— Ну?
— Я вот что думаю. Ее надо остановить.
Ищейка не думал, что может стать еще тоскливее, но вот стало.
— Луна тебе в помощь, — пробормотал он.
— Ха-ха, дружище, ха-ха. Я бы первый пошел на это, но у них небывало высокие стены, а я не паук лазать по ним. — Круммох пристукнул толстой рукой по толстому животу. — Во мне вдвое больше мяса, чем требуется для такого дела. Нет, для этого нужен человек небольшой, но крепкий. Точно, и Луна это знает. Человек, умеющий подкрасться как ягуар, зоркий и не робкого десятка. С ловкими руками и быстрым как молния умом.
Он взглянул на Ищейку и усмехнулся.
— И ты знаешь такого? — Ищейка сокрушенно покачал головой. — Я, черт побери, не имею понятия, кто бы подошел.
Логен поднял потертую флягу и наполнил рот жидкостью. Алкоголь обжог язык и глотку, возбуждая вечное желание сделать глоток. Логен наклонился, сжал губы и выплюнул все тонкой струей. Сполохи огня вспыхнули в холодной ночи. Он пристально всматривался в темноту, ничего не различая, кроме черных очертаний деревьев и подвижных черных теней, которые отбрасывал его костер.
Он встряхнул фляжку с остатками пойла. Пожал плечами, поднес фляжку ко рту и опрокинул ее в себя, поднимая все выше, чувствуя, как алкоголь обжигает желудок. Духи могут и поделиться с ним сегодня вечером. Скорее всего, послезавтра ему уже не придется призывать их.
— Девятипалый. — Голос прошелестел над ним, как падающие листья.
Один дух выскользнул из мрака, приблизился к свету костра. Он явно не знал Логена, и тот успокоился. Не будет ни обвинений, ни страха, ни отвращения. Духа не интересует, кто он и что он делал.
Логен бросил пустую фляжку на землю.
— Сам по себе?
— Да.
— Ты никогда не будешь один, если с тобой весело. Хотя веселье, наверное, это для людей, не для духов.
— Да.
— Не любишь много говорить?
— Я тебя не звал.
— Верно.
Логен неотрывно смотрел на огонь.
— Я должен завтра сразиться с одним человеком. Его зовут Фенрис Наводящий Ужас.
— Он не человек.
— Ты его знаешь?
— Он стар.
— По твоим понятиям?
— Ничто не старо по моим понятиям, но он из древних времен и даже старше. У него другой хозяин, можно сказать.
— Какой хозяин?
— Гластрод.
Это имя резануло слух, как нож. Меньше всего он ожидал и хотел его услышать. Холодный ветер задул между деревьями, и воспоминания о возвышающихся руинах Аулкуса навалились на Логена. Он почувствовал озноб.
— Может, это другой Гластрод, не тот, который едва не разрушил половину мира?
— Другого нет. Именно он написал знаки на коже Наводящего Ужас. Знаки на древнем языке, на языке демонов, вдоль левой стороны тела. Это тело принадлежит нижнему миру. Там, где написано слово Гластрода, Наводящий Ужас неуязвим.
— Неуязвим? Совсем? — Логен мгновение размышлял над этим. — Почему же он не написал с обеих сторон?
— Спроси Гластрода.
— Вряд ли это возможно.
— Да.
Последовала долгая пауза.
— Что ты будешь делать, Девятипалый?
Логен посмотрел в сторону деревьев. Мысль о бегстве вдруг показалась ему очень привлекательной. Иногда лучше пожить в страхе перед чем-то, чем подохнуть, выполняя намеченное, что бы ни говорил Логену отец.
— Я уже попытался сбежать, — пробормотал он, — и вернулся, сделав круг. Бетод ждет меня в конце любой дороги, откуда ни начни.
— Тогда говорить нечего. — Дух поднялся от костра.
— Возможно, еще увидимся.
— Вряд ли. Магия уходит из мира. Такие, как я, погружаются в сон. Не думаю, что мы увидимся. Даже если ты победишь Наводящего Ужас, хотя я не думаю, что будет так.
— Умеешь ты подбодрить. — Логен усмехнулся. — Удачи тебе.
Дух растворился в темноте и исчез. Он не пожелал Логену удачи. Но это не имело значения.
Власть
Это было мрачное и тягостное заседание даже для Закрытого совета. За узкими окнами стояла непогода, словно перед бурей, которой так и не последовало, и в Белом зале царил унылый сумрак. Сильные порывы ветра ударяли в старые оконные рамы, и Джезаль вздрагивал. По его телу под отороченным мехом одеянием пробегала дрожь.
Угрюмые лица дюжины старцев мало способствовали тому, чтобы он согрелся. Лорд-маршал Варуз стиснул зубы и воплощал суровую решительность. Лорд-камергер Хофф сжимал свой кубок, как тонущий человек хватается за последний обломок лодки. Верховный судья Маровия нахмурился так, будто собирался вынести смертный приговор всем собравшимся и себе самому. Тонкая губа архилектора Сульта то и дело кривилась, а его холодный взгляд скользил от Байяза к Джезалю, Маровии и обратно.
Сам первый из магов окинул взором сидящих за столом.
— Пожалуйста, обрисуйте ситуацию, лорд-маршал Варуз.
— Ситуация, если честно, печальная. Адуя в волнении. Около трети населения уже покинуло город. Из-за гуркской блокады поставки не доходят до рынка. Комендантский час действует, но жители находят возможности для грабежа, насилия и разгула, пока власти заняты в другом месте.
Маровия покаал головой, его седая борода тоже качнулась.
— Можно ожидать, что ситуация ухудшится, когда гурки приблизятся к городу.
— А они, — произнес Варуз, — преодолевают по несколько миль в день. Мы делаем все, чтобы помешать им, но наши возможности так ограниченны… что они могут оказаться перед воротами города уже через неделю.
Послышалось несколько испуганных вздохов и приглушенных проклятий. У некоторых старцев забегали от страха глаза.
— Так скоро? — Голос Джезаля прозвучал хрипло.
— Боюсь, да, ваше величество.
— Но сколько их? — спросил Маровия.
— Оценки сильно расходятся. В настоящее время… — Варуз озабоченно поджал губы, — судя по всему, у них тысяч пятьдесят.
Снова послышались глубокие вздохи, в том числе самого Джезаля.
— Так много? — пробормотал Халлек.
— И еще тысячи высаживаются ежедневно у Келна, — добавил адмирал Рейцер, подлив масла в настроение присутствующих. — Если учесть, что самая лучшая часть нашего флота занята возвращением армии из северного похода, мы бессильны остановить их.
Джезаль облизнул губы. Стены широкой комнаты с каждым моментом сужались, словно наступали со всех сторон.
— А сухопутные войска?
Варуз и Рейцер быстро переглянулись.
— У нас два полка королевской гвардии, один пеший и один конный, всего около шести тысяч человек. Стража Агрионта — еще четыре тысячи. Рыцари-герольды и рыцари-телохранители составляют элитные отряды в пять сотен человек. Еще есть нестроевые служащие — повара, конюхи, кузнецы и так далее. Их можно вооружить при необходимости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
