после вашего незаконченного боя она хотела вновь с тобой встретиться ей пришлось отринуть эту идею. Кстати, не стоит раскидываться имуществом, надо снять с твоего пикапа следящий маячок. Тебе он ни к чему, а мне в хозяйстве сгодится. Когда я сказал что мне нужно по делам посетить славный город Ичьхилак, Исида выразила неуёмное желание составить старику компанию, чтобы вновь увидеть тебя.
— Здравствуй Шосе, я рада что ты здоров. — Начала говорить Исида довольно приятным бархатным голосом, и, как мне показалось, в ее голосе проскальзывали мурлыкающие нотки. — Я ночами не спала, все думала, как же там поживает мой недобиток Шосе.
— Хорошо поживаю, а теперь, дорогие гости, прошу проследовать со мной в дом. Так как меня слишком поздно сообщили о вашем приезде, я не успел приготовиться к празднеству в честь вашего прибытия, но я надеюсь, что пока вы примете ванну праздничный ужин будет готов. — Стараясь не замечать кровожадных взглядов Исиды, проговорил я.
Как мне показалось, Тогшила приехал, чтобы проверить как поживают дети. Как требовали традиции гостеприимства, в доме Тогшилу и Исиду встречали все дети, а также Чихеро, которую тоже можно было считать гостьей моего дома, так как назвать эту особу пленницей уже язык не поворачивался. Тогшила, не дожидаясь пока я представлю всех, поприветствовал каждого по отдельности и по имени, что говорило о том, что он знает историю каждого и для него не является тайной история о том, как стала проживать со мной Чихеро.
— Я надеюсь, когда вы покинете дом рода Шосе, то при случае посетите мой дом в городе Картас. У нас там прекрасный пляж, да и внуки у меня на загляденье, и для них не имеет значения, состоите вы в клане или нет, — обратился Тогшила к Чихеро, — можете считать это официальным приглашением от клана Сиоко и лично от главы клана Тогшилы.
— Благодарю вас, Тогшила, за приглашение, при возможности я обязательно посещу ваш дом. — Вежливо ответила Чихеро старичку, который смотрел на нее как на рыбку, которая по какому-то недоразумению все еще не в его сетях.
Весь последующий вечер Тогшила общался с детьми, выяснив все: как они живут, что едят, где и как спят, и как я и остальные относятся к ним. Особенно допросу была подвержена Эми, старика интересовало про нее абсолютно все, он даже позвонил своим знакомым, чтобы выяснить кому раньше принадлежала Эми. Исида провела этот вечер практически не сказав ни единого слова, и молчаливо наблюдала за всеми, особенно она проявляла внимание к Чихеро и мне. Единственный вопрос, который она задала за вечер, это в каких я и Чихеро отношениях. Получив ответ от Чихеро, что ни в каких, Исида нахмурилась и вышла из особняка, сказав, что будет ночевать с отрядом. Как она сказала там воздух чище и нет постоянно маячащих перед глазами нервирующих ее людей.
Тогшила в отличие от Исиды пожелал провести ночь в одной из гостевых спален, как он сказал, завтра пройдет пара встреч, после которых они с отрядом сразу пустятся в путь, и потому ему хотелось бы провести ночь со всеми удобствами перед тяжелыми переговорами и переходом. Перед тем как уйти в спальню Тогшила пожурил меня за отсутствие молодых и красивых рабынь, которые бы утешили старика и скрасили эту ночь.
Попытка уснуть оказалось неудачной, сон совершенно не шел, и я, решив, что если уж спать я все равно не буду, то стоит заняться чем-то полезным, отправился в мастерскую. На подходе к мастерской из тьмы вышла Исида, она давно было замечена мной благодаря внутреннему зрению, и была тем самым фактором, что не давал мне уснуть. Она стояла около мастерской, не двигаясь уже несколько часов.
— Не спится? — Спросила она меня, в ее голосе была какая-то робость.
— Как будто ты не знаешь, что я видел тебя и не мог уснуть, зная, что сильный владеющий, не испытывающий ко мне дружеских чувств, наблюдает за домом, в котором живут дорогие мне люди. — Немного раздраженно ответил я ей.
— Ты меня не знаешь, потому будем считать, что обвинения в том, что я могу безжалостно убить невинных, не было. — Отрезала Исида — Ну и так как мы оба не спим, не покажешь мне свою мастерскую? Да и от демонстрации твоих навыков оружейника я не откажусь.
— Ну, если мы уж оба не спим, то пройдем, покажу тебе, что я умею, — проговорил я Исиде, открывая дверь в мастерскую.
Как только дверь открылась, меня практически туда втолкнули, я попытался оказать хоть какое-то сопротивление, но все было тщетно. Исида повалила меня резкой подсечкой на пол, а гневный крик был прерван, еще не начавшись, страстным поцелуем Исиды, она начала срывать мою одежду. Она действовала не страстно, а очень жестко, в какой-то момент ей пришлось разорвать поцелуй.
— Исида, остановись. — Я чувствовал себя кроликом перед разъярённой медведицей.
— Заткнись! — Зарычала на меня Исида, стягивая с себя одежду.
Сила это не только могущество над теми, кто ею не обладает, но еще и огромное количество ограничений во всех сферах жизни, даже чтобы найти партнера для отношений необходимо найти подходящего человека. У меня не было секса с девушкой, владеющей силой физика. Со всеми девушками, что были у меня, я относился очень аккуратно и можно даже сказать со страхом навредить во время секса. Ведь предавшись страсти на всю катушку я могу запросто проломить девушке грудную клетку или сломать другие кости, не говоря об иных повреждениях, так что в любой ситуации, даже столь интимной, я постоянно должен иметь ясную голову и контролировать свою силу. Доставая припрятанную в мастерской пачку сигарет и закурив, я посмотрел на блаженно дышавшую, укутавшуюся в плащ, взятый с вешалки, Исиду. Она не контролировала себя вообще и полностью предалась страсти. Четыре укуса, что чуть не лишили меня части шеи, были наименьшей угрозой, если бы на моем месте оказался не такой крепкий владеющий то он мог и не пережить той страсти, что выплеснула Исида.
— Тебе понравилось, милый? — Промурлыкала Исида, еще не приведя свои мысли в порядок, и села рядом около меня.
— Вряд-ли кому то понравится столько боли, — довольно хмуро ответил я ей. Когда трещат собственные ребра приятного мало, а про другие чувства я лучше и думать не буду.
— А мне было очень хорошо, — выдергивая из моего рта сигарету и нежно прильнув ко мне, проговорила она. — Повторим? Только теперь твоя очередь отдаться страсти.
И я отдался той страсти. Это было нечто: постоянное ограничение
