— Александра вот смотрите, это ваш ребенок теперь можно с уверенностью сказать, что вы беременны.
Боже, я когда услышала эти слова слёзы сами собой полились из глаз. Этого не может быть, я не готова, я не могу, я не хочу в конце концов. Но поток моих мыслей прервала врач продолжив говорить.
— Но я все никак не могу понять почему такой высокий уровень ХГЧ у вас. Так посмотрим еще раз…
— В смысле высокий? Что это значит? Это плохо?
— О боже, — вскрикнула врач и не от ужаса, а от радости.
— Что такое? — Испуганным голосом поинтересовалась я.
— Вы только посмотрите Александра, — и снова поворачивает мне экран, где указывает вновь на маленькую точку.
— Ну и? Я не понимаю? Вы мне это уже показывали.
— Александра посмотрите повнимательнее.
И я смотрю и замечаю, что этих маленький точек две, не одна, а целых две. О господи, у меня что…
— У вас многоплодная беременность. Видите, в полости матки целых два эмбриона, а это означает что у вас будут двойняшки или близнецы все это мы точно узнает ближе концу I триместра. А сейчас я вам ставлю срок пять недель. Все Александра можете одеваться.
И когда врач ушла я еще какое-то время лежала на кушетки и просто смотрела в потолок. Вытерев слёзы, которые, все это время катились по моим щекам я встала оделась и вышла к врачу с твердым намерением забыть все что тут было. Глупо я знаю, разве можно взять и забыть то, что в тебе в данный момент развивается жизнь двух маленьких горошка.
— И так Александра через неделю я жду вас…
— Поставьте мне печать что я здорово и отдайте мне мою медицинскую книжку. — Почти плача говорю я.
— Александра я понимаю ваши чувства, но…
— Никаких, но, вы слышите меня никаких, но. Отдайте книжку, и я уйду. — Кричу и плачу, уже не стесняясь на весь кабинет.
— Александра, — привстала врач со своего стула и встала на против меня. — Я как врач не вправе давить на вас или принимать за вас какое-либо решение, но я прошу вас не делайте глупости, о которых потом будете жалеть всю свою жизнь. Да вы молоды у вас все еще впереди, но эти дети…
— Заткнитесь, замолчите, — схватилась я за свои волосы и начала просто их тянуть к верху, причиняя себе тем самым боль. — Остановитесь прошу вас, — шепчу я, — вы даже не представляете через что я прошла и эти дети они не нужны их отцу так же, как и Я не нужна ему. Я не могу я не справлюсь, простите меня. — И вырвав свою медицинскую книжку из рук врача я выбежала из кабинета, а затем и из самой больнице.
Я бежала не оглядываясь назад, просто бежала, вперёд не зная куда именно меня приведут мои ноги. Даже сталкиваясь с людьми по дороге, я не пыталась перед ними извиниться, остановиться спросить все ли в порядке. Нет, мне ничего из этого не хотелось мне было все равно. Спустя какое-то время я оказалась в каком-то парке, и поняв, что дальше бежать я уже не смогу присела на ближайшую лавочку. И только сейчас немного придя в себя я замечаю, что все это время держала свою медицинскую книжку в руках, а потом я заметила, что внутри нее торчит какой-то листок. Открыв книжку, я увидела, что это был снимок узи, где изображены две маленькие точки. Боже, опустила я голову коленям приложив листок ко лбу и начала очень сильно плакать. Ну за что Боже? За что ты меня так испытываешь? У меня ведь ничего нет, что я могу дать этим детям? Любовь? А разве этого будет достаточно, учитывая, что у меня у самой все горит внутри от обиды и боли.
— Доченька не желаешь пирожок с картошечкой или с луком и яйцом?
— Что простите? — Поднимаю голову и вижу перед собой бабулька с авоськой в руках.
— Я говорю пирожок не желаешь доченька?
— Нет спасибо, — шмыгая отвечаю я.
— Доченька ты не против если я присяду рядом с тобой немного передохнуть?
— Нет, конечно, присаживайтесь.
— А ты почему плачешь доченька. Тебя кто-то обидел?
— Жизнь бабушка, жизнь меня обидела. — И снова не выдержав начала плакать, закрыв лицо ладонями.
— Разве так бывает доченька? Жизнь никак не может нас обидеть, потому что мы проживаем тут жизнь, которую выбрали сами для себя. И все те ошибки, которые мы совершаем это мы их делаем, а не жизнь делает за нас. Нужно уметь радоваться каждому прожитому дню и не тратить его на то, чтобы сидеть и плакать в парке на скамейке.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Бабушка я не могу радоваться, когда внутри всё болит, когда моё сердце разбито, когда понимаешь, что тебя обманули, предали и выкинули как не нужную вещь.
— Забрав одно жизнь даёт тебе другое. — Говорит бабушки беря с моих рук снимок узи. — Разве это не перекрывает все то плохое что ты перечислила?
— Я… — посмотрела я на бабушку задумываясь над ответом… — я не знаю.
— А я знаю. Доченька, да тебе сейчас плохо, больно, но это пройдёт, со временем все проходит. А если сейчас ты поддашься своим гневным эмоциям, то потом, когда все твои внутренние раны заживут ты будешь сожалеть о том, что не подарила жизнь этим двум детишкам. Дети не должны расплачиваться за грехи родителей. И раз так получилось несмотря ни на что, ты доченька должна быть сильной.
— Но я не справлюсь, я не смогу одна.
— А ты не одна доченька. Не забывай, что теперь внутри тебя живут две жизни, и теперь вы как одно целое будете дополнять друг друга.
— Думаете у меня получится?
— Я уверена в этом. Решать конечно тебе доченька, но пожалуйста подумай хорошенько перед тем, как сделать то, о чём потом будешь помнить и жалеть до конца своих дней.
— Спасибо вам, — мило улыбнулась бабушке.
— Это тебе спасибо что позволила мне присесть рядом с тобой.
— А знаете бабушки давайте я у вас все-таки куплю пирожок. — И тут же полезла в сумку чтобы достать деньги, а когда повернулась то бабульки рядом со мной уже и не было.
Оглянувшись по сторонам, я ее так же не увидела. Странно куда она могла так быстро уйти?! Жаль, что я так и не смогла ее поблагодарить как следует за то, что помогла мне принять окончательное решение. Простите меня, глажу свой живот, простите меня мои крошки что допускала мысль избавится от вас. Бабушка права теперь в этом мире я не одна, теперь у меня есть вы и большего мне не надо.
Глава 42
— Александра ты где была? Почему телефон выключен? Почему так поздно вернулась домой?
Не успела я зайти в квартиру как Ваня тут же запричитал, возмущаясь моим долгим отсутствием. А я, проигнорировав все его вопросы сразу же направилась к себе в комнату для того, чтобы начать осуществлять свой план.
— Вань ты можешь не кричать я не глухая и прекрасно тебя слышу. — Отвечаю ему совершено спокойно.
— А как я могу не кричать, когда я здесь себе место не находил пока тебя ждал. Я уже собирался все больницы обзванивать в поисках тебя. А что ты делаешь? — Спросил Ваня, глядя на то, как я достаю свою спортивную сумку из шкафа.
— Ничего. — Коротко ответила ему.
— В смысле ничего? Ты зачем сумку достала свою я спрашиваю? — Спросил Ваня, повысив свой тон голоса.
— Для того, чтобы собрать свои вещи.
— Зачем?
— Затем, чтобы уехать. — Отвечаю ему настолько спокойно будто бы про мой отъезд было давно всем известно.
— Ты издеваешься надо мной Александра? — Кричит Ваня, выхватывая с моих рук сумку и тут же отбрасывает ее куда-то в сторону.
— Ну и зачем ты это сделал? — Смотрю на него, а у самой слёзы на глаза наворачиваются.
— Зачем сделал? А ты какого хрена вытворяешь хрен пойми что? Александра в последний раз спрашиваю, где ты была? И что случилось что ты вернулась домой и начала бредить про какой-то там отъезд?
— Может хватить на меня орать, я тоже умею кричать. Ты хочешь знать где я была?! Хорошо я расскажу. Я была у гинеколога. Доволен? А теперь будь добр отойди в сторону и не мешай мне собирать вещи.
— Ты совсем что ли с ума сошла?
И когда я хотела пройти мимо него в тут сторону, где валялась моя сумка, Ваня схватил меня за локоть и развернул меня к себе лицом.
