел, забыв закрыть рот. Его охватило чувство, что коварный чародей жестоко обманул и посмеялся над ним, подсунув в проводники жалкого котенка! Ему — витязю и богатырю!..
Ему приходилось слышать о разных спутниках богатырей. Витязь и пес, например, всегда казались ему очень неплохим вариантом. Витязь и ловчий сокол или ястреб — тоже сгодилось бы. Вполне солидно выглядел витязь и дракон. На худой конец, подошла бы и лягушка — каждый поймет, что это не лягушка, а царевна заколдованная… Но это!!!
— Эй, послушай, — дрожащим от гнева голосом обратился витязь к проводнику. — Я помню, Ковак говорил, что ты можешь менять форму… Ты не мог бы, поменять эту, а? Ты подумай, что люди-то скажут? Ну, в какое-нибудь благородное животное, собаку там, или волка? В коня, наконец?
Котенок молчал и лишь взгляд его, как показалось витязю, наполнился укоризной.
— Вот так ты, значит, да? — расстроился Мстислав. — Ну, коли так, будешь сидеть у меня в мешке!.. Хотя, стоп, какой мешок, а дорогу-то ты как будешь указывать?
В ответ котенок ткнул лапой куда-то в сторону.
— Отлично. Просто замечательно. Я уверен, что кощунники сложат о нашем путешествии песню, — пробурчал Мстислав, поднимаясь в седло. — А на плече его сидел кот и грозно топорщил усы, приводя противника в парализующий хохот!
Следуя направлению, указываемому котенком, витязь быстро выбрался из леса на большак. Они скакали весь день, а к вечеру, Мстислав издалека приметил широкое и приземистое здание корчмы, привольно раскинувшееся на перекрестке. Жилье, а значит — скорый отдых и кормежку приметила и лошадь, безо всякого понукания прибавившая ходу.
Корчма, как много в этом слове для сердца русского слилось… Очень скоро витязь уже находился в этом благословенном богами месте, а перед ним быстро росла груда костей. Рядом, возле горки рыбьих останков, с раздутым животом развалился котенок.
Под ногами Мстислава что-то закопошилось, и над лавкой показалась крупная собачья морда, требовательно заглядывая человеку в лицо. Витязь бросил кость, и пес довольно захрумкал, скрывшись из виду. Но вскоре его морда вновь появилась на свет. Правда, теперь он больше не смотрел на витязя. Старательно вытягивая шею пес принюхивался, и, спустя мгновение, приметил своего извечного врага.
Сытый и немного сонный Мстислав не успел даже испугаться. Оскаленная пасть пса нависла над котенком, и в ту же секунду тот круто изогнулся, зашипел с такой силой, что сон вмиг вылетел из головы витязя. Но спасать проводника от жутких челюстей пса ему не пришлось. К его немалому удивлению пес позорно бежал, а витязю оставалось лишь смерить котенка подозрительным взглядом. Только сейчас он вдруг осознал, что перед ним вовсе не беззащитный детеныш, как показалось вначале. В его облике скрывалось неведомое существо, возможно, опасное, и об этом не стоило забывать ни на минуту.
Послеобеденную дремоту как рукой сняло, и витязь невольно прислушался к громыхавшему за соседним столом басу. Голос принадлежал дюжему, поперек себя шире мужику, заросшему длинными черными волосами. Хотя он старательно приглушал свою речь, все же его голос был столь низок и могуч, что заставлял дрожать тяжелую дубовую столешницу под ладонями витязя. Так что не услышать его было просто невозможно.
— Вот с того времени наш князь заметно изменился, — рассказывал мужик. — То ли обет какой дал, то ли еще чего…
— Ну, обет вряд ли, — усомнился его собеседник, по виду обычный крестьянин. — Князья они, известное дело, полные хозяева свому слову — хошь дал, хошь взял…
— Не скажи, брат, не скажи, — покачал своей черной гривой мужик. — Всяко бывает… Да и как иначе объяснить? Сидел себе в тереме человек спокойно, никого шибко не трогал, никому не мешал, в общем занимался обычным княжеским делом — греб под себя баб, жрал да пил в три горла… И на тебе! И недели не прошло, а на колу уж дюжины две лиходеев всяких побывало! Когда такое было? Остальные душегубцы мигом присмирели, так что сейчас по городу ночью ходить можно, ничего не боясь! А князь за соседний лес уже принялся. Поверишь ли, каждый день лихоимцев приводят, да не по одному! И в подвал всех сразу, в подвал… В общем наладилась жизнь-то у нас. Одна беда, повадился князь сам злодеев пытать…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
