Читаем без скачивания Колонна Борга - Алекс фон Берн

Кто-то из бойцов заботливо налил в стаканчик припасенный для сержанта брэнди. Финн сделал щедрый глоток, благосклонно кивнул и продолжил:

— Но это все ерунда! Однажды на позиции я чуть не рехнулся. Позиция еще та: откуда стреляют, не видно; артиллерия косит деревья как косой; с неба обычно сыплется месиво из снега и дождя, а когда его нет — налетают немецкие самолеты. В общем, нормальная обстановка. Я и еще двое ребят из моего взвода устроились неплохо: вырыли окоп под подбитым танком, который замер на двух кусках скалы, как на постаменте, и сидели там с пулеметом. Немцы постреливают, мы в их сторону постреливаем, а над нами идет воздушный бой. Нормально, только брэнди не хватает. И тут мне мой приятель Бак говорит: «Пат, давай брэнди хлебнем. У меня во фляжке есть еще пара глотков, вот и выпьем на двоих. А то сейчас в атаку пойдем, а там уж можно и не вернуться». Он как в воду глядел, старина Бак: сам так и остался там… Ну, выпили мы с ним, и тут я слышу странный шум. Выглядываю гак осторожно: а на меня по склону горы несется немецкий самолет! Меня как парализовало: смотрю и молчу. Видно, самолет сбили, он упал на склон и покатился. Самолет уже так близко, что я вижу глаза пилота, а я все стою и пошевелиться не могу. А самолет подкатил к самому месту, где мы были, и остановился в паре футов. И мертвый пилот смотрит в упор. Вот тут я и обгадился!

— Как так, сэр?! — искренне изумился рядовой Хокинс. — Неужели прямо в штаны?!

— Конечно, в штаны, — подтвердил Финн. — Я же не шотландский пехотинец, чтобы щеголять в килте. Натурально, в штаны!

— Представить себе не могу, сэр, — сомневался Хокинс. — Признайтесь, сэр, что вы это для красного словца сказали.

Финн побагровел и заорал на Хокинса:

— Да что ты понимаешь в страхе, арканзасская деревенщина?! Да ты на своей сраной ферме ничего страшнее отцовского ремня не видел!

Финн сделал паузу для вдоха, и в этот момент услышал странный шум.

— Что это? — насторожился Финн. — Лавина? Ну-ка, ребята, быстро отсюда!

Но никто даже не успел пошевелиться. Раздался мощный удар, частый переплет окна под потолком залы выбило словно взрывом, в проем влетела гигантская трехгранная сигара и, уткнувшись носом в тяжелый дубовый стол, замерла.

— Ложись! — скомандовал Финн. — Это немецкая ракета!

Все немедленно распластались на полу. Финн приподнял голову и присвистнул:

— Да это же немецкий самолет. Точно! Немецкий самолет! Как он сюда попал?!

— Похоже, сэр, что вы обладаете способностью притягивать немецкие самолеты! — подал реплику кто-то из бойцов.

— Эй, кто там живой есть? — крикнул Финн. — Руки вверх!

Из-под разбитого фонаря высунулись две руки, а затем показалась и голова пилота.

— Не стреляйте! — сказал пилот на английском языке. — Здесь в самолете раненый американский офицер. Ему срочно нужно в госпиталь. Помогите ему!

— Хокинс, Браун! Быстро к кабине, посмотрите, кто там! — приказал Финн. Браун взобрался на стол, заглянул в кабину и доложил:

— Здесь и вправду офицер. Американец! Судя по мундиру: капитан из 82-й парашютно-десантной.

— Так не стой столбом, вытаскивай его! — подогнал его Финн. — Эй, Хокинс, тебе всегда надо дважды повторять? Помоги Брауну!

— Виноват, сэр! — покраснел Хокинс. — Я обгадился, сэр!

Солдаты достали Грега из кабины. Финн связался со штабом и сообщил о том, что они нашли раненого капитана из 82-й дивизии и его срочно нужно доставить в госпиталь.

Делентен продолжал сидеть в кабине. От пережитого он просто не имел сил выбраться. Финн подошел к нему и спросил:

— Вы можете двигаться? Чем вам помочь?

Делентену страшно захотелось пить. Он разлепил запекшиеся губы и попросил:

— Да… кружку пива, пожалуйста!

Через час Грег уже находился в госпитале Пассау и сразу угодил на операционный стол.

— Тебе повезло, парень, — сообщил врач. — С ногой ты уже попрощался, так что осталось сделать качественную штопку. А потом правительство сделает тебе протез, и считай, что ты настоящий везунчик!

— Мне срочно нужно переговорить с офицером разведки, — сказал Грег.

— Не сомневайся, что первым, кого ты увидишь, открыв глаза, будет офицер разведки, — пообещал врач. — А теперь расслабься.

И действительно, когда Грег открыл глаза, он увидел лейтенанта, представившегося офицером разведки штаба 3-й армии.

— Как вас зовут? — переспросил Грег.

— Лейтенант Роджер Мэтью-Хэрри, — ответил лейтенант и тут же пояснил, — это двойная фамилия. Что вы хотите сообщить?

— Я офицер Управления стратегических служб капитан Грегори Бернофф. Передайте моему начальству, что я вернулся.

— Я сделаю это немедленно, как только доберусь до телефона, — заверил Мэтью-Хэрри. — Что-нибудь еще?

— Все! — облегченно вздохнул Грег и закрыл глаза.

— Поправляйтесь скорее, — пожелал Мэтью-Хэрри и ушел.

Мэтью-Хэрри по телефону сообщил о встрече с Грегом начальнику разведывательного отдела 3-й армии полковнику Коху. Тот, погруженный в изучение целого вороха бумаг, рассеянно проговорил:

— Хорошо, Мэтью-Хэрри. Отправьте телеграмму офицеру УСС при штабе армии. Он сейчас в Регенсбурге.

Мэтью-Хэрри немедленно позвонил дежурному офицеру отдела и сказал:

— Привет, Джон! Отправь телеграмму в штаб армии. Диктую текст: «Срочно, офицеру УСС майору Джонсону. Прошу Ваших указаний о капитане УСС Грегори Берноффе, находящегося в госпитале Пассау. Мэтью-Хэрри».

В тот день действительно дежурил старый приятель Роджера Джон Типтон. Но на беду, Типтона сняли с дежурства и отправили в госпиталь с приступом острого аппендицита. Вместо него дежурным посадили недавно призванного в армию криптоаналитика, а тот понятия не имел, кто такой капитан Мэтью-Хэрри. Вообще криптоаналитик был, как и ему положено, из тех яйцеголовых умников, которых так презирают в армии, но без которых категорически не могут обойтись. Умник повторил текст телеграммы чуть ли не по буквам, а также переспросил фамилию и звание отправителя.

— Мэтью-Хэрри! Тебя контузило на штабной работе, что ли? — буркнул Роджер в трубку и дал отбой. Он подумал, что Типтон от скуки прикалывается. Умник недоуменно пожал плечами и решил проигнорировать звание, которое он не расслышал. Зато фамилию отправителя он расслышал (как ему показалось) очень хорошо и недрогнувшей рукой написал "Mortuary"[21] — вместо "Mathew-Harry". И отправил телеграмму по назначению.

Надо сказать, что УСС к этому времени уже было осведомлено о судьбе коммандос, заброшенных с целью захвата профессора Борга. Стеглик с товарищами все-таки добрался до американского разведподразделения, рыскавшего в окрестностях Пльзеня, и рассказал об оставшихся в Чески Градце десантниках. Информация немедленно была передана в штаб 3-й армии, а троих коммандос посадили в связной самолет и отправили в Регенсбург.

До Регенсбурга самолет не долетел. Спустя месяц его обломки, а также тела пассажиров и экипажа нашли в Баварском лесу. Из штаба армии поступил приказ командиру 11-й бронетанковой дивизии: направить один из полков в район города Чески Градец в Богемии для обеспечения эвакуации десантников и находящихся с ними груза. Вечером 4-го мая из штаба 11-й бронетанковой дивизии в штаб армии за подписью генерал-майора Дейджера пришла телеграмма: «В городе Чески Градец все указанные вами лица погибли. Груз не обнаружен. Жду дальнейших указаний». Какие еще указания? Операция провалилась, все участники операции погибли. Печальная, но банальная военная история…

Поэтому, прочитав телеграмму, Джонсон сделал вполне очевидный для него вывод, который изложил в телефонном разговоре с полковником Уэверли, находившемся при штабе Эйзенхауэра:

— Сэр! Ребята из разведотдела 3-й армии обнаружили тело капитана Грега Берноффа. Тело находится в морге госпиталя Пассау. Они запрашивают, что делать с телом.

Уэверли помолчал, затем спросил:

— Этот тот самый Бернофф, заброшенный в середине апреля с британскими коммандос в Южную Богемию?

— Он самый, сэр, — подтвердил Джонсон.

— Я уже отправил представление о награждении Берноффа посмертно, как геройски погибшего в бою, к награждению «Пурпурным сердцем». Представление еще вчера подписал Эйзенхауэр, так что оно уже на пути в Америку. Передайте в штаб 3-й армии: пусть обеспечат отправку тела Берноффа на Родину.

— Есть, сэр! — ответил Джонсон и выполнил указание начальства, отправив в штаб 3-й армии: «Как можно быстрее отправить капитана Берноффа из госпиталя в Пассау в Штаты».

Уже через неделю Грег оказался в специальном реабилитационном центре Министерства обороны в Нью-Джерси. А еще через неделю в центре появился его отец.

— Как дела, Грег? — спросил Бернофф-старший, усаживаясь напротив кровати сына.

— Как видишь, отец… — криво усмехнулся Грег.