Читаем без скачивания "X-UNIT" - Руслан Бирюшев

Чернота несколько секунд хранила молчание, затем из динамиков раздалось:

— Хорошо.

Монитор погас. Представитель ООН со вздохом провёл ладонью по гладко выбритому подбородку и откинулся на спинку. Запрокинув голову, уставился в потолок и вдруг с усмешкой произнёс в пустоту:

— Господь на Небесах, на Земле всё спокойно… ведь так?

Эпилог/Пролог

Под ударом топора полено звонко раскололось на две ровные части. Мишель Хенриксен наклонилась, чтобы подобрать дрова и вдруг замерла на миг, вслушиваясь. Убедившись, что нарастающий стрёкот ей не померещился, выпрямилась. Упёрла топор в чурбан, сложила ладони на рукояти и запрокинула голову, щурясь на солнце. Долго ждать не пришлось — «Чёрный ястреб» выскочил из-за деревьев на востоке, сделал вираж над поляной, завис метрах тридцати от женщины, и начал медленно опускаться.

— Однако… — Хмыкнула Мишель, не разглядев на бортах машины никаких опознавательных знаков. Ветер, поднятый винтами, трепал её расстёгнутую куртку и собранные в длинный хвост волосы. — И кто бы это мог быть?

На всякий случай Хенриксен поудобнее перехватила топор. Старый табельный пистолет и охотничье ружьё остались в доме, бежать туда было уже поздновато… Да и, пожалуй, незачем — будь у прибывших плохие намерения, они могли бы осуществить их куда менее эффектным способом. Прислать вместо транспортной «вертушки» боевую, например. Или высадить десант за пределами слышимости, тихо подойти и снять цель выстрелом из леса. Уж Мишель-то знала, как уязвима она сейчас для снайпера.

Тем временем вертолёт коснулся земли. Из люка тут же выпрыгнули двое в форме американских морских пехотинцев, с винтовками SCAR-H наперевес. Вслед за ними выбрался молодой человек в строгом черном костюме и солнцезащитных очках. Он почти бегом направился к терпеливо стоящей у чурбака женщине.

— Майор Мишель Хенриксен? — Спросил прибывший громко, стараясь перекричать работающий винт «Ястреба».

— В отставку уходила капитаном. — С интересом глядя на гостя, ответила канадка. — Хотя почётно, могли и присвоить напоследок… Так что вы правы, это я.

— У меня к вам поручение… Полагаю, вы знаете от кого.

— Знаю. — Мишель расслабила плечи, с улыбкой поинтересовалась. — Чай будете? Или вертолёт не ждёт?

— Буду. — После секундного замешательства ответил мужчина и, оглянувшись, махнул рукой. Рёв двигателей стих, винт машины начал замедляться.

— А ваши люди?

— Им не положено.

— Как скажете. — Майор воткнула топор в чурбак, стянула перчатки и поправила очки. — Пойдёмте.

— А вы здесь неплохо устроились, госпожа Хенриксен. — Заметил посланец Комитета, следуя за ней. Место и впрямь было живописное — обширная травянистая поляна, в центре её крепкий бревенчатый дом с покатой крышей, несколько пристроек к нему, вокруг хвойная пуща, разрезаемая лишь слабой, почти заросшей автомобильной колеёй. Из кирпичной трубы дома шёл уютный белый дымок. — Непросто было вас отыскать…

— Это радует. — Хозяйка открыла тяжёлую дверь, сдвинула москитную сетку. Обернулась. — Я, право, надеялась, что вы меня вообще не найдёте. Пусть и понимала, как это наивно…

— Простите за неудобства. — Хотя слова Мишель должны бы были звучать неприязненно, она улыбалась столь мягко и искренне, что гость не сдержался, улыбнулся в ответ. — Я знаю, что вы покинули службу добровольно, но у вас было время подумать в тишине и спокойствии, прийти в себя…

— О… — Майор опёрлась рукой о косяк и прищурилась. — Да вам же ничего не сказали, так?

— Простите?

— Я ведь ушла в отставку не из-за стресса и нервного перенапряжения. Видывала вещи и пострашнее, знаете ли… Причина в другом. — Мишель сдвинула очки к самому кончику носа, поймала взгляд гостя, глядя поверх линз. — Или вы думаете, мои глаза всегда были красного цвета?…

Бонусная глава. Что-то кончается, что-то начинается…

Этой ночью Хильде де Мезьер не спалось. Как, впрочем, и прошлой, и позапрошлой. Её биологические часы были давно уже сбиты — последние пару лет девушка вела преимущественно ночной образ жизни. После того, как её исключили из проекта «X-UNIT», отец-министр долго пытался найти бедовой дочери место, чтобы расходовать неуёмную энергию — если не работу, то хотя бы полезное занятие. Увы, на должности его помощника в министерстве она не продержалась и полугода, попытки заняться экстремальными видами спорта завершались ничем, ибо ничто Хильду по-настоящему не увлекало, а рисковать жизнью на альпинистских маршрутах или в парашютных прыжках просто так, от нечего делать, представлялось глупейшим занятием. В итоге для неё остались лишь традиционные развлечения богатенькой дочурки — ночные клубы, танцы, выпивка. Недавно пришёл конец и этому — после очередного дебоша (не Хильдой учинённого, но именно её лицо утром было на передовицах газет) отец не выдержал и, в лучших традициях средневекового германского феодализма, заточил наследницу в загородном имении, в Баварии, в окружении слуг, телохранителей, роскоши и… скуки. Днём девушка по привычке спала, а ночами — маялась от безделья, обычно в компании с компьютером. Главным её развлечением стало исследование сайтов в Интернете, посвящённых различной паранормальщине и попытки гадать, какие из описанных там событий могут быть реальными — ведь уж кому-кому, а ей не приходилось сомневаться, что пришельцы существуют. Она их даже убивала… Воспоминания о недолгих днях военной службы всё никак не хотели тускнеть — это было короткое, глупо закончившееся приключение, мелькнувшее в жизни Хильды яркой вспышкой. Она старалась поменьше думать о тех временах, однако недавно у неё появился повод. Пару недель назад отец, чем-то очень обеспокоенный, приехал навестить девушку и заодно привёз ей новую личную охранницу, нанятую в каком-то солидном международном агентстве — кажется, «Арториас Глобал Секьюрити». «Телохранитель высшего класса», как её представил отец, оказалась с виду ровесницей Хильды. Миниатюрная, даже ниже ростом и хрупче на вид, чем сама де Мезьер, зеленоглазая, с чистой светлой кожей, точёным личиком и яркими золотыми волосами, свободно спадающими на висках и собранными в низкий хвост на затылке — она бы выглядела ещё и младше немки. Однако чёрный костюм-тройка с галстуком и серой мужской рубашкой, тонкие кожаные перчатки на руках («киллерские», как решила для себя Хильда), спокойная уверенность в светло-зелёных глазах и смертельно серьёзное, почти суровое выражение лица добавляли охраннице некоторой солидности. Девушке она сразу и категорически не понравилась — достаточно было уже того, что её притащил отец…

— Очень приятно, фройляйн Хильда. Буду рада защищать вашу жизнь. — Зеленоглазая шагнула к немке, протягивая руку. Говорила она по-немецки, без запинки, но с сочным, легко узнаваемым британским акцентом… Даже нет, не британским — именно что английским. Уж это де Мезьер, имеющая массу знакомых среди европейской золотой молодёжи, могла определить без труда. Голос «папенькиной овчарки», как её сходу окрестила Хильда, оказался молодым, но не слишком звонким — имелись в нём низкие нотки, слабо вяжущиеся с хрупким телосложением.

— Как вас называть-то? — Фыркнула девушка, и не думая отвечать на рукопожатие.

— Джейн Доу, фройляйн. — Англичанка, ничуть не изменившись в лице, опустила ладонь и наклонила голову.

— Я знаю, что значит это имя. — Хильда вздёрнула подбородок и криво усмехнулась. — Так называют неопознанные трупы в полицейском морге.

— Вы правы. — Телохранитель подняла взгляд и посмотрела клиентке в глаза. Кажется, уголки её губ дрогнули — но это была даже не тень улыбки, скорее намёк на эмоцию, которая могла эту улыбку породить. Слабый намёк. — Если вам угодно знать, Джейн — моё настоящее имя. А фамилия не столь важна.

После первого знакомства и отъезда отца они с охранницей практически не общались — но с каждым днём та раздражала Хильду всё больше. Англичанка поселилась с ней на одном этаже, буквально через дверь, и постоянно маячила где-то поблизости, не мешая, но и не пропадая из поля зрения — эдакий молчаливый чёрный призрак. Лишь в своей комнате де Мезьер её никогда не видела, но девушке вечно чудилось, что Джейн торчит прямо за дверью. Однажды вечером, когда уже проснувшаяся, но не придумавшая пока, чем себя развлечь Хильда уныло и бесцельно бродила по особняку, чувствуя себя заправским зомби, зеленоглазая неожиданно возникла прямо перед ней — как из-под земли.

— Фройляйн, позвольте вопрос. — «Овчарка» привычно склонила голову.