Когда Виктор окончательно убедился в том, что на этом начавшаяся было война закончилась, он попрощался с роботами, оставшимися на борту «Серебряного сокола» и направился из пилотской рубки в трюм. Он не стал улетать слишком далеко от этого места и удалился всего километров на полтораста к северу, чтобы спрятавшись в большом облаке, медленно летящем над лесными просторами, понаблюдать за всем. Остальные крейсера давно уже разлетелись во все стороны, заняли точно такую же выжидательную позицию, но ни один из исследователей ещё не покинул борта. Все прекрасно понимали, что первым ступить на поверхности Лидарны должен был Виктор Бобров. Ну, а он подошел в своему «Рейнджроверу», улыбнулся Миле и Саше, сидевшим верхом на скутерах, и сказал:
— Ребята, мы пошли на посадку. Выбирайте себе места для высадки как можно дальше друг от друга в самых безлюдных местах и начинаем работать. В первую очередь нам нужно набрать базу данных для лексического анализа местных языков. Запомните, их вполне может быть не один и не два десятка. В общем работаем, ребята.
Он сел за руль бимобиля, захлопнул дверцу и нажав на кнопку пульта дистанционного управления привёл в действие механизм шлюза. За всё то время, что по ним стреляли из пушек, Бинго и Ларри вместе с Милой и Сашей чего только не натолкали в вездеход, выбросив из него большой контейнер с харчами, но оно было и к лучшему. Это позволяло им сразу же перейти на местные продукты питания, а они оказались вполне съедобные. Как только шлюз открылся, вездеход, а вслед за ним два больших скутера тотчас вылетели наружу и понеслись с неба к поверхности планеты. Там, внизу, через лес тянулась практически неразличимая сверху лесная дорога, однако нанесённая на карту потому, что сканеры сумели её хорошенько разглядеть, которая вела к какому-то хутору. Именно с него Виктор и хотел начать своё знакомство с Лидарной. На хуторах народ обычно куда более миролюбивый и добрый, чем в больших городах.
Пробив кроны высоких, раскидистых деревьев лиственной породы, они спустились к самой дороге и замерли. Тотчас с крыши вездехода сорвались два съёмочных монитора и встали перед ним, так что Виктору пришлось выходить из «Рейнджровера» под прицелом видеокамер. Он открыл дверцу, спрыгнул с подножки на дорогу и весёлым голосом сказал:
— Господа, я рад сообщить вам, что стою на поверхности планеты Лидарна. Прошу отметить особо, господа, планеты населённой разумными существами, цивилизация которых достигла весьма высокого уровня развития и готова к контакту.
С чего это он сделал такой вывод, Виктор объяснять не стал, но вслед за этим его вездеход опустился на дорогу, а затем то же самое сделали Мила и Саша. Девушка сбросила с головы серебристый толстый капюшон защитного нанокомбинезона, который мог превратиться в прочный защитный шлем, и сказала:
— Пахнет хорошо. Сразу чувствуется, что деревья и кустарники в этом лесу не ядовитые.
— Как и трава, Милка. — Сказал Саша и спросил — Дядь Вить, можно мы поедем вперёд? Чего нам сзади пыль глотать?
Виктор кивнул головой и ответил:
— Можно, только не летите, как угорелые, и не устраивайте гонок. Поезжайте со скоростью пятьдесят километров в час. Всё равно нам спешить некуда.
Парень и девушка дружно закивали головами и бросились к своим скутерам. Перелетев через вездеход, они опустились на дорогу и покатили по ней на минимальной скоростью. Виктор тоже сел за руль и поехал вслед за ними, держа дистанцию в десять метров. Дорога не выглядела слишком уж наезженной, но это всё-таки была дорога и она вела к жилью. До хутора было семнадцать километров восемьсот метров, то есть до большой поляны в лесу, на которой он стоял. Тихо шурша шинами, два скутера и вездеход, который едва вписывался в габариты дороги, поехали вперёд. Лес вокруг хотя и не был переполнен живностью, как на Виктории, в то же время и не пустовал. В нём то и дело перелетали с ветки на ветку крикливые и довольно крупный птицы с ярким оперением, мелькали то справа, то слева не сильно крупные зверьки, в общем это был вполне нормальный лес.
Когда до поляны оставалось три с половиной километра, впереди показалась какая-то, явно женская фигура, сгибающаяся под тяжестью большой вязанки хвороста. Внезапно женщина споткнулась, зацепившись босой ногой о корень, и упала на дорогу лицом вперёд, отчего внутри у Виктора всё так и передёрнулось и он даже скривился, словно сам впечатался носом в плотно утрамбованную землю и прибавил ходу. Мила с Сашкой тоже ускорил движение, быстро подъехали к ворочавшейся на дороге под тяжестью вязанке даже не женщине, а скорее всего, если судить по плачу, довольно молодой девушке, и соскочили со скутеров. Саша одним рывком поднял вязанку, а Мила бросилась помогать девушке, одетой в длинную коричневую юбку с заплатками и свитер грубой вязки, подпоясанный кожаным ремешком, на котором висел в ножнах охотничий нож. Виктор, остановив вездеход возле скутеров, моментально схватил Кандис, большую фляжку с водой и выскочил из машины.
Мила подняла девушку на ноги и тут же принялась утирать платком её лицо. У девушки, на вид ей было лет семнадцать, была разбита губа и сильно оцарапана щека, а ещё она повредила себе ногу, зацепившись ею за корневище и потому стояла на одной ноге, потирая ушибленной о здоровую. Виктор приблизился к девушке, протянул ей открытую фляжку и тут же опустился на колени, чтобы она не успела увидеть его очень уж необычной, для лидарнийца, физиономии с тяжелой, квадратной челюстью. Он включил кандис и немедленно принялся обрабатывать радужным лучом сначала ушибленную, а потом и здоровую ногу девушки. Та моментально прекратила плакать и издала какой-то удивлённый возглас, а он медленно поднялся и дружелюбно улыбнувшись, направил излучатель в лицо девушке. Радужные лучи излучателя Кандиса, который обычно называют просто кандисом, обладают ещё одним удивительным свойством. Не смотря на свою яркость, они не слепят глаз. Наоборот, смотреть на то, как сверкает марианит, очень приятно.
Лидарнийка глядела на кандис, который держал в левой руке Виктор, словно завороженная. Из всей команды только сам он знал доподлинно (Мила и Саша были облучены им впервые на пятой минуте своей жизни, сразу после того, как акушерки дали им по попе и потому ничего не помнили), что она сейчас ощущает, — необычайный покой и полную безмятежность, светлое, радостное чувство уверенности в том, что всё теперь будет хорошо и ещё лёгкость во всём теле и ощущение того, что каждая клеточка в нём поёт от радости. В общем для первого контакта это был самый подходящий момент и Виктор поманил к себе рукой Бинго и Ларри, тихо сидевших в салоне «Рейнджровера». Те поняли его с полужеста, моментально выскочили из машины и бросились к багажнику, прикреплённому на крыше. Из него они достали походный складной пластиковый стол, складные стулья и контейнер с небольшим запасом продуктов для завтрака. Саша тихонько отошел от вязанки и тоже бросился к машине, достал из неё охотничий карабин, пояс с ножами и мигом умчался в лес.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
