8. Любовь не знает тел и простирается ко всему, сотворенному подобно ей. В полном отсутствии границ и заключается ее смысл. Она абсолютно непредвзята в своем дарении, вбирая в себя всё, чтобы сберечь и полноценным сохранить даримое. Какою малостью владеешь ты в своем ничтожном королевстве! Не лучше ли тогда призвать в него любовь? Всмотрись в пустыню: бесплодную, сухую, безрадостную и выжженную — всё достояние твоего крошечного королевства. И осознай, какую жизнь и радость принесет ему любовь оттуда, откуда явится сама и куда возвратится с тобою вместе.
9. Мысль Божья окружает твое крошечное царство, ждет у построенной тобой ограды возможности войти вовнутрь и осиять неплодоносную пустыню. Смотри, как повсеместно возникает жизнь! Пустыня стала садом, зеленым и густым и тихим, давая отдохновение тем, кто потерял дорогу и бредет в пыли. Дай им пристанище, уготованное любовью там, где когда–то пустотой зияла выжженная степь. Всякий, кого ты привечаешь, несет тебе любовь из Рая. Один за другим входят они в это святое место, но не уходят из него так, как входили — по–одному. Любовь, принесенная ими с собою, останется при них и при тебе. И осиянный милосердием ее, твой малый разрастется сад, коснувшись каждого, кто жаждет испить воды живой, но слишком утомлен, чтобы свой путь продолжить в одиночку.
10. Иди вовне и их найди, ибо они тебе приносят твое Я. Их нежно приведи в свой сад и получи в нем их благословение. Так разрастется сад, протянется через пустыню, не обойдя ни одного заброшенного царства, отгородившегося от любви и запершего тебя внутри. И ты себя узнаешь, а крошечный свой сад увидишь легко преображенным в Царство Небесное, со всей любовью его Творца, сияющей ему.
11. Святое мгновение — это призыв к любви войти в твое унылое, безрадостное царство и превратить его в цветущий сад покоя и гостеприимства. Любовь ответит непременно. Она придет, поскольку ты пришел без тела, не возводя преград, предотвращающих ее благой приход. В святом мгновении ты просишь у любви лишь то, что она предлагает всем, не более и не менее. Ты просишь всё и получаешь всё. Твое сияющее Я возносит крошечный аспект, который ты пытался утаить от Рая, прямо в Рай. Любая часть любви взывает к своему целому не вотще. Ни один Сын Божий не остается вне Его Отцовства.
12. Не сомневайся: любовь пришла в твои особые взаимоотношения, откликнувшись на твой слабый зов. Но ты не распознал ее прихода, поскольку еще не отказался от всех барьеров, тобою возведенных против брата. А по отдельности ни ты, ни он не в состоянии приветствовать любовь. В одиночку ты можешь знать Всевышнего не более, чем знает Бог тебя без брата. Но вместе, не знать любви способны вы не более, чем сама любовь способна о вас не знать или же в вас не распознать себя.
13. Ты подошел к концу древнейшего пути, еще не понимая, что он окончен. Ты всё еще измотан и устал, и пыль пустыни застилает взор и делает тебя незрячим. Но Тот, Кого ты привечал, пришел тебя приветить. Он долго ждал, чтоб одарить тебя Своим радушием. Так получи же от Него сей дар не медля, ведь Он желает тебе знать Его. Лишь невысокая стена из пыли всё еще разделяет вас с братом. Дунь на нее, и с этим дуновением, с твоим счастливым смехом она исчезнет в мгновение ока. Войди же в сад, приготовленный любовью для вас обоих.
IX. Два мира
1. Тебя просили принести тьму к свету и к святости — вину. И также говорилось, что ошибку необходимо исправлять в ее истоке. Поэтому Святому Духу и нужна та крошечная часть тебя, та незначительная мысль, что видится отколотой и чуждой. Всё остальное — целиком в Руках Господних и не нуждается в ином наставнике. Но этой дикой и безрассудной мысли необходима помощь, коль скоро в своем бреду она увидела себя могущественным, целокупным Божьим Сыном, единственным правителем в царстве, созданном им на стороне, чтобы безумной тиранией склонить его к повиновению и рабству. Ты думаешь, будто эту мизерную часть украл у Рая. Отдай ее обратно Небесам. Они ее не потеряли, но ты утратил их из поля зрения. Позволь Святому Духу изъять ту часть из увядающего царства, куда ты поместил ее и окружаешь тьмой, и защищаешь атакой, и укрепляешь ненавистью. За его баррикадами всё еще пребывает малый сегмент Сына Божьего, святой и целокупный, и в безмятежности своей не знающий, чем он, как ты считаешь, окружен.
2. Не отделяй себя, ведь Тот, Кто окружает этот сегмент на самом деле, принес тебе союз, вернув твой крохотный подарок тьмы вечному свету. Как это происходит? Очень просто, если исходить из того, что на самом деле представляет собою царство. Бесплодные пески и запустение, и мрак видятся таковыми лишь взору плоти. Унылый взгляд тела извращен, а вести, что оно несет тебе, создавшему его с целью ограничения осознания света, убоги, ограничены и столь фрагментарны, что попросту бессмысленны.
3. Из мира тел, безумием рожденного, безумные послания, кажется, возвращаются в разум, создавший мир. Эти послания свидетельствуют миру, провозглашая его истинным. Ведь ты и разослал гонцов затем, чтобы они тебе вернули эти вести. Всё в этих сообщениях поверхностно. О том, что истинно лежит на глубине под этим всем, они не сообщают, поскольку тело не в состоянии о том поведать. Телесные глаза к тому невосприимчивы, с ним ощущения тела незнакомы, язык же неспособен передать его вестей. Но Бог способен доставить тебя туда, если ты согласишься следовать за Святым Духом сквозь видимые страх и ужас, доверившись Ему и зная, что Он не бросит тебя на полпути. Пугать тебя — не Его цель, а твоя собственная. Ты одержим желанием Его покинуть у внешнего круга страха, но Он тебя сохранно проведет через него и уведет намного дальше.
4. Круг страха расположен как раз под уровнем телесных глаз, поэтому в нем видится фундамент, на коем зиждется весь мир. Здесь всё — иллюзии и извращенные идеи; безумные атаки и неистовство, предательство и месть — всё созданное, чтобы удержать вину и чтобы из нее поднялся мир, скрывающий ее. Тень вины пробивается к поверхности в той мере, какая необходима, чтобы держать во тьме самые внешние проявления вины и чтобы принести во тьму отчаяние и одиночество, поддерживая тьму безрадостной. Толща вины замаскирована тяжелыми покровами и держится отдельно от того, что призвано ее скрывать. Телу это не видно, оно и рождено виною для собственной защиты, зависящей всецело от сохранения ее невидимой. Телесные глаза того не замечают. Но видят всё, что она диктует.
5. Тело останется посланником вины и будет действовать по ее указке, покуда ты не усомнишься в ее реальности. Ибо реальность вины — иллюзия, которая и представляет вину тяжелой и непроницаемой, непостижимой и делает реальной базу для системы мышления эго. Ее неплотность и прозрачность не станут явными, покуда ты не увидишь за нею свет. И лишь тогда ты разглядишь в ней тонкую кисейную завесу перед светом.
6. Этот барьер, такой тяжелый с виду, искусственный настил, по виду — каменный, подобен средоточию черных туч, сплошной грядой встающих перед солнцем. Непроницаемость их — полная иллюзия. Гряда мягко расступится пред горными вершинами, вздымающимися за ней; нет у ней силы удержать того, кто пожелает взобраться выше облаков, чтобы увидеть солнце. У этого скопления туч нет даже силы, чтобы остановить падение пуговицы или кружение пера. Ничто не может опираться на такой фундамент, ведь он всего лишь иллюзия фундамента. Дотронься до него, и он исчезнет, а попытаешься взять в руки и зачерпнешь пригоршней воздух.
7. Однако в этом грозовом скоплении облаков легко увидеть, как вырастает мир. Сплошная горная гряда, и озеро, и город встают в твоем воображении; из облаков же спешат обратно нарочные восприятия и заверяют тебя в том, что всё это реально и что оно там есть. Фигуры поднимаются и движутся, и действо предстает реальным, а формы возникают и меняют свое обличье от красоты к абсурду. Так чередуются обличья, покамест ты увлечен игрою детского притворства. Однако как бы долго ты ни играл и как бы живописно ни было твое воображение, ты всё это не путаешь с тем миром, что внизу, и не стремишься сделать его реальным.
8. Так же должно быть с мрачными скоплениями облаков вины; их тьма не более непроницаема чем тот мираж, не более существенна. Ты не наставишь синяков, пройдя сквозь облака. Позволь же своему Наставнику учить тебя их несущественной природе, когда Он поведет тебя за них, ибо за ними расположен мир света, где они не отбрасывают тени. Их тени лежат на мире, что под ними, вдали от света. Однако между ними и светом тени не упасть.
9. Этот мир света, круг ослепительной яркости, и есть реальный мир, где вина встречается с прощением. Отсюда внешний мир увиден заново, без тени вины на нем. Здесь ты прощен, поскольку здесь ты каждого простил. Здесь — новое восприятие, в котором всё светло, сияющее невиновностью, омытое в водах прощения, очищенное от каждой злобной мысли, тобой навязанной всему. Здесь и в помине нет атаки на Сына Божьего, здесь тебе рады. Здесь ожидает тебя твоя невинность, чтобы обнять и защитить, и подготовить к окончательному шагу в странствии внутрь себя. Здесь сброшены тяжелые и мрачные одежды вины и мягко замещены любовью и чистотой.
